Турецкий марш

Список разделов Мастерская "Песочница"

Описание: ...для тех, кто только начинает...

#221 Road Warrior » 23.06.2018, 14:35

14 (2) ноября 1854 года. Петербург, Елагин остров.
Павел Матвеевич Обухов, металлург и оружейник.


В небольшом зале сидело около сотни человек самых разных возрастов. На сцену неожиданно вышел император Николай, дождался, когда вставшие для его приветствия присутствующие сели, после чего обратился к ним:

– Господа, я рад приветствовать вас на Конгрессе по развитию русской промышленности. Позвольте вам представить его директора – профессора Владимира Михайловича Слонского, ректора Елагиноостровского Императорского Университета. А мне, увы, придется покинуть вас – дела.

На месте императора появился пожилой человек в строгом костюме, поклонился нам, и заговорил:

– Господа! Все мы – люди весьма занятые, поэтому позвольте сразу перейти к делу. Елагиноостровский университет создан под патронажем его императорского величества представителями эскадры Гвардейского Флотского Экипажа. Осмелюсь сказать, что у нас есть знания, которых нет ни у кого в нашем мире. И наша задача – добиться того, чтобы с их помощью Российская империя смогла войти в эпоху процветания, чтобы наш народ жил лучше всех, и чтобы ни одна страна в мире даже не помышляла о нападении на нас.
Вы скажете, это невозможно? Но, с военной точки зрения, наши наработки уже показали свою мощь. Враг разгромлен на Балтике, и в Крыму. Наши войска снова в Дунайских княжествах, и вековое османское владычество над православными народами Балкан быстро приближается к концу. Наша медицина позволила сохранить жизнь сотням и тысячам наших доблестных солдат.
Но мало иметь передовые знания, главное – применить их, и, кроме того, предотвратить возможность их применения против нас. Именно поэтому мы тщательно выбирали людей, которые являются патриотами своей страны, и которые обладают несомненными талантами в различных сферах.

– Но, как мы слышали, вы уже договорились о партнерстве с пруссаками, – подал голос сидящий рядом со мной человек лет сорока.

– Именно так, Николай Иванович, – улыбнулся профессор. Мой сосед удивленно спросил:

– Вы меня знаете, господин профессор?

– Конечно, господин Гольтяков, вы – один из лучших оружейников в мире. И, должен сказать, ваш вопрос вполне закономерен. Но, видите ли, российская промышленность на данный момент не в состоянии дать нам всего, что нужно нашей державе. Поэтому сотрудничество с другими странами в наших интересах. Но заметьте, что к тем секретам, которыми мы делимся, иностранные партнеры сами бы пришли через три, пять или максимум десять лет. Кроме того, у нас с ними контракты прямо запрещающие без нашего разрешения торговать продукцией, созданной по технологиям, которые мы им предоставим.
А вот для отечественных изобретателей, промышленников, мастеров мы пойдем другим путем. С вами мы готовы поделиться намного более передовыми секретами – чтобы продукция завода господина Гольтякова превосходила бы штуцеры Дрейзе в той же мере, в который последние превосходят средневековые гладкоствольные мушкеты. Чтобы сталь господина Обухова была лучше любой английской, прусской, американской, либо французской. Чтобы российские локомотивы были самыми быстрыми и надежными в мире. Чтобы мы получали высококачественное сырье из собственных источников.
Но для этого необходимы грамотные инженеры и квалифицированные рабочие в гораздо большем количестве, чем сейчас. Кроме того, необходимо обеспечить полную секретность, чтобы наши тайны не уплывали за рубеж; более того, иностранцам вообще не нужно знать про определенные наши наработки.
Как именно мы это предлагаем сделать, вам расскажут мои коллеги. Но хочу пока остановиться на одном аспекте. Квалифицированный рабочий должен уметь читать, писать и считать. Он должен быть уверен в завтрашнем дне, в том, что его семья будет накормлена и одета, что его дети будут учиться в школе, что у них будет шанс попасть в училище либо даже университет, и, возможно, стать инженерами, врачами, учеными...

– А откуда взять этих рабочих, да и учителей для школ? – спросил кто-то из зала.

– Уже с зимнего семестра мы организуем курсы школьных учителей для взрослых и для детей. Все рабочие на наших новых заводах будут обязаны посещать школы, причем результаты прямо повлияют на заработки, а для лучших учеников будут предложены особые перспективы. А в наших школах для детей будут учиться представители всех сословий – от дворян и до крестьян.

– Мужиков-лапотников? – хмыкнули где-то справа.

– Предки многих из моих коллег, включая частично и мои собственные, были теми самыми лапотниками, и мы гордимся этим, – сказал с улыбкой профессор. – Русский народ, смею вас заверить, весьма талантлив, и наша задача – помочь ему раскрыть эти таланты. Лучшие ученики будут далее учиться в Елагиноостровском университете, а также, смею надеяться, в других высших учебных заведениях, уже существующих либо созданных в недалеком будущем. И только тогда у нас не будет недостатка в сотрудниках любого уровня. А если мы предложим еще и пенсии для работников, уходящих на покой либо заболевших или травмированных, то работать у нас будут еще с большим удовольствием.
Господа, есть ли в зале кто-либо, который не хочет участвовать в наших проектах?

Как я и подумал, не поднялся никто. Тогда профессор, улыбнувшись, сказал:

– Каждому из вас выдадут бланк обязательства по неразглашению тайны, вкупе с описанием штрафных санкций для нарушителей. У вас все еще имеется возможность отказаться от подписания и покинуть наш Конгресс; ваши расходы будут оплачены и в этом случае.

После подписания – опять же, зал не покинул никто – нас пригласили на торжественный обед, а после него каждому выдали по именной папке. Потом профессор Слонский сказал:

– Господа, в папках – расписание ваших встреч с людьми, которые заведуют той или иной отраслью. Если вы хотите внести свою лепту и на других поприщах, прошу вас сообщить об этом на первой же встрече, и вам организуют дополнительные сессии. Частично это будут рабочие группы, частично – встречи один на один для обсуждения проектов организации заводов и фабрик.

В моей папке было указано, что я буду участвовать в рабочей группе по металлургии. Правильно, конечно, подумал я, но мне кажется, что я мог бы помочь и с оружейной промышленностью. Кроме того, я хотел бы порекомендовать кое-кого из сыновей моего покойного начальника и учителя, Павла Петровича Аносова, для горного дела.

Зайдя в туалетную комнату, умывшись и подправив свой воротничок и галстук, я перекрестился и направился на свое первое заседание.
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Возраст: 54
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Репутация: 9059 (+9371/−312)
Лояльность: 28464 (+29219/−755)
Сообщения: 3724
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 5 лет 10 месяцев
Имя: Макс

#222 Uksus » 23.06.2018, 14:54

Road Warrior писал(а):и подправив свой воротничок и галстук,

На фиг!
Да, я зануда, я знаю...
Uksus M
Администратор
Возраст: 54
Откуда: СПб
Репутация: 5612 (+5658/−46)
Лояльность: 864 (+864/−0)
Сообщения: 6333
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 7 лет 8 месяцев
Имя: Сергей

#223 Road Warrior » 07.07.2018, 01:14

23 (11) октября, Швайдниц, прусская Силезия. Гостиница “Цум Штерн”.
Полковник Прусской Армии Хельмут Карл Бернхард фон Мольтке, глава Генерального штаба IV-го Армейского Корпуса.


В дверь моего номера постучали.

– Войдите! – бросил я, на всякий случай выдвинув ящик письменного стола, где лежал небольшой «походный» капсюльный пистолет. Моя служба в Турции приучила меня всегда держать под рукой оружие

Визитер был одет в цивильное – как, впрочем, и я. Высокий, белобрысый, с открытым, улыбающимся лицом. Только глаза его были умными и цепкими, и они резко контрастировали с его простоватой внешностью. Он поклонился и представился на чистом немецком языке, да еще и с гамбургским акцентом:

– Капитан Никлас Арнинг, к вашим услугам!

Да, не похож он был на посланца из России, которого я ожидал. Пожав ему руку, я предложил:

- Господин капитан, вы голодны? Здесь очень неплохо готовят.

Увидев нас, хозяйка, дородная фрау Фитцек, отвела нас в отдельный кабинет на втором этаже – именно там мы с супругой обыкновенно обедали, а фрау Фитцек обслуживала нас всегда сама. Вот и сейчас она поставила на стол две глиняных кружки темного пива из соседней пивоварни, приняла заказ и ушла. Как только за ней закрылась дверь, я повернулся к капитану и, чтобы проверить свою гипотезу, перешел на мой родной шлезвигский диалект – он был схож с гамбургским:

– Надеюсь, вы меня нашли без проблем?

– Так точно, господин полковник! – с улыбкой ответил тот на диалекте. – Но прошу извинить, я давно уже не говорил на родном языке.

– А я думал, что ваш родной язык русский, – продолжил я, перейдя на «хохдойч».

– Мой отец – из старой гамбургской семьи. Моя мать – русская. Родился я в Гамбурге, но с двенадцати лет жил в Москве. Так что родных языков у меня два – русский и гамбургский Platt* (*Plattdeutsch – «нижненемецкие» диалекты севера Германии, близкородственные голландскому языку.) С хохдойчем я впервые познакомился лишь в детском саду.

- Неужто в Гамбурге тогда уже существовали детские сады? Это же новое веяние. Кстати, у нас в Пруссии они запрещены. Считается, что они поощряют атеизм.

Капитан робко улыбнулся.

- Странное решение. Я, например, верю в Бога.

Увидев, что он не собирается отвечать на мой первый вопрос, я перевел разговор на другую тему:

– А вы не родственник гамбургскому сенатору Арнингу?

– Родственник, – улыбнулся тот. – Но дальний.

Я поймал себя на мысли, что капитан мне определенно начинал нравится, и почувствовал, как мое раздражение быстро улетучивается…

А началось все с того, что, неделю назад, я отправился из Магдебурга в отпуск в свой замок в Крайсау, что недалеко от Швайдница. Но на вокзале меня нагнал лейтенант, и передал телеграмму от военного министра генерал-лейтенанта фон Вальдерзее с распоряжением посетить его в четыре часа дня.

В Берлин поезд прибыл, как обычно, с опозданием (как у нас шутят – по нашим немецким поездам можно ставить часы, вот только они всегда будут отставать), и я еле-еле успел в министерство, дав поручение своему ординарцу, лейтенанту Штайнмюллеру, позаботиться о билетах на ночной поезд – ведь я, наученный горьким опытом, рассчитывал провести в ожидании не менее трех-четырех часов. К моему удивлению, министр принял меня сразу.

– Господин полковник, мы получили письмо от командования турецкой армии с просьбой прислать вас для проведения инспекции укреплений Силистрии. Ведь именно вы их в свое время спроектировали и наблюдали за их строительством.

– Так точно, эксцелленц! С моей помощью турецкие фортификаторы возвели новые бастионы и укрепили старые. Именно во время штурма вновь построенных бастионов в прошлом году русские войска понесли большие потери.

– Но вы, кажется, собирались в отпуск?

– Так точно, эксцелленц! Но служба для меня превыше всего!

– Я не сомневаюсь в этом, полковник. Не бойтесь, – фон Вальдерзее улыбнулся, – отпуск от вас никуда не денется. Скажите, ваше поместье соседствует с силезским Швайдницем?

– Именно так, эксцелленц!

– Тогда отправляйтесь в свой замок. Но ваш отпуск все же придется прервать. Двенадцатого числа, вы отправитесь поездом из Швайдница в Брюнн, а оттуда на дилижансе до Нойзатца и далее в Белград. На границе вас встретят. Вы сможете отправиться в обратный путь либо двадцать девятого, либо тридцатого октября. Ваш отпуск будет продлен на то время, которое вы проведете в пути, плюс лишние десять дней – все равно для IV-го корпуса в ближайшее время никаких серьезных учений не намечается. Знаю, что погода в Силезии в ноябре не очень, но хоть так вы отдохнете. К тому же, выполнив порученное вам поручение, вы окажете услугу самому… – тут фон Вальдерзее глазами указал на висящий в его кабинете портрет короля Пруссии Фридриха-Вильгельма IV.

– Zu Befehl* (*слушаю и повинуюсь), эксцелленц! – я щелкнул каблуками сапог. При этом шпоры издали приятный звон.

– Да, кстати, – фон Вальдерзее, пристально посмотрел мне в глаза, – в интересах дела вы отправитесь в Турцию в партикулярном платье – австрийцы могут весьма нервно отреагировать на ваш военный мундир. И возьмете с собой вашего ординарца.

– Jawohl, эксцелленц!

– Кроме того, узнав, что вам после инспекции придется вернуться в Пруссию, турки попросили, чтобы вы оставили у них специалиста, который поможет им выполнить ваши рекомендации после вашего отъезда. Одиннадцатого числа в Швайдниц прибудет русский капитан Арнинг. Он хорошо говорит по-немецки, поэтому вы представите его туркам как нашего специалиста по фортификации. Вы поделитесь с ним всей имеющейся у вас информацией, и ответите на любые его вопросы.

– Но у практически любого русского будет либо русский акцент, либо остзейский, так что турки его быстро раскусят. Да и не слыхал я никогда про специалиста по фортификации с такой фамилией...

– У этого, Herr Oberst* (*господин полковник), русского акцента не будет. Насчет же фортификации, русские меня заверили, что он неплохо разбирается в этом деле.

– Jawohl, эксцелленц! – сказал я, хотя в душе у меня заскребли кошки. Понятно, конечно, что у русского там будет своя повестка дня – и что, когда там начнутся серьезные бои, меня уже не будет в Силистрии, так что формально Пруссию никто ни в чем обвинить не сможет. Если, конечно, турки не сообразят, что он русский – тогда скандала не избежать.

Всю последующую неделю, я был раздражительным и недовольным, даже успев раз или два повысить голос на свою любимую Марию, чего со мной практически никогда не случалось. Кроме того, два или три вечера я сидел и составлял записки об укреплениях Силистрии и других крепостей Дунайской линии.

А сегодня я прибыл в «Цум Штерн» и попросил хозяина пригласить этого самого Арнинга ко мне в номер, как только он прибудет в гостиницу…

– Капитан, а вы и в самом деле разбираетесь в фортификации?

– Конечно, я не такой специалист, как вы, господин полковник, – мой собеседник почтительно поклонился мне, – но кое-что я знаю о строительстве оборонительных сооружений. В частности, я знаком с работами Вобана, с крепостями Северной Европы, с вашей Дунайской линией, с линией Мажино...

– Мажино? Никогда не слышал о такой. Где это – во Франции?

Тот замялся, чуть покраснев, и я, сложив манеру его поведения, детские сады в Гамбурге, и эту неизвестную мне оборонительную линию, напрямую спросил его:

– Скажите, капитан, а вы не из той ли таинственной эскадры, которая так блестяще проявила себя в сражениях на Балтике и на Черном море? Я вижу по вашему лицу, что да. И вы, ходит такой слух, из будущего...Если так, то я могу предложить вам, скажем так, небольшой обмен. В обмен на сведения о Дунайских укреплениях турок, вы расскажете мне кое-что о вашем будущем. Обещаю хранить все услышанное от вас в секрете. Ведь недаром некоторые офицеры называют меня «Молчальником Мольтке». Могу вас заверить, что все то, что все, что я узнаю от вас, не пойдет во вред вашей державе. Кстати, если вы желаете, то мы можем продолжить нашу беседу на русском языке.

Капитан немного подумал, а потом отрицательно покачал головой:

– В нашей поездке будет лучше, если мы будем говорить только по-немецки – иначе мы можем случайно перейти на русский в гостях у турок. Насчет же вашего предложения... Я могу рассказать вам о том, о чем вы меня просите, лишь получив на то разрешение моего начальства. Полагаю, что я смогу вам сообщить об этом не позднее завтрашнего утра.

– Гм, у вас что, есть возможность такой быстрой связи?

– Да, но на ограниченное расстояние. – Я заметил, что он не сказал мне ничего ни про то, как именно эта связь осуществляется, ни про пределы ее действия.

– Хорошо, господин капитан, этого для меня вполне достаточно. Вот здесь – я протянул капитану увесистую папку, – все, что я смог вспомнить об укреплениях Дунайской линии, и особенно Силистрии. Более свежую информацию и сведения о планах турок мы получим уже на месте. А насчет секретности... С нами поедет лишь лейтенант Штайнмюллер, и я позабочусь, чтобы он не присутствовал при наших разговорах, равно как и при инспекции фортификаций.

Открылась дверь, и фрау Фитцек внесла поднос с двумя тарелками с «силезским небом» – моей любимой свининой, запеченной с яблоками – и с еще двумя кружками пива, а также двумя рюмочками штонсдорфского шнапса «на тридцати горных травках». Поставив все это перед нами, фрау Фитцек поклонилась и ушла. Мы поели, и я, оставив на столе деньги за ужин, откланялся – завтра наш поезд уходит в девять утра, и надо было хорошенько выспаться перед дорогой.
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Возраст: 54
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Репутация: 9059 (+9371/−312)
Лояльность: 28464 (+29219/−755)
Сообщения: 3724
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 5 лет 10 месяцев
Имя: Макс

#224 Uksus » 07.07.2018, 06:26

Road Warrior писал(а):Только глаза его были умными и цепкими, и они резко контрастировали с его простоватой внешностью.

Первое на фиг.

Добавлено спустя 1 минуту 42 секунды:
Road Warrior писал(а):Увидев нас, хозяйка, дородная фрау Фитцек, отвела нас в отдельный кабинет на втором этаже

Хозяйка, дородная фрау Фитцек, отвела нас...
Хм?

Добавлено спустя 1 минуту 55 секунд:
Road Warrior писал(а):Капитан робко улыбнулся.

Лучше на фиг.

Добавлено спустя 5 минут 34 секунды:
Road Warrior писал(а):Могу вас заверить, что все то, что все, что я узнаю от вас,

На фиг.
Да, я зануда, я знаю...
Uksus M
Администратор
Возраст: 54
Откуда: СПб
Репутация: 5612 (+5658/−46)
Лояльность: 864 (+864/−0)
Сообщения: 6333
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 7 лет 8 месяцев
Имя: Сергей

#225 Соловейчик » 07.07.2018, 15:31

Road Warrior писал(а):Скажите, капитан, а вы не из той ли таинственной эскадры, которая так блестяще проявила себя в сражениях на Балтике и на Черном море?
И этот раскусил. :-)
Соловейчик M
Новичок
Возраст: 30
Откуда: Кемеровская область.
Репутация: 362 (+406/−44)
Лояльность: 995 (+998/−3)
Сообщения: 694
Зарегистрирован: 27.01.2013
С нами: 5 лет 6 месяцев
Имя: Игорь

#226 Road Warrior » 11.07.2018, 16:22

24 (12) октября 1854 года. Дойч-Панчова, военная граница у Белграда.
Арнинг Николай (Никлас) Вольфгангович, капитан Службы Безопасности Эскадры.


Панчова - в нашем будущем она стала Панчевом - меня удивила. Говорят, тут есть и сербская часть города, но она чуть в стороне, а собственно граница и пограничные форты располагается именно здесь, где мостовые - булыжные, церкви - барочные, а обрывки разговоров, доносящиеся с улицы, сплошь на немецком. У границы - форт, ощетинившийся пушками, а рядом с ним - здание пограничной стражи с полосатыми будкой и шлагбаумом. Именно здесь остановился дилижанс - границу полагается переходить пешком, а если вам тяжело тащить свои вещи - к вашим услугам носильщики, которые бросят ваш чемодан строго на намалеванной белой краской пограничной линии. А там уже стоят носильщики-турки, которые донесут ваши вещи до таможни, а потом и до дилижансов.

Полковник Мольтке отказался от их услуг, взял один из своих чемоданов - другой, вкупе с собственным, тащил лейтенант Штайнмюллер - а я потащил свой. Эх, жаль, что тут не в моде рюкзаки, да и багажа на колесиках не имеется, приходится все нести в руках.

С полковником мы, к моему удивлению, сдружились, поелику возможно, тем более, он в детстве жил в ганзейском Любеке, а я родился в часе езды оттуда - в ганзейском же Гамбурге. На закате Советского Союза, моя мама поехала на стажировку в один из гамбургских госпиталей, где и познакомилась с моим отцом, который работал там хирургом. А через год они поженились, и через какое-то время родился я, а затем и две моих сестры.

Мой дед Вильгельм был призван в сорок четвертом году, но не успел попасть на фронт, угодив с ходу в котел под Минском, после чего, промаршировав вместе с прочими военнопленными по улицам Москвы, отправился в один из лагерей, где и провел семь лет. В плену, как многие другие немцы, он проникся любовью к России, а впоследствии собирал тарелки с русскими мотивами, записи русских народных песен, альбомы с фотографиями...

Эта любовь передалась и моему отцу, Вольфгангу Арнингу; и на рубеже нового тысячелетия, папа вдруг решил уехать в Россию. Они с мамой быстро нашли неплохо оплачиваемую работу в Европейской клинике в Москве, купили квартиру, и папа даже крестился в православие. Но их планам не суждено было сбыться; когда мы с мамой уже переехали в Москву, чтобы успеть к началу учебного года, а его ожидали к немецкому Рождеству, к нам пришла страшная весть - после одной из операций, папа лег отдохнуть на кушетку в больнице и не проснулся. А потом ушли из жизни дед с бабкой, и с тех пор я в Гамбурге бывал очень редко.

Конечно, с Мольтке я историей моей семьи не делился. Кое-что из нашей истории пришлось рассказать, причем его обрадовало, что Германия воссоединилась под эгидой Пруссии, но он выказал недовольство тем фактом, что Германия и Россия станут в будущем врагами. «Или не станут» - сказал тогда я, - «а потому надо сделать все, чтобы не стали». С чем он согласился. А вот про тактику и стратегию армий будущего я сказал, что мало знаком с подобными предметами, что, конечно, было не совсем так, но вот незачем сообщать ему сведения, которые могут быть использованы против нас. Зато про линию Мажино рассказал ему подробно. Мольтке задумался, а потом сказал мне:

- Не иначе как французы захотели перенаправить нас вокруг своей линии на северо-запад, где бы там нас встретили превосходящие силы.

Узнав, что его внучатый племянник, Гельмут Мольтке-младший, примерно так и поступил в четырнадцатом году, чем фактически проиграл войну, он изменился в лице и на какое-то время затих, а потом сказал:

- Понятно, господин капитан. Похоже, мне придется уговорить его заняться не военной карьерой, а чем-то другим.

И перевел разговор на литературу и музыку будущего. Кстати, он действительно оказался человеком разносторонне образованным и весьма неординарным.

Пока же мы перешли через пограничную линию, где нас уже поджидал почетный эскорт и офицер в богато украшенном золочеными позументами мундире - в отличие от его спутников, русобородый и широколицый. Он поклонился:

- Господин полковник, позвольте представиться, юзбаши* (*турецкое офицерское звание, равное европейскому капитану) султанской гвардии, Мустафа Джелялэттин.

Я достаточно долго прожил в Гамбурге, дружил с детьми из самых разных семей, и готов был поклясться, что акцент у Мустафы не турецкий, а польский. Нас с лейтенантом Штайнмюллером сей Джелялэттин не заметил, но Мольтке сразу сказал недовольным голосом:

- Господин юзбаши, позвольте вам представить капитана Арнинга и лейтенанта Штайнмюллера. Капитан Арнинг останется у вас после того, как я проведу инспекцию. Его задачей будет наблюдение над совершенствованием оборонительных рубежей с учетом моих замечаний.

- Но мы надеялись, что вы это сделаете лично...

- Господин юзбаши, тогда ваше командование должно было пригласить меня как минимум на месяц раньше.

- Но мы не могли, господин полковник - пограничные переходы вновь открыли только после вывода австрийских войск из Дунайских княжеств. И, позвольте заметить, господин капитан весьма молод. Сколько вам лет, господин капитан?

- Двадцать пять, - улыбнулся я (прибыл я в это время лейтенантом, капитана мне дали перед новой присягой). - Но какое отношение это имеет к моим познаниям в области фортификации?

Мольтке строго посмотрел на Мустафу и отчеканил:

- Господин юзбаши, капитан Арнинг - блестящий военный инженер и хорошо знаком с самыми передовыми методами фортификации. Вам нужен возраст или специалист?

- А что за странный акцент у господина капитана? - похоже, наш польско-турецкий друг не хотел сдаваться.

- Гамбургский, - ответил я, - а чем он вам не нравится?

- Ну, тогда можно, - задумчиво произнес мой визави, хотя выражение его лица все еще было явно недовольным. - Проходите в экипаж. Сегодня уже поздно, поэтому мы заночуем в гостинице. А завтра с раннего утра мы отправимся в Силистрию.
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Возраст: 54
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Репутация: 9059 (+9371/−312)
Лояльность: 28464 (+29219/−755)
Сообщения: 3724
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 5 лет 10 месяцев
Имя: Макс

#227 Uksus » 11.07.2018, 16:44

Road Warrior писал(а):но не успел попасть на фронт, угодив с ходу в котел под Минском,

...как угодил...
Да, я зануда, я знаю...
Uksus M
Администратор
Возраст: 54
Откуда: СПб
Репутация: 5612 (+5658/−46)
Лояльность: 864 (+864/−0)
Сообщения: 6333
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 7 лет 8 месяцев
Имя: Сергей

#228 Road Warrior » 12.07.2018, 13:19

6(18) ноября 1854 года. Лагерь русской армии у крепости Карс.
Мичман Бибиков Николай Евгеньевич, снайпер Гвардейского Флотского экипажа.

Сюда, в Восточную Турцию, я попал следующим образом. После того, как мы разгромили в Крыму высадившихся там англичан и французов, нас всех собрали до кучи и стали распределять, куда кому двигаться. Формировалась группа, которая должна будет отправиться в Кавказскую армию.

- Только прошу помнить вот о чем, господа-товарищи «кавказцы», - полковник Сан-Хуан с нехорошей улыбочкой посмотрел на тех, кто выказал желание отправиться в армию генерала от инфантерии Муравьева, - служба там будет не похожа на курорт. Лихорадка, холера и прочие местные болезни, противник, который порой бежит, как заяц при виде русского штыка, а порой не раздумывая бросается на тот же штык. Да и сам генерал Муравьев - еще тот командир. Толковый, умный, храбрый, к тому же бывший разведчик и дипломат. И в то же время строгий, требующий исполнения приказов во что бы то ни стало.

К тому же подкрепления до недавнего времени поступали в Кавказскую армию довольно скудно, по остаточному принципу. Значительная часть тамошних войск - местная милиция. Это иррегулярные отряды, которые подчиняются только своим соплеменникам, часто нестойкие в бою, зато неудержимые в грабеже мирных жителей.

Правда, хочу вас немного порадовать, действовать вы будете полуавтономно - подчиняться, естественно, вы будете генералу Муравьеву, а вот работать будете самостоятельно. На этот счет у старшего вашей группы, капитана Несмеянова, будет соответствующий приказ, подписанный самими императором Николаем Павловичем…

И вот, после такого отеческого наказа, наша группа отправилась на Кавказ. Пароходофрегат «Владимир» доставил нас до Батума, а оттуда «пешим по конному», по скверным местным дорогам, в лагерь генерала Муравьева. Кстати, Карс в этом варианте истории был обложен на год раньше, чем это было у нас. Правда, как и у нас, турки были разбиты князем Бебутовым при Башкадыклара, и им же в июле этого года у Кюрюк-Дара. Правда, в нашей истории, отряд князя Бебутова, подойдя к стенам Карса, вынужден отойти. Не было ни сил, ни осадной артиллерии для штурма этого сильно укрепленного города. А в этот раз на помощь Бебутову подошли главные силы Кавказской армии. Началась осада Карса.

Город, действительно, был сильно укреплен и имел большой гарнизон. Кроме того, всеми войсками в Карсе фактически командовал не мушир* (*мушир - звание в турецкой армии, соответствующее европейскому маршалу) Мехмет Вассыф-паша, человек, хотя и лично храбрый, но неграмотный и бездарный в военном отношении, а британский полковник Уильям Уильямс. Это был решительный и безжалостный человек, прекрасно разбиравшийся в военном деле. В нашей истории лишь благодаря твердости и настойчивости британца гарнизон Карса, страдая от голода и болезней, продержался в осаде полгода.

- Поэтому первым делом нам надо избавиться от этого проклятого Уильямса, - поставил нам задачу капитан Несмеянов. - Это работа для снайперов. Вот его фото, - и он протянул карточку, на которой был изображен мужчины лет под пятьдесят, высокого и стройного, с высоким лысым черепом и черными усами с проседью. - Надо его помножить на ноль. Будете работать дальнобойными снайперскими винтовками. Место для лежки вы выберете сами.

- Товарищ капитан, - ответил я, - а вы полагаете, что этот британец ни с того ни с сего возьмет, да и попрется на передовую? Инглизы - они привыкли прятаться за спинами сипаев.

- Надо сделать так, чтобы этот самый Уильямс именно что выбрался на передний край. А сделает это он, если… Ну, додумались, или надо вам все разжевать?

- Я, кажется, понял… - мне вдруг стало смешно. - Короче, это как шапка, надетая на палку. Поманить, британец высунется, тут ему и кирдык настанет.

- Молодец, - подмигнул мне капитан Несмеянов. - Только этой самой палкой с надетой на ней шапкой будет ложная атака Карса. Я договорился уже с генералом Муравьевым. Он оказался умным человеком, и, что самое главное, без здешних рыцарских заморочек. К тому же, Муравьев ухватился за возможность разузнать о появлении новых батарей и укреплений под Карсом. Кстати, вы знаете - кого я встретил в штабе Муравьева? Генерала Якова Бакланова, собственной персоной!

- Это тот самый Бакланов, чьим именем немирные горцы пугают своих детей? - спросил Федя Зимин, родом из кубанских казаков. - Наслышан я о нем. И его черное знамя тоже видели, товарищ капитан?

- Видел. И череп с костями, и надпись на нем: «Чаю воскрешения мертвых и жизни будущего века. Аминь». Между прочим, он сразу понял, что мы задумали. Догнал меня и попросил разрешения поучаствовать вместе с нами в охоте на британского генерала. Я, правда, отбрехался - сказал, что треба подумать. Уж больно он фигура заметная - два метра ростом, одним словом, «человек-гора». Хотя, как я слышал, стрелок он отличный.

- Не, товарищ капитан, - сказал я, - генерал Бакланов пусть лучше полюбуется, как его потомки умеют воевать. Мы уж как-нибудь сами…

Демонстративную атаку генерал Муравьев решил провести на форт Тиздель - недавно сооруженное укрепление, носящее имя британского офицера, курировавшего его строительство. По сообщениям лазутчиков, на этом форту часто появлялся и полковник Уильямс, получивший от султана чин ферика (генерал-майора).

Ложному наступлению предшествовал артиллерийский обстрел, который корректировался с помощью беспилотника. Ядра и бомбы били не площадям, а летели туда, где в крепости располагались резервы, склады вооружения, продовольствия и фуража. Потом из наших полевых укреплений вышло четыре батальона пехоты. Они построились в две колонны, демонстрируя, что с минуты на минуту они пойдут на штурм. Все выглядело достаточно правдоподобно.

В Карсе забили тревогу. Турецкие военачальники срочно выводили свои войска к месту предполагаемого штурма. Вскоре должен был появиться и Уильямс.

Ага, вот вроде и он, собственной персоной. Я приник к оптическому прицелу. Надо было пристреляться, причем все сделать так, чтобы турки не догадались, что по ним ведется прицельный огонь. Если что - пусть думают, что в их начальника угодило ядро - ведь рана, нанесенная крупнокалиберной пулей, мало чем отличается от ранения осколком ядра или бомбы.

Британца я завалил лишь четвертым выстрелом. Но попал основательно - в левый бок. А это - мгновенная смерть. Вокруг своего поверженного командира засуетились его подчиненные. И надо же такому случится - наша бомба угодила в скопище зарядных ящиков, приготовленных для подвоза боеприпасов к турецким батареям.

Громыхнул чудовищной силы взрыв. В воздух полетели какие-то обломки и части человеческих тел. Форт Тиздесь окутался дымом.

- «Вот и славно, трапам-пам-пам», - промурлыкал я, и вместе со своим напарником, подхватив снайперку, отправился в тыл. Интересно, сколько после всего случившегося продержится Карс?
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Возраст: 54
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Репутация: 9059 (+9371/−312)
Лояльность: 28464 (+29219/−755)
Сообщения: 3724
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 5 лет 10 месяцев
Имя: Макс

#229 Uksus » 12.07.2018, 14:52

Road Warrior писал(а):разбиты князем Бебутовым при Башкадыклара,

БашкадыкларЕ.

Добавлено спустя 3 минуты 22 секунды:
Road Warrior писал(а):Правда, в нашей истории, отряд князя Бебутова, подойдя к стенам Карса, вынужден отойти. Не было ни сил, ни осадной артиллерии

В нашей истории, отряд князя Бебутова, подойдя к стенам Карса, вынужден БЫЛ отойти. Не ИМЕЛОСЬ ни сил, ни осадной артиллерии...

Хм?

Добавлено спустя 3 минуты 39 секунд:
Road Warrior писал(а):По сообщениям лазутчиков, на этом форту часто появлялся

ФортЕ.
Да, я зануда, я знаю...
Uksus M
Администратор
Возраст: 54
Откуда: СПб
Репутация: 5612 (+5658/−46)
Лояльность: 864 (+864/−0)
Сообщения: 6333
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 7 лет 8 месяцев
Имя: Сергей

#230 Road Warrior » 18.07.2018, 19:31

30 октября (11 ноября), Силистрия. Бастион Меджидие.
Капитан Арнинг Николай Вольфгангович, Служба Безопасности Эскадры.


- Donnerwetter*! (*«грозовая погода» - «приличное» немецкое ругательство) - громко выругался полковник фон Мольтке. - Юзбаши, что вы здесь устроили?

Не обращая внимания на Мустафу Джелялэттина, что-то бормочущего в свое оправдание, будущий великий полководец посмотрел на меня и сказал:

- Капитан, пишите. Почти все орудия - устаревшего типа, некоторые явно семнадцатого века или старше.

- Полковник, - промямлил Джелялэттин, - орудия новых образцов переброшены на восточные редуты, а также на батареи, прикрывающие крепость с Дуная. Да и наши орудия, участвовавшие еще в осаде Константинополя, не так давно успешно применялись против английского флота на Дарданеллах*... (*в 1807 году)

- Полагаю, что те пушки хотя бы были вычищены, в отличие от этого металлолома, - продолжил полковник. - Далее. Половина орудий нацелена на город - зачем? Вы ожидаете штурма с той стороны? А про пушкарей - язык не поворачивается назвать этот сброд артиллеристами - даже не начинайте, хуже я никогда не видел.

Лицо Мустафы стало пунцовым - видно было, как трудно ему было сдерживать свою гордую польскую натуру, тем более, в моем присутствии. Ведь он невзлюбил меня с самого начала. Кстати, не без причины - каким-то образом он разглядел во мне некую несуразность, хотя, например, лейтенант Штайнмюллер свято верит, что я - немец. Краем уха мне довелось услышать, как Мустафа спрашивал у него, не русский ли я, на что Хайнц-Рюдигер (именно так зовут полковничьего адъютанта), отсмеявшись, объяснил отуреченному ляху, что Гамбург - вольный город, люди там другие, а что герр капитан служит в прусских войсках, так это у них часто бывает, не в тамошней же потешной армии служить.

Кстати, я довольно быстро вспомнил, что за птица сопровождала нас от Белграда. Мустафа Джелялэттин, в девичестве Констанин Борженцкий, бежавший из Польши после неудачного венгерского восстания 1848 года в Османскую империю и, чтобы сделать карьеру, перешедший в ислам. Впрочем, ему повезло - Омер-паша, в молодости православный серб Михайло Латас, присмотрел Мустафу в качестве жениха для своей дочери, и с тех пор карьера последнего пошла вверх. В нашей истории он погибнет лет через двадцать во время карательной кампании в Черногории. Собаке собачья смерть? Но двое из его правнуков - светочи турецкой поэзии ХХ века, а один из них - Назим Хикмет - популярен до сих пор не только на родине, но и в России, где он и умер в изгнании, и похоронен он не где-нибудь, а на Новодевичьем кладбище.

Тем не менее, прадед Хикмета действует на Мольтке, как красная тряпка на быка. При инспекции самой Силистрии, укреплений у Дуная, и восточных редутов, Мольтке еще сдерживал свой гнев - артиллерия там практически сплошь английская и французская если не последних, то предпоследних образцов, и не в самом худшем состоянии, да и артиллеристы хотя бы не похожи на сброд.

Но сегодня мы осмотрели западные и южные бастионы, а самый большой из них - Меджидие - оставили на сладкое. Здесь Мольтке вообще ничего не понравилось - орудия старые, в отвратительном состоянии, а артиллеристы несут службу спустя рукава - кто курит рядом с пороховым складом, отчего полковника чуть не хватил удар, кто валяется на траве, а кого просто нет на посту. Но взорвался Мольтке окончательно, когда комендант гарнизона начал говорить про одного из отсутствующих караульных, что тот «просто отлучился ненадолго» и что «вот-вот будет».

Я же, в отличие от будущего светоча прусского Генштаба, вполне доволен - именно здесь и в других укреплениях юга и запада находится слабое место Силистрии. Ведь вряд ли местный гарнизон заменят, а англичан в редутах нет - все они в самом городе, в болгарском его районе, откуда, как нам радостно сообщил Мустафа, «на время войны выселили всех гяуров, чтобы они не открыли ворота для неприятеля».

«Сам же недавно еще был таким же «гяуром», - подумал я - да и те, кто туда вселился, никак не правоверные мусульмане.»

На следующее утро, я простился с Мольтке и Штайнмюллером, которые отбыли все с тем же Мустафой обратно в Белград. Всю информацию я передал по рации еще вчера вечером, а теперь мне был дан карт-бланш для внедрения в жизнь рекомендаций Мольтке. Так что я сижу сейчас и составляю конкретные планы для Омер-паши. Планы, конечно, толковые, вот только на новых артиллеристов рассчитывать, как мне дали понять, в ближайшее время нечего, а насчет артиллерии... пока хоть что-нибудь из того, что я перечислил, придет в Силистрию, пройдет не менее двух-трех недель, а столько времени у моих турецких друзей, надеюсь, не будет.
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Возраст: 54
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Репутация: 9059 (+9371/−312)
Лояльность: 28464 (+29219/−755)
Сообщения: 3724
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 5 лет 10 месяцев
Имя: Макс

#231 Uksus » 18.07.2018, 19:50

Road Warrior писал(а):карьера последнего пошла вверх.

В гору.
Не говорят "пошла вверх".
Да, я зануда, я знаю...
Uksus M
Администратор
Возраст: 54
Откуда: СПб
Репутация: 5612 (+5658/−46)
Лояльность: 864 (+864/−0)
Сообщения: 6333
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 7 лет 8 месяцев
Имя: Сергей

#232 Road Warrior » 19.07.2018, 23:55

4 (16) ноября 1854 года. Варна.

Утро после ночи взрывов, пожаров, и паники, когда толпы обезумевших от ужаса людей топтали друг друга на узких улочках Варны, не принесло покоя командованию гарнизона города. Со всех сторон в штаб поступали донесения, и все они были нерадостными. Интенданты присылали пухлые отчеты об уничтоженном военном имуществе, продовольствие и боеприпасах. Причем теперь уже трудно было проверить, на самом ли деле все, подробно перечисленное в докладных, действительно погибло в огне, или же оно было перепрятано во время ночного переполоха. Можно будет, конечно, потом все перепроверить, но сейчас было не до этого.

Командиры частей гарнизона докладывали о больших потерях. При этом трудно было понять, были ли их подчиненные убиты или ранены, или просто дезертировали, воспользовавшись царящей в городе паникой. Особенно это касалось насильственно призванных в турецкую армию христиан, которых обычно держал в повиновении страх наказания, а также семьи, остававшиеся де факто заложниками у османов.

Тревожными были и донесения лазутчиков. Они сообщали, что в окрестностях Варны замечены группы русских казаков, которых с каждым часом становится все больше и больше.

- Они все такие страшные, - дрожа от испуга рассказывал почтенный кади, - у них мерзкие монгольские рожи, глаза узкие и дикие. Эти порождения Иблиса режут без жалости всех - и аскеров, и почтенных старцев, и детей, и женщин. Говорят, - тут у кади глаза закатились под лоб, и он едва не упал в обморок, - что эти казаки бросают грудных детей в котлы и варят их, а потом пожирают! Я сам не видел всего этого ужаса, но есть люди, которые наблюдали за пиршеством людоедов…

Менее впечатлительные лазутчики сообщали, что, действительно, вокруг города появилась не только русская кавалерия, но и пехота с артиллерией. Это напугало командование гарнизона Варны сильней, чем рассказы про людоедов-казаков, похожих на ифритов из арабских сказок.

Однако к полудню в городе удалось навести некоторое подобие порядка. По улицам зашагали патрули, разгоняя мародеров, которые крутились вокруг разрушенных воинских складов и казарм. Кое-кого из них под горячую руку даже расстреляли. Командиры частей организовали горячее питание уцелевших солдат, эвакуировали раненых, проверили наличие и исправность оружия.

Но тут на Варну обрушилась новая напасть - наблюдатели в порту доложили, что в море обнаружена эскадра кораблей, приближающаяся к Варне. Конечно, флаги на таком расстоянии разобрать было сложно, но силуэты по крайней мере двух из них были совершенно непохожи ни на турецкие суда, ни на корабли союзников. Стало ясно: к городу приближался враг, который рассчитывал захватить Варну комбинированным ударом с суши и с моря. Сделать же это им будет легко - гарнизон не был готов к длительному сопротивлению, да и большая его часть находилась в Силистрии, Рущуке и Кюстенджи.

К тому же местное турецкое население снова впало в панику - кто-то распустил слух, что если Варна не откроет ворота и не сдастся на милость победителю, то русские сожгут город дотла и вырежут всех правоверных.

В штаб спешно примчалась делегация уважаемых людей города, которые слезно молили командование гарнизона не оказывать сопротивление русским, и попытаться не доводить дело до штурма города.

- Ради Аллаха, если русские вам позволят, уйдите с миром из Варны. Мы не желаем быть зарезанными в своих домах, наши жены готовы скорее принять смерть от рук своих мужей, чем быть обесчещенными. И мы не хотим, чтобы наших детей сожрали дикие голодные казаки.

Британский генерал и французский полковник - командиры частей, все еще расквартированных в Варне - также готовы были уйти из города, если, конечно, им это позволят сделать.

А тем временем, с флагманского корабля русской эскадры отчалила шлюпка под белым флагом. Подойдя к пирсу, из нее высадились парламентер и два сопровождавших его трубача. Срочно прибывшему в порт турецкому генералу был вручен ультиматум, подписанный командующим русской эскадрой адмиралом Корниловым. Русские предлагали союзному гарнизону свободный выход из города с личным оружием и знаменами. Все военное имущество, казна и артиллерия должны были остаться в Варне. Раненым и больным, находящимся на излечении в госпиталях, была обещана надлежащая медицинская помощь. На размышление командованию гарнизона давалось три часа.

В штабе после недолгого совещания было решено согласиться с условиями ультиматума. На русский флагманский корабль был послан ответ, после чего турецкие, британские и французские части стали готовиться к маршу. Под наблюдением прибывших с эскадры наблюдателей, они освободили казармы и вручили русским офицерам все уцелевшее армейское имущество, денежные средства, хранившиеся в городском казначействе, и список больных и раненых, остающихся в Варне. А потом, с музыкой и знаменами, они вышли через ворота, ведущие в Адрианополь.

Высадившиеся в городе русские войска с песнями и музыкой встретили болгары и греки. Они угощали солдат и офицеров домашним вином и ракией, тут и там поднимался дымок и вкусно пахло жареным мясом. А потом на улицах начали появляться и турки, увидев, что русские не только не грабят, не режут, и не насилуют мусульман, но даже и не помышляют об этом.

Так, без единого выстрела, пала одна из сильнейших турецких крепостей на Черном море, на стенах которой гордо красовались мраморные доски с арабской вязью, хвастливо сообщавшие всем, что крепость эту не сможет взять ни один враг сиятельного султана…
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Возраст: 54
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Репутация: 9059 (+9371/−312)
Лояльность: 28464 (+29219/−755)
Сообщения: 3724
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 5 лет 10 месяцев
Имя: Макс

#233 Uksus » 20.07.2018, 06:29

Road Warrior писал(а):военном имуществе, продовольствие и боеприпасах.

ПродовольствиИ.

Добавлено спустя 1 минуту 37 секунд:
Road Warrior писал(а):а также семьи, остававшиеся де факто заложниками у османов.

Через дефис.

Добавлено спустя 1 минуту 43 секунды:
Road Warrior писал(а):чем рассказы про людоедов-казаков, похожих на ифритов из арабских сказок.

Я бы убрал.

Добавлено спустя 2 минуты 7 секунд:
Road Warrior писал(а):Но тут на Варну обрушилась новая напасть - наблюдатели в порту доложили, что в море обнаружена эскадра кораблей, приближающаяся к Варне.

Вместо второго - к городу?

Добавлено спустя 51 секунду:
Road Warrior писал(а):Стало ясно: к городу приближался враг, который рассчитывал захватить Варну

На фиг.
Да, я зануда, я знаю...
Uksus M
Администратор
Возраст: 54
Откуда: СПб
Репутация: 5612 (+5658/−46)
Лояльность: 864 (+864/−0)
Сообщения: 6333
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 7 лет 8 месяцев
Имя: Сергей

#234 Road Warrior » 23.07.2018, 19:25

17 (5) ноября 1854 года. Фолкстон, Англия. Вилла «The Leas».
Барон Майер Амшель («Маффи») де Ротшильд, представитель английских Ротшильдов.
Барон Альфонс Джеймс де Ротшильд, представитель французских Ротшильдов.


– Здравствуй, Маффи! – Альфонс, будучи помоложе, первым бросился к кузену в объятия. – Прохладно тут у вас, в Англии.

– Прохладно-то прохладно, Альфи, – усмехнулся Маффи все на том же немецком языке, – да вот у нас на вилле тут хоть топят. А то знаешь этих англичан, экономят, как могут, иногда всю зиму не пользуются камином, а в ноябре его, почитай, никто еще и не растапливает.

– А еще называют нас, евреев, жадными, – хмыкнул Альфи. – Ни один еврей не будет сидеть в холоде, если у него есть хоть немного денег.

– И вот из-за этого презренного метала мы с тобой сегодня и собрались, – с ненаигранной грустью добавил Маффи. – Кузен Лионель не может в данный момент отлучаться из Лондона – никогда не знаешь, когда Пальмерстон вдруг заявится с очередным запросом. Кстати, он прислал тебе кое-какие презенты, в том числе и несколько бутылок вина нового урожая. Из виноградников на Шато-Лафит в Бордо, естественно.

Альфред чуть посмурнел и подумал: «Подожди, дядя Лионель, вот куплю я Шато-Мутон, тогда посмотрим, кто кого». Вслух же сказал:

– Передай дядюшке Лионелю мою благодарность – ты же знаешь, как я люблю хорошее вино – и огромный привет от дочери и зятя в моем лице. А мой папа, увы, приболел – подагра, будь она неладна. В последнее время он из-за болезни практически все время в Париже. Поэтому у меня все полномочия для принятия решений – как, полагаю, и у тебя тоже.

– Именно так. Причем решения, не побоюсь этого слова, судьбоносные – ведь ситуация сложилась весьма и весьма угрожающая. И хоть мы, Ротшильды, славимся тем, что умеем получать максимум выгоды из любой ситуации, как тогда, во времена Ватерлоо* (* пользуясь хорошо поставленной системой разведки, именно Натан де Ротшильд, отец Лионеля и Майера Амшеля, первым узнал о победе союзников – и распустил слух, что победил Наполеон, в результате чего ему удалось скупить огромное количество ценных бумаг за бесценок и умножить свое состояние), то сейчас все пошло совсем не так, как мы планировали.

Русские побили и Британию, и Францию, сначала на Балтике, затем и в Крыму. Теперь же они вновь форсировали Дунай и захватили Галац. Пруссия стала де факто союзницей московитов, Австрия, хоть и осталась якобы нейтральной, но пытается всячески задобрить русского медведя...

– Кроме того, русские взяли Бургас и окружили Варну и Кюстенджу, – вставил Альфи, – они же устроили масштабные диверсии в обоих портах. Так что падение Османской империи – это вопрос времени.

– Час от часу не легче, – помрачнел Маффи. – И, что еще хуже, Наполеон-Жозеф только что вошел в Лотарингию и объявил себя императором. Он движется на Париж.

Альфи побледнел:

– Нужно срочно предупредить папу.

– Мы послали ему телеграмму сегодня утром, – отмахнулся английский Ротшильд, – твой отец уже все знает.

– Это хорошо, что ты поставил его в известность, но ситуация очень сложная. Неизвестно, на чью сторону теперь перейдет французская армия. Увы, последний призыв, когда начали грести всех подчистую, особенно поближе к столице, вызвал большое неудовольствие среди французов. Что на Луаре, что в Шампани, что в Пикардии, что в Лотарингии, император везде стал крайне непопулярен, а Плон-Плон, как ни крути, герой войны, пусть и побывавший в плену. А пообещает он, к гадалке не ходи, мир. Тем более что Франции – в отличие от нас – вооруженный конфликт с русскими был абсолютно не нужен.

– Да, войну, похоже, придется сворачивать, причем это ни для кого не будет сюрпризом. Лионель поговорит с Викторией и с Пальмерстоном, и все вместе мы попробуем найти решение, которое подойдет и им, и нам, – тут он зловеще улыбнулся. – Твой папа – с Луи-Наполеоном. Тебе, наверное, стоит послать человека к Наполеону-Жозефу – а еще лучше, самому к нему съездить, в зависимости от ситуации. Я немедленно пошлю голубей дяде Саломону в Вену и дяде Амшелю во Франкфурт. Кто знает, может нам удастся хоть как-то спасти ситуацию в Австрии и в Пруссии. Но главная проблема, как ты понимаешь, не в этом.

– Понятно – нам нужно как можно скорее помириться с русскими. Попробуем предложить им льготный кредит, а заодно и предложим подыскать новую кандидатуру на агента влияния вместо Нессельроде. Знаю, что министр финансов Петр Брок пытается хоть как-нибудь закрыть дыру в бюджете. Война – дело весьма дорогостоящее. Попробуем выйти на него. Но нужно действовать весьма осторожно – фамилия Ротшильд в России ныне не очень популярна. Кроме того, нужно быть очень осторожными, имея дело с людьми из той таинственной эскадры – их реакция абсолютно непредсказуема.

– Знаешь, Альфи, а вот тут у меня есть одна задумка. Не так давно, в Финляндии сумели захватить и доставить сюда человека с той самой эскадры. Вики, как мне докладывали, уже успела сделать из него мальчика-игрушку...

– Вот как? А я-то думал, что она мужу не изменяет.

– Ну, по слухам, когда его нет рядом, то она не гнушается и простым слугой. Но стопроцентной информации у меня не было. А вот теперь – есть. Не зря ведь у нас есть осведомители в большинстве королевских замков. И этот Фэллон...

– Он что, ирландец?

– Да нет, но у него была какая-то очередная непроизносимая русская фамилия. Вики сделала его баронетом и дала ему новую. Так вот, неплохо бы выяснить через него, кто есть кто в эскадре – ведь действовать, не имея всей полноты информации, стоит лишь в самом крайнем случае. А здесь, полагаю, у нас хоть немного времени, но есть.

– То есть ты займешься этим Фэллоном?

– Именно так. И тогда можно будет встретиться еще раз, и обсудить оптимальную стратегию в отношении России. Встречу можно назначить здесь же, либо, например, в Булони. А пока давай пойдем отобедаем.

- Нет, Маффи, лучше уж немедленно отправлюсь домой - яхта ждет меня под парами. До связи!
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Возраст: 54
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Репутация: 9059 (+9371/−312)
Лояльность: 28464 (+29219/−755)
Сообщения: 3724
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 5 лет 10 месяцев
Имя: Макс

#235 Uksus » 23.07.2018, 19:31

Road Warrior писал(а):Пруссия стала де факто союзницей московитов,

Через дефис.

Добавлено спустя 3 минуты 7 секунд:
Road Warrior писал(а):Бургас и окружили Варну и Кюстенджу,

Вообще-то КюстенджИ и не склоняется. Но тут у тебя прямая речь, так что смотри характеристику персонажа. В смысле, грамотность.


Общее впечатление - как-то оно всё наиграно.
Да, я зануда, я знаю...
Uksus M
Администратор
Возраст: 54
Откуда: СПб
Репутация: 5612 (+5658/−46)
Лояльность: 864 (+864/−0)
Сообщения: 6333
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 7 лет 8 месяцев
Имя: Сергей

#236 Road Warrior » 25.07.2018, 12:18

5(17) ноября 1854 года. Османская империя. Люлебургаз.

- Правоверные, что же такое происходит! - голос водоноса Гасана, казалось, разносился по всему городскому базару. - Смерть идет на нас в обличие слуг Иблиса, которых навел на нас Ак-падишах* (*Белый повелитель - так турки называли русского царя).

- Да погоди ты, Гасан! - перебил его торговец пахлавой и рахат-лукумом Ибрагим. - Ты толком скажи - о каких таких слугах Иблиса идет речь? Если ты имеешь в виду русских аскеров, так что в этом такого? С ними воевали наши отцы, наши деды и прадеды. Бывало, что они побеждали нас, но ни разу они не занимали наш город. Вот, в Эдирне они побывали четверть века назад. Ну и что? Зашли, постояли, заключили мир с нашим повелителем, и снова ушли в свои дикие леса. Так, наверное, будет и в этот раз. Ведь сейчас вместе с нашими войсками с русскими сражаются войска французов и англичан.

- Ты глуп, как ишак, Ибрагим, - завопил Гасан. - Те русские, которые победили войска франкского императора и британской королевы, да и наши тоже, сильны, как львы и свирепы, как волки. Все бегут от них, даже наши храбрые аскеры. Вот, кстати, посмотрите - отряд пехотинцев вошел в ворота нашего города. Судя по возрасту и выправке - это редиф* (*Редиф - резервные части армии Османской империи). Давайте у них спросим, что происходит…

- Эй, аскеры, - крикнул Гасан, - скажите нам - откуда вы, и куда следуете?

По команде усталого и покрытого с ног до головы юзбаши, солдаты покинули строй и уселись на корточках вдоль стены караван-сарая.

- Слушай, ты, горлопан, - ответил юзбаши, - разве так встречают путников после долгого и опасного пути? Мои аскеры голодны и их мучит жажда. Мы уже больше суток идем, не имея возможности ни отдохнуть, ни поесть.

Гасан засмущался и опустил взор. Потом он вздохнул, снял со своего ослика кувшин с чистой родниковой водой, и жестом показал аскерам - мол, подходи и пей.

Кто-то из торговцев поднес служивым поднос с горячими лепешками, кто-то дал корзину с фруктами, кто-то щедро угостил аскеров крепким и душистым «самсуном»* (*сорт табака).

Юзбаши, выпив пиалу воды, сел под навесом, скрестив ноги, и внимательно следил за тем, как насыщались его подчиненные. Его обступили самые уважаемые торговцы, и стали задавать вопросы - куда движется его отряд, когда последний раз они видели неприятеля, и что будет с Османской империей. Юзбаши отвечал степенно, взвешивая каждое слово. И от того его слова вызывали доверие у торговцев, которые немало повидали на своем веку, и научились с ходу определять - правду говорит человек, или нет.

- Уважаемые, то, что вы видите перед собой - это все, что осталось от моего бейлюка* (*бейлюк - в армии Османской империи соответствует роте - примерно около сотни человек). Два десятка измученных аскеров, которых я веду в Стамбул, чтобы защитить столицу нашего государства от наступающих русских. Они, словно вода во время паводка, растекаются по нашим землям…

- И войска нашего падишаха не могут их остановить? - дрожащим голосом спросил Али-бей, торговец коврами. - неужели неверные настолько сильны?

- О, уважаемые, вы даже не можете представить себе - с какой силой нам пришлось столкнуться! - воскликнул юзбаши. - Эти русские - настоящие дели* (Дели - дословный перевод с турецкого: «безумный», «сорвиголова», «отчаянный» - так в армии Османской империи называли воинов, безрассудно храбрых в бою). Они артиллерией сметают все на своем пути, убивают всех, не щадя даже тех, кто хочет сдаться. А если бы видели - что они вытворяют в захваченных городах и деревнях!

Почтенные купцы, услышав слова юзбаши, побледнели и затряслись. Они уже слышали нечто подобное, но в душе надеялись, что все это россказни трусов, которые бежали с поля боя, а теперь искали оправдание своему бегству.

- И что, эфенди, от них нет спасения? - запинаясь произнес Али-бей. - Ведь эти слуги Иблиса могут ворваться и в наш город.

- Я слышал, что если какой-нибудь город или селение демонстрировало покорность, и не оказывало русским сопротивление, то они никого не трогали, и запрещали своим аскерам обижать жителей, невзирая на их веру. Тут у них строго - если начальник приказал, то ни один русский не посмеет нарушить его приказ. Может быть, и ваш начальник гарнизона не станет рисковать, и выведет войска из города. Пусть он движется вслед за нами в Стамбул. Все равно, он не сможет защитить Люлебургаз от гнева русских.

- Эх, куда там! - обреченно махнул рукой Али-бей. - Наш Искандер-паша храбр, но глуп и упрям, как ишак. Он непременно полезет в драку с русскими, и тем самым обречет на разрушение и погибель и город, и его жителей. О, наши бедные дети! О, наши бедные жены и дочери! Неужели мы все погибнем от штыков русских солдат и сабель их ужасных казаков?!

Вскоре юзбаши собрал своих аскеров, и они отправились в путь. А на базаре еще долго кипели страсти. В конце концов, самые уважаемые люди города решили отправиться к командующему гарнизоном Искандер-паше, чтобы уговорить его оставить город и отправиться в Стамбул.

Но их ждало разочарование. Разъяренный Искандер-паша приказал своим слугам гнать просителей прочь плетями. А Али-бея, который вздумал дерзить ему, Искандер-паша приказал обезглавить.

Казнь человека, которого уважал и любил весь город, переполнила чашу терпения жителей Люлебургаза. Ночью дом, в котором находился штаб Искандер-паши, охватило пламя. Двери оказались подпертыми огромными камнями, а тех, кто пытался выпрыгнуть из окон, встречали меткие выстрелы.

Сам же гарнизон предпочел сохранять нейтралитет. Солдаты и офицеры не испытывали никакого желания воевать со страшными «дели» царя Николая, и потому, после гибели Искандер-паши, покинули город и отправились в Стамбул. Правда, дошли до голубых вод Золотого Рога не все. Больше половины дезертировало.

А еще через два дня в Люлебургаз вошли русские войска…
Последний раз редактировалось Road Warrior 25.07.2018, 12:39, всего редактировалось 2 раз(а).
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Возраст: 54
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Репутация: 9059 (+9371/−312)
Лояльность: 28464 (+29219/−755)
Сообщения: 3724
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 5 лет 10 месяцев
Имя: Макс

#237 Uksus » 25.07.2018, 12:22

Road Warrior писал(а):голос водоноса Гасана,
Road Warrior писал(а):- Да погоди ты, Ахмед!

Так как его зовут-то?

Добавлено спустя 59 секунд:
Road Warrior писал(а):императора и британской королевы, да и евши тоже,

Что за слово?

Добавлено спустя 3 минуты 35 секунд:
Road Warrior писал(а):если начальник приказал, то не один русский не посмеет нарушить его приказ.

НИ.

Добавлено спустя 2 минуты 31 секунду:
Road Warrior писал(а):жителей Люлебургаза. Ночь. Дом, котором находился

НочьЮ дом В котором...
Да, я зануда, я знаю...
Uksus M
Администратор
Возраст: 54
Откуда: СПб
Репутация: 5612 (+5658/−46)
Лояльность: 864 (+864/−0)
Сообщения: 6333
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 7 лет 8 месяцев
Имя: Сергей

#238 Road Warrior » 25.07.2018, 13:07

Uksus писал(а):Вообще-то КюстенджИ и не склоняется. Но тут у тебя прямая речь, так что смотри характеристику персонажа. В смысле, грамотность.
Ты знаешь, называлась Констанца Кюстенджа именно по болгарски, и, соответственно, частично в русских источниках того времени. Турецкое название - думаю, в сборке стоит заменить на него, когда говорят турки - Кёстендже (Köstence в современной турецкой орфографии)
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Возраст: 54
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Репутация: 9059 (+9371/−312)
Лояльность: 28464 (+29219/−755)
Сообщения: 3724
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 5 лет 10 месяцев
Имя: Макс

#239 Uksus » 25.07.2018, 13:15

Может быть. Я так глубоко не копал.

Добавлено спустя 10 минут 14 секунд:
Я тут подумал: это ведь французский Ротшильд говорит, правильно? Я к тому, что употреблять он будет название в той форме, которую привык слышать.
Да, я зануда, я знаю...
Uksus M
Администратор
Возраст: 54
Откуда: СПб
Репутация: 5612 (+5658/−46)
Лояльность: 864 (+864/−0)
Сообщения: 6333
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 7 лет 8 месяцев
Имя: Сергей

#240 Road Warrior » 25.07.2018, 14:34

Uksus писал(а):Я тут подумал: это ведь французский Ротшильд говорит, правильно? Я к тому, что употреблять он будет название в той форме, которую привык слышать.
А вот это интересный вопрос. Ротшильды же по немецки говорят... Немецкое название города в 19 веке - Küstendje, что, вероятно, произносилось “Кюстендже”
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Возраст: 54
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Репутация: 9059 (+9371/−312)
Лояльность: 28464 (+29219/−755)
Сообщения: 3724
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 5 лет 10 месяцев
Имя: Макс

Пред.След.

Вернуться в "Песочница"

Кто сейчас на форуме (по активности за 5 минут)

Сейчас этот раздел просматривают: 4 гостя