Турецкий марш

Список разделов Мастерская "Песочница"

Описание: ...для тех, кто только начинает...

#281 Uksus » 14.08.2018, 18:07

Road Warrior писал(а):Вообще-то именно здесь у меня потерялось слово “конверт”. “Вот в этом конверте...”
Либо, может быть, бумажнике?

Мне кажется, конверт лучше.

Добавлено спустя 4 минуты 46 секунд:
Road Warrior писал(а):да и держать в руках тяжелый скипетр и меч

Хм? А геральдика допускает такое, простите, непотребство? Вроде бы то и другое положено держать в ПРАВОЙ руке. Может, скипетр в руке, а меч на специальной подушечке?

Добавлено спустя 7 минут 15 секунд:
Road Warrior писал(а):Поезд не был императорским, просто несколько вагонов первого класса и паровоз – но, когда он начал набирать ход, и наконец смог прикрыть на минуту глаза,

И какая связь между первым и вторым?
Может Поезд не был императорским, просто несколько вагонов первого класса и паровоз, но он мог отвезти (доставить) меня и мою свиту (сопровождение, эскорт) в ... И когда мы выбрались из Реймса, я...
Хм?

Добавлено спустя 1 минуту 37 секунд:
Road Warrior писал(а):немецкоязычной Лотарингии ограничились бы в худшем случае Мецем

На фиг!

Добавлено спустя 1 минуту 17 секунд:
Road Warrior писал(а):есть опасение, что они захотят еще и Верден, а может даже и Туль. Но есть надежда на благосклонное для нас посредничество России в этом вопросе.

Хм?
Макс, я ведь говорил про риторику.

Добавлено спустя 5 минут 10 секунд:
Road Warrior писал(а):и французские территории, населенные басками

Гасконцами! Это ж француз думает, а не испанец или кто-то ещё.

Добавлено спустя 2 минуты 22 секунды:
Road Warrior писал(а):от выплаты уже имеющихся кредитош,

КредитоВ.
Да, я зануда, я знаю...
Uksus M
Администратор
Возраст: 54
Откуда: СПб
Репутация: 6764 (+6812/−48)
Лояльность: 911 (+911/−0)
Сообщения: 6790
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 7 лет 11 месяцев
Имя: Сергей

#282 Road Warrior » 14.08.2018, 19:27

Uksus писал(а):Гасконцами! Это ж француз думает, а не испанец или кто-то ещё.
Где гасконцы и где баски... По французски так и именуется - Pays-Basque. И находится хоть и рядом с Гасконью, но все же не Гасконь (от Биаррица и далее в горы)

Вот карта; зеленое на ней - Гасконь, розовое между Гасконью и Испанией - Pays-Basque.
Изображение

Вряд ли испанцы захотели большего. А тогда баски были чуть ли не самыми пылкими испанцами (тот же Игнатий Лойола - баск).

Кстати, полагаю, что в данной ситуации, земля басков была бы приписана к автономной Гаскони. Так что возможен еще один конфликт...
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Возраст: 54
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Репутация: 9244 (+9556/−312)
Лояльность: 28501 (+29256/−755)
Сообщения: 3775
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 6 лет 1 месяц
Имя: Макс

#283 Uksus » 14.08.2018, 19:35

Ну, не знаю. И в "Википедии" написано, что гасконцы - это пришедшие когда-то во Францию баски, и несколько лет назад шум в Европе был, чтобы отделиться и от тех, и от тех и ссоздать независимую Баскию (или как там её).
Да, я зануда, я знаю...
Uksus M
Администратор
Возраст: 54
Откуда: СПб
Репутация: 6764 (+6812/−48)
Лояльность: 911 (+911/−0)
Сообщения: 6790
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 7 лет 11 месяцев
Имя: Сергей

#284 Road Warrior » 14.08.2018, 19:48

Uksus писал(а):Ну, не знаю. И в "Википедии" написано, что гасконцы - это пришедшие когда-то во Францию баски, и несколько лет назад шум в Европе был, чтобы отделиться и от тех, и от тех и ссоздать независимую Баскию (или как там её).
Да, но гасконцы уже со средних веков говорят на диалекте окситанского. Так что родство имеется, но и по языку, и по культуре они разные.

А в предлагаемую Euskal Herria должны были, по задумке баскских националистов, войти испанский País Vasco и французская Pays Basque - т. е. то, что отмечено розовым, и намного больший кусок с испанской стороны границы. Но не Гасконь.
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Возраст: 54
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Репутация: 9244 (+9556/−312)
Лояльность: 28501 (+29256/−755)
Сообщения: 3775
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 6 лет 1 месяц
Имя: Макс

#285 Uksus » 14.08.2018, 20:07

Как скажешь.
Да, я зануда, я знаю...
Uksus M
Администратор
Возраст: 54
Откуда: СПб
Репутация: 6764 (+6812/−48)
Лояльность: 911 (+911/−0)
Сообщения: 6790
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 7 лет 11 месяцев
Имя: Сергей

#286 Road Warrior » 15.08.2018, 18:30

22 (10) ноября 1854 года. Лондон.
Сэр Теодор Фэллон, беглец.


Вчера, после ухода Ротшильда, я спросил у йомена, дежурившего у Белой башни, когда мне можно будет сходить в Тринити Сквэр Гарденс. Тот пошел посоветоваться с начальством, и скоро вернувшись, сказав мне:

– Завтра с утра – нами уже получены инструкции по этому поводу. Меня еще просили передать – вас ожидают в портняжной мастерской. Белая башня, земляной этаж* (*ground floor – так именуется в Великобритании первый этаж). Ведь ваша одежда вчера пострадала.

Портным оказался благообразный пожилой еврей, прямо как в папиной старой Одессе, разве что одет он был весьма элегантно. Посмотрев на меня, он сказал:

– Сэр, мне поручили сделать вам два костюма и все аксессуары к ним, три пиджака на каждый день с брюками, полдюжины рубашек, а также верхнюю одежду.

– А как быстро вы сможете это изготовить?

– К послезавтра, сэр.

– А не могли бы вы сшить мне хотя бы пальто до завтра? Буду очень благодарен.

И я вручил ему одну из двух бутылок рейнского, найденных у меня в «номере». Тот улыбнулся:

– Завтра днем, сэр?

- Лучше утром, если можно.

– Хорошо. Вот, посмотрите. Могу сделать любую из этих моделей... – и он достал из кожаной папки несколько рисунков, разложив их передо мной на столе. Больше всех мне понравился «честерфилд» – нечто, похожее на пальто от Берберри.

– Вот это!

– Вам, как мне кажется, и правда пойдет, сэр. Черный?

– Наверное, да.

– Ладно, а бежевый мы сошьем чуть попозже. Сколько карманов?

– Побольше, особенно внутренних. И хотя бы один на пуговицах...

– Сделаем. А к нему кепочку не желаете? Сейчас в моде вот такие, - и он показал на кепки, лежавшие на полке. Они были очень похожие на головной убор актера Ливанова из сериалов о Шерлоке Холмсе.

Я кивнул.

– Я могу идти?

– Погодите, сэр. Сначала выберите фасоны ваших костюмов...

Потом были ботинки – у них тут был еще и сапожник, которого хозяин кабинета привел из соседнего помещения. Потом меня долго и упорно измеряли, прямо, как почтальон Печкин дядю Федора. И вот, наконец, мистер Голдстин (так, оказывается, звали портного) и мистер Джонсон (сапожник) выставили меня за дверь, наказав прийти завтра к девяти утра.

Викуля ко мне в эту ночь не приходила – не иначе как ейный Альберт явился – не запылился, и ей было, кого терроризировать. А я наконец-то выспался, насладившись сначала половиной принесенной мне бутылки «хока» за ужином – остаток я презентовал обслуживавшему меня йомену. А с утра еще раз прогулялся по замку, заглянув в помещения, расположенные парой этажей ниже.

То, что мне сделали Голдстин и Джонсон, иначе как чудом назвать было нельзя – сидело все на мне, как влитое, от кепки до ботинок. Я хотел им сунуть часть полученных мною денег, но они отказались, мол, все уже оплачено, а Джонсон присовокупил, что «мы с Мозесом (так, очевидно, звали Голдстина) выпили вчера на пару ваш хок, и весьма вам за него благодарны». Я пообещал им и далее делиться подаренным мне алкоголем, после чего мы расстались до следующего раза, который должен был наступить «послезавтра с утра».

Да, подумал я, жизнь-то налаживается... Но сообщить нашим надо. А потом будь что будет. Только вряд ли это получится сегодня - а вот провести рекогносцировку не помешает.

В дверь постучали. У входа в мое скромное обиталище стояли двое незнакомых мясистых йоменов с красными лицами; живая иллюстрация того, что такое количество говядины и ежедневные литры эля до добра не доведут...

Первый представился:

– Здравствуйте, сэр Теодор, меня зовут сержант Холмс.

– Хау ду ю ду, – сказал я, подумав, что второго, наверное, зовут Ватсоном.

– А это – капрал Диринг. Мы будем вашими спутниками на прогулке. Одевайтесь, мы вас подождем снизу, у выхода.

Я надел свитер из шотландской шерсти, недавно подаренный мне Викулей, а сверху – мой новый честерфилд и кепку. Вообще-то этот поход в парк должен был быть ознакомительным; но, чуть поразмыслив, я сунул в один из внутренних карманов свою чековую книжку и конверт с ассигнациями. Хотел еще взять бумагу о титуле, но решил, что это уже будет слишком. В другой карман я засунул аптечку, а в третий (всего их было четыре!) – все прибамбасы для Лизиного телефона, включая, естественно, и сам телефон. Потом, подумав, сунул в последний внутренний карман штук двадцать «изделий номер два», а в наружный на пуговицах – кошелек с мелочью, после чего вышел к своим новым спутникам.

Открылись ворота Тауэра, и мы перешли через дорогу и вошли в парк. Он оказался крохотным, где-то, наверное, сто на сто метров. Ближе к середине и чуть слева до сих пор находилось место, где, как мне со смехом сообщил Холмс, «раньше рубили головы – а, может, и опять когда-нибудь будут». Вряд ли это было сказано в мой адрес, но прозвучало несколько зловеще.

Парк был окружен кованой оградой; выходов было три – к Тауэру, налево – в Сити, и открытая калитка прямо по ходу. Вокруг парка шла овальная дорожка, а рядом с тем местом, где находился потемневший от времени эшафот, была еще одна - в форме подковы. По парку неспешно прогуливались джентльмены и леди в изысканных нарядах. Впрочем, многие из этих «ледей» по сравнению с моей Катрионой более напоминали свинок, а другие – лошадей.

Мы уже успели осмотреть эшафот – Диринг с ухмылкой показал мне затертые пятна крови Саймона Фрейзера, лорда Ловата, последнего казненного на этом месте более ста лет назад (его приговорили к смерти за участие в якобинском мятеже) – и мы отправились дальше по овалу. У противоположного от Тауера выхода вдруг послышался оглушительный визг. Одна из почтенных матрон, выдавая на гора неизвестно сколько децибел, показывала в сторону открытой калитки. К ней сломя голову мчались какие-то личности.

– Мой ридикюль! Мой ридикюль! – орала она. Я инстиктивно побежал в ту же сторону. Чуть замешкавшись, йомены бросились за мной; но, похоже, галлоны эля и огромное количество говядины сделали свое дело – бежали они не так уж и быстро.

Человек, вырвавший сумку, побежал направо, но я успел заметить, как он кинул ее поджидавшему его у выхода сообщнику, а тот, чуть отбежав налево, еще одному. Я побежал за этим третьим, который практически сразу же рванул направо, затем еще раз налево, опять направо... И он, и я бежали практически бесшумно, в отличие от моих бифитеров, чьи шаги, напоминающие слонопотамьи, отчетливо слышались в совсем другой стороне – у меня сложилось впечатление, что они гнались за вторым.

Когда я уже почти нагнал вора, тот бросил ридикюль прямо в меня и побежал дальше. Я без труда его поймал (ведь столько лет играл в баскетбол) и с видом победителя “походкой пеликана” отправился обратно в парк.

Дама, увидев меня, запричитала:

– Спасибо вам, сэр!

Я с полупоклоном протянул ей ее имущество и спросил:

– А мои спутники не возвращались?

– В красной форме? Нет, я больше их не видела.

Я поцеловал ей руку и пошел не спеша все к тому же выходу, но не успел выйти, как меня кто-то ударил под дых, затем засадил в лицо, заломил мне руки за спину, и потащил в какой-то переулок, бормоча о том, что «не стоит вмешиваться в чужие дела, мистер». Я, не глядя, ударил пяткой куда-то назад и вверх и по тому, что меня сразу со стоном отпустили, понял, что попал туда, куда целился. Посмотрев, я увидел, что мужик корчился на земле. Пнув его в голову, я не стал задерживаться и побежал дальше – еще не хватало встретиться с его сообщниками. Район был весьма грустным; судя по карте, это и был тот самый East End, в котором тридцать четыре год спустя будет орудовать Джек Потрошитель. Впрочем, и сейчас личности, гуляющие по улице, не вызывали никакого желания попросить их о помощи. Я еще раз повернул за угол, потом еще – и вдруг увидел кэбмена, ожидавшего седока.

Ну что ж, ларчик просто открывался – я обошелся и без подземных ходов, и без ящика под каретой... Не зря я взял с собой столько всего. Только оно мне сейчас надо? Подумав, я решил – надо донести информацию до наших. А там видно будет.

Явка была на Острове Собак, но вдруг кэбби меня запомнит? И я сказал ему:

– Давай к Канарской верфи.

– А где это? – спросил с удивлением «водитель кобылы». Блин, наверное, ее еще не построили. А что насчет...

– Вест-индский док, – сказал я.

– Так бы и сказали, сэр.

Мы более получаса ехали по унылым ландшафтам восточного Лондона. Постепенно, места становились все более оживленными, и, наконец, мы прибыли к многочисленным пирсам, у одного из которых толпились хорошо одетые люди, а у других слонялись странные личности. Посередине всего этого находилась стоянка, забитая кэбами вроде моего. Я попытался вспомнить здешние тарифы на «такси», но кэбмен меня опередил:

– С вас четыре шиллинга, сэр.

Первая же монета, которую я достал из кошелька, оказалась кроной. Я не помнил, сколько она стоила* (*кроной (crown) именовалась монета в пять шиллингов), но извозчик принял ее как должное:

– Благодарю вас, сэр, вы очень щедры. Вас подождать? Всего два пенса за каждые четверть часа.

– Да нет, спасибо. Меня встретят, – улыбнулся я.

– Тогда всего хорошего! – И он встал в длинную очередь «бомбил» на стоянке.

А я пошел вдоль реки на юг. Меня постоянно хватали за рукав то гнусно размалеванные женщины средних лет, то какие-то хмыри, предлагавшие показать мне «лучший паб в Лондоне – вон на той улице». Один раз какой-то шибздик попытался залезть ко мне в карман, но я успел схватить его за руку, тот вырвался и побежал. Желания гнаться за ним у меня не было, тем более, карман был изначально пуст.

Минут через пятнадцать, район доков наконец кончился горбатым мостиком, ведущим через небольшой канал. Перейдя через него, я понял, что нахожусь на «Острове Собак». Дома тут были небольшие и весьма опрятные, народу было мало, и я, подумав, вместо того, чтобы искать Стебондейл Стрит, достал свой крестик и нажал на небольшой выступ. Теперь меня должны найти...

Чего, конечно, не было, так это скамеек – все-таки здесь был не парк, а жилой район. Булыжная мостовая, тротуары по обеим сторонам дороги (пока мы ехали, дороги были без тротуаров), газовые лампы... Я начал прогуливаться, подумав, что если я остановлюсь где-нибудь, я скорее привлеку внимание.

Вот как та дама, опирающаяся на столб. Ее фигура выглядела на удивление знакомо... Я подошел к ней, и сердце вдруг забилось в груди – я не поверил своему счастью: передо мной, с небольшим чемоданчиком, мокрая и несчастная, стояла девушка моей мечты – Катриона МакГрегор...
Последний раз редактировалось Road Warrior 15.08.2018, 19:20, всего редактировалось 2 раз(а).
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Возраст: 54
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Репутация: 9244 (+9556/−312)
Лояльность: 28501 (+29256/−755)
Сообщения: 3775
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 6 лет 1 месяц
Имя: Макс

#287 Uksus » 15.08.2018, 18:53

Road Warrior писал(а):орудовать Джек-Потрошитель.

Таки раздельно.
Через дефис - это новые веяния. Но в этом случае "потрошитель" пишется с маленькой.
Да, я зануда, я знаю...
Uksus M
Администратор
Возраст: 54
Откуда: СПб
Репутация: 6764 (+6812/−48)
Лояльность: 911 (+911/−0)
Сообщения: 6790
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 7 лет 11 месяцев
Имя: Сергей

#288 Road Warrior » 16.08.2018, 23:53

11 (23) ноября 1854 года. Букингемский дворец, Малый кабинет.
Александрина Виктория, королева Соединенного королевства.
Генри Джон Темпл, 3-й виконт Палмерстон, премьер-министр.


- И я узнаю это лишь от моей подруги, герцогини Сатерлендской! Когда у нее какой-то Lump - это слово оно сказала на немецком *(*Lump - “тряпка”, или “люмпен”) выхватил сумочку, и ее компаньонка упала в обморок, никто ей не помог, только сэр Теодор и его спутники-йомены поспешили на помощь. А потом она сама видела, как несколько бандитов схватили, избили и потащили сэра Теодора в страшный East End, где живут иммигранты, евреи и прочая шушера, и где, как мне только что доложил сэр Джордж* (*сэр Джордж Грей, “домашний секретарь” - министр внутренних дел), полиция даже боится показываться! И это рядом с Сити и моей резиденцией в Тауэре! Что вы намерены делать, виконт?!

Палмерстон с грустью посмотрел на Ее Величество. Сколько шума из-за какого-то там русского с сомнительной родословной... Да, этот сэр Теодор очень помог им, но зачем он нужен королеве? Неужто... Впрочем, об этом лучше даже не думать - перспектива обновить помост на Тауэр-Хилл ему как-то не улыбалась.

- Насколько я знаю, после всего случившегося поступило распоряжение запереть калитку, ведущую к северу от парка. И поставить в парке пост с констеблем.

- Это, мой дорогой виконт, примерно как если бы вы заперли дверь в конюшню после того, как оттуда украли коня. Вы хоть знаете, как именно выглядят похитители?

- Нет, ваше величество, как мне донесли, разные свидетели описывают их совсем по разному. Мы даже не знаем, сколько именно их было. Но Скотленд-Ярд нашел кепку сэра Теодора в грязи справа от выхода. Так что одна зацепка есть.

Виктория фыркнула, услышав эти слова, и премьер-министр обескураженно продолжил:

- И они делают все, чтобы задержать преступников. И найти сэра Теодора, если он еще жив.

- Если он еще жив... В ваших интересах, виконт, чтобы он еще был жив. Не забывайте, что он - гость королевы, и если с ним что-нибудь случилось, то это - позор! Что у вас еще?

- Ваше Величество, как я уже вам докладывал, император Франции Наполеон III настоятельно просит принять его при первой возможности.

- А зачем нам это нужно, виконт?

- Все-таки он - наш союзник. В отличие от незаконно вступившего на французский трон принца Плон-Плона, - Палмерстон сделал ударение на этом титуле, произнесенном презрительным тоном.

В голосе королевы появились уничижительные нотки:

- Виконт, вы предлагаете начать масштабное вторжение во Францию, чтобы вернуть трон Луи-Наполеону?

- Нет, но... по его собственным словам, у него во Франции много верноподданных...

- Только вот почему-то граф Кларендон* (*Джордж Уильям Фредерик Вильерс, 4-й граф Кларендон - секретарь Форин-оффиса (так именовался британский министр иностранных дел) Соединенного Королевства) нарисовал мне совсем другую картину - во Франции всеобщее ликование, Наполеона IV практически боготворят, а вашего законного императора в лучшем случае высмеивают. Вспоминают и то, как он взошел на престол, и то, что он, скорее всего, бастард, а не настоящий Наполеон. Хотя Наполеон IV и публично отверг подобные инсинуации. Так что ситуация не способствует вашему видению решения проблемы.

- Может быть, устроить покушение на узурпатора?

- Ни в коем случае. Даже в том случае, если наше вмешательство будет завуалированным, вы думаете, кто-нибудь поверит, что это сделали не мы?

- Мы можем действовать через тамошних поляков и вбросить информацию, что они выполняли распоряжение русского императора.

- Виконт, карта Луи-Наполеона бита. Единственная возможность - презентовать его голову новому Наполеону на золотом блюде. И предложить ему немедленные переговоры.

- Но он вряд ли возобновит боевые действия с Россией, ваше величество.

- У меня закрадывается смутное подозрение, что мы зря ввязались в эту авантюру, виконт. Я попрошу графа Кларендона передать новому императору через нашего посла в Париже, что мы готовы выдать французам бывшего императора, а также просим его о личной встрече в ближайшем времени. Вас же, виконт, я попросила бы, во-первых, подготовить пакет предложений - обсудите его с графом и принесите мне на утверждение. И, во-вторых, перевести Луи-Наполеона из Голландского дома в Тауэр - можете ему сказать, это для его же собственной безопасности. Виконт, я вас больше не задерживаю.

Палмерстон встал, пошел было к двери, но вдруг остановился.

- Да, виконт? У вас еще одна дурная новость?

- Перед приходом к Вашему Величеству, я получил страшную весть с Балкан, ваше величество, - замогильным голосом сказал Палмерстон. - После Варны и Кюстенджи, пали Силистрия, Гази и Люлебургаз. Таким образом, русские перерезали дорогу из Адрианополя в Константинополь, да и Адрианополь, я полагаю, вот-вот падет, если еще не пал. А захват русскими Константинополя - дело ближайшего времени.

- И как наш флот в Мраморном море? Он сможет дать отпор зарвавшимся русским?

- Вряд ли, ваше величество. Наших кораблей осталось не так много. А французские, как нам доложили из Парижа, вот-вот получат приказ выйти из Дарданелл и отправиться обратно в Тулон.

- И что же вы предлагаете, виконт? - тихий голос королевы напугал его больше, чем если бы она впала в неконтролируемую ярость, как это иногда бывало.

- Нужно еще раз проанализировать ситуацию - мои сотрудники как раз работают над этим.

- Жду вашего доклада не позднее сегодняшнего вечера, виконт. Вы, должно быть, спешите, чтобы его подготовить. Поэтому не смею вас больше задерживать.
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Возраст: 54
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Репутация: 9244 (+9556/−312)
Лояльность: 28501 (+29256/−755)
Сообщения: 3775
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 6 лет 1 месяц
Имя: Макс

#289 Road Warrior » 18.08.2018, 01:43

23 (11) ноября 1854 года, Париж. Пляс де ля Каррузель.
Генри Ричард Чарльз Уэлсли, лорд Каули, посол Соединенного королевства в Париже.


   Там, где еще вчера располагалась сгоревшая баррикада, свидетель недавних боев между немногими, сохранившие верность императору Наполеону III, и толпой французского плебса, к которому примкнули солдаты, изменившие присяге, сегодня ничего не напоминало о тех трагических событиях. Вместо нее сегодня утром поставили помост, рядом с которым располагались трибуны для почетных гостей. Впервые с тех пор, как я приехал в Париж, я таковым не являлся; мне выделили место среди разбогатевших купчишек, заплативших за это немалые деньги, футах в ста* (*30 метров) от места, с которого сегодня должны объявить указы узурпатора. А когда я начал протестовать, распорядитель указал на места за стройными рядами французских солдат, где, как сардины в бочке, толпились обычные французы, и предложил мне перейти туда, если мне не понравилось выделенное мне место. Пришлось, конечно, отказаться.

   Наполеон-Жозеф прибыл в столицу еще вчера, вскоре после своей так называемой коронации в Реймсе. Я немедленно попросил об аудиенции вчера вечером либо сегодня утром - нужно было разъяснить так называемому императору, почему продолжение политики его незаконно свергнутого кузена - в интересах нового монарха. Конечно, я облек бы это в дипломатические формулировки, но смысл был бы именно такой. Но, увы, мне сообщили, что короткая аудиенция состоится через полчаса после его клоунады на площади Каррузель. А сегодня утром мне принесли шифрованную телеграмму от графа Кларендона. Мне предписывалось предложить новому Наполеону передать ему законного императора Франции для суда и, вероятно, расправы. Что ж, подумал я, это, конечно, позорно; но, возможно, это единственный шанс хоть как-нибудь расположить этого выскочку к Соединенному Королевству.

   Заиграл какой-то военный марш, затем «Марсельеза», и, к моему удивлению, на помост вышел самозванец собственной персоной. Одет он был в генеральскую форму. Многотысячная толпа - от сановников до военных и до городского сброда - радостно приветствовала его. Он же отдал честь, поклонился, и начал:

- Мои дорогие французы, и вы, граждане будущей республики Эльзаса-Северной Лотарингии! Дорогие иностранные гости! Наша страна сегодня в тяжелом положении. После прихода к власти предыдущего главы государства, были разработаны неотложные меры, которые, с Господней помощью, привели бы к улучшению доли каждого француза, а в перспективе и к процветанию нашей державы и нашего народа. Ибо задача любого правителя - забота о собственной нации и о ее людях.

Но, увы, вместо этого французский народ был вовлечен в ненужную авантюру - войну со страной, которая никогда не проявляла агрессию по отношению к французскому государству. Страной, которая держит свои обещания. Страной, война с которой кончилась катастрофой для моего августейшего дяди. Страной, торговля с которой способна приумножить богатство нашей нации. Да, я говорю о Российской Империи.

Император Николай предложил мне немедленное перемирие между нашими державами и заключение мирного договора в самом ближайшем будущем, причем условия этого мирного договора не будут чрезмерными. Посему я вчера приказал немедленно прекратить эту никому из французов не нужную войну и отозвать наших солдат и моряков домой. Соответствующие приказы уже были посланы во флот у Дарданелл, и в Рущук, где все еще находятся наши смелые солдаты. Все те, кто был призван для ведения этой войны, могут вернуться по домам, где их ждут семьи, а также сады и поля, мастерские и фабрики, школы и университеты. Кто захочет, получит возможность остаться в рядах нашей армии; вполне возможно, что в недалеком будущем, наша империя подвергнется нападению со стороны наших недавних союзников.

   Во мне все кипело. Все, над чем я работал более двух лет, в одночасье было потеряно. Но я, как и полагается дипломату, попытался остаться внешне бесстрастным - что было еще сложнее при виде того, как народ вокруг меня бесновался. А Наполеончик продолжал:

- Кроме того, мы приняли решение дать независимость нашим немецкоязычным землям - Эльзасу и Северной Лотарингии. Это решение вступит в силу ровно через три месяца, двадцать третьего февраля тысяча восемьсот пятьдесят пятого года, при условии согласования границы этой территории, а также договора о дружбе между Французской Империей и новой республикой. Делаю я это с тяжелым сердцем, но в уверенности, что это принесет пользу для Французской Империи и для Эльзаса-Северной Лотарингии.

   Здесь ликование было намного менее заметно, особенно после того, как узурпатор добавил:

- Кроме того, мы издали указ об автономии некоторых регионов Франции с другим языком и культурой. Они останутся частью Французской Империи, но получат местное самоуправление и право использовать родной язык во всех сферах деятельности, кроме коммуникации с властями и чиновниками империи, при условии всеобщего обучения французскому языку и равных прав для франкоязычных граждан. Это будут воссозданные провинции Бретань, Гасконь и Земля Басков, и Корсика. Я поручил Сенату и Законодательному корпусу разработать - при непосредственном участии представителей тамошних народов - законы о полномочиях этих провинций.

После секундной паузы, он продолжил:

- И, наконец, мы собираемся вводить законы о сокращении рабочего дня и об улучшении условий труда, а также о всемерной поддержке нашей промышленности и наших крестьян. Кроме того, все французы должны уметь читать, писать и считать, а лучшие из них, вне зависимости от происхождения, получат дальнейшее образование за счет государства. Законы об этом я также поручил разработать нашему Парламенту с участием наших лучших ученых на основании тех предложений, с которыми так недавно пришло предыдущее правительство и которые были так быстро позабыты. Но некоторые неотложные меры - о содержании тех, кто стал инвалидом в этой трагической войне, о поддержке вдов и сирот, об учреждении начальных школ - я приказал принять немедленно и нашел возможность финансировать эти начинания. И, наконец, я договорился с русским императором Николаем о допуске французских компаний к российскому рынку, и о замене части денежных репарации поставкой промышленных и других товаров.
Вместе, дорогие мои французы, мы сможем сделать нашу страну вновь великой! Vive la France!

- Vive la France! Vive l’Empereur! - от криков многотысячной толпы у меня зазвенело в ушах.

Минут через пятнадцать, учтивый молодой человек в военной форме поклонился мне и сказал:

- Мсье посол, император примет вас, если вам это угодно.

Меня провели в Салон Аполлона в Тюильри - в место, где я не раз обедал с законным императором. Теперь оттуда убрали обеденный стол и вместо него поставили несколько кресел и столиков, принесенных из других частей дворца. Узурпатор пожал мне руку и предложил мне сесть, угостил меня неплохим арманьяком, после чего сказал:

- Мсье посол, мы надеемся на хорошие отношения с вашей империей. Но не любой ценой. 

- Мой император, - вы бы знали, с каким трудом мне дались эти слова, - увы, моя королева не находит ваш односторонний выход из Восточной войны дружественным. Особенно после того, как мы сражались плечом к плечу.

- Здесь, мсье посол, мы ничего сделать не можем. Alea iacta est!* (*Жребий брошен - эти слова произнес Юлий Цезарь перед тем, как со своими легионами перейди речушку Рубикон, которая была границей между Галлией и непосредственно Римской Республикой, и таким образом вновь развязать Гражданскую войну) Насчет же плеча к плечу... наш экспедиционный корпус на Балтике подвергся весьма грубому обращению на ваших кораблях. А в Крыму ваш флот вообще оставил всех французов на берегу и ушел в турецкие порты. 

- Мой император, вас неправильно информировали...

- Я там был. Лично, - сказал проклятый самозванец. - Так что не надо об этом. Вопрос теперь в том, как именно мы будем сотрудничать в будущем.

- Мы можем выдать вам вашего кузена, Луи-Наполеона.

- Зачем? - Похоже, удивление узурпатора не было наигранным.

- Для суда и последующего наказания, - видит Бог, мне было трудно произносить эти слова, но именно такие инструкции я получил от графа Кларендона.

- Мы не собираемся судить Луи-Наполеона, - сказал с нажимом новый Наполеон. - Я б ему не рекомендовал возвращаться во Францию - просто потому, что его здесь теперь многие не любят. Но, если он захочет оставаться в Англии, мы не будет против, с условием, что он не будет вести никаких подрывных действий по отношению к Французской империи либо дружественным ей державам. 

А с Британской Империей, мы открыты для торговли и сотрудничества. Просьба вас проинформировать об этом ваше правительство и вашу королеву. 
- Благодарю вас, мой император, - сказал я и, раскланявшись, удалился.

Вторая телеграмма, полученная мною сегодня утром от виконта Пальмерстона, содержала инструкции на случай, если новый Наполеон сорвется с поводка, на котором до того сидел его кузен. Надо послать депешу графу Кларендону о положении дел, а также связаться со знакомыми поляками и обсудить с ними, как именно можно будет воплотить в жизнь пожелания премьер-министра.
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Возраст: 54
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Репутация: 9244 (+9556/−312)
Лояльность: 28501 (+29256/−755)
Сообщения: 3775
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 6 лет 1 месяц
Имя: Макс

#290 Uksus » 18.08.2018, 06:38

Road Warrior писал(а):Узурпатор пожал мне руку и предложил мне сесть, угостил меня неплохим арманьяком, после чего сказал:

Первое оставить, остальное на фиг.

Добавлено спустя 3 минуты 1 секунду:
Road Warrior писал(а):Просьба вас проинформировать об это

Либо прошу вас, либо просьба К ваМ.
Да, я зануда, я знаю...
Uksus M
Администратор
Возраст: 54
Откуда: СПб
Репутация: 6764 (+6812/−48)
Лояльность: 911 (+911/−0)
Сообщения: 6790
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 7 лет 11 месяцев
Имя: Сергей

#291 Road Warrior » 22.08.2018, 15:37

23 (11) ноября 1854 года. Берлин, ресторан «Цур Летцтен Инстанц».
Чарльз Каттлей, переговорщик.


– Здравствуйте, – поприветствовал меня человек, сидевший в углу отдельного кабинета. – Можете называть меня полковник Сидоров. Сигару? Коньяка? Немецкого шнапса?

Мой собеседник встал и протянул мне руку для рукопожатия. Меня поразил его высокий рост – он почти касался головой потолка, а также несомненная военная выправка, несмотря на элегантный цивильный костюм.

– Спасибо, не откажусь ни от сигары, ни от коньяка. – вымученно улыбнулся я. Отрезав кончик сигары гильотиной, я зажег и раскурил ее. Все это время я искоса наблюдал за своим визави. Он мило улыбался мне, но так и не притронулся к хьюмидору * (*так именуется специальная шкатулка с увлажнителем для сигар). Вместо этого, он открыл бутылку коньяка hors d’age* (*“без возраста” - так называется коньяк многолетней выдержки) от Фрапена, после чего разлил сей благородный напиток по пузатым рюмочкам. После того, как мы чокнулись, полковник Сидоров произнес:

– За ваше здоровье, господин Каттлей.

– Откуда вы знаете мое имя? – изумился я. Скажу честно, мой собеседник так озадачил меня, что я поставил на стол рюмку, которую уже поднес к губам.

– Мы располагаем вашим портретом, – улыбнулся полковник, после чего ответил и на второй, невысказанный мною вопрос: – А если вы хотите знать, почему я дал вам понять, что знаю, кто вы такой... Видите ли, я предпочитаю вести честную игру. Ведь вы, без сомнения, приехали в Берлин для того, чтобы провести зондаж относительно возможного заключения мирного договора между нашими державами. Причем, если я правильно оценил ситуации, третий виконт Пальмерстон ничего о вашем визите не знает. И, чтобы окончательно расставить все точки над i и перечеркнуть буквы t * (* to dot the i’s and cross the t’s – именно так звучит известная русская пословица на английском), добавлю, что послал вас сюда либо Уильям Гладстон, либо кто-нибудь из его окружения. Итак, ваше здоровье!

Я невольно отметил про себя, что его английский был выше всех похвал – разве что акцент его был больше похож на говор жителей наших заокеанских колоний, которые считают себя отдельной страной. И если бы я не знал, что он русский, то решил бы, что он из Филадельфии либо Нью-Йорка.

Посмаковав глоток коньяка (а оказался он отменным, как, впрочем, и сигара), я решил не делать тайны из того, какую именно группировку я представляю.

– Вы правы, меня действительно прислал сэр Уильям. Ее величество очень недовольна политикой виконта Пальмерстона, которая привела к огромным потерям нашего флота и экспедиционного корпуса. И, как я полагаю, отставка его не за горами.

– И вы решили, что пора ставить на другую лошадь? – закончил мою мысль собеседник. Должен признать – прозвучало это несколько грубовато, но в общем правильно.

– Не только это. Я, в отличие от виконта, родился и вырос в России, и намного лучше его представляю тамошние реалии. То, как видит вашу родину виконт, весьма и весьма карикатурно. Хотя, буду с вами честен, ситуация, вероятно, была бы совсем другой, если бы не появление неизвестной эскадры на Балтике. Мы немного знаем про эту эскадру, к которой, если я не ошибаюсь, имеете честь принадлежать и вы...

– Именно так, – кивнул полковник. – А ваши сведения, без сомнения, от перебежчиков... Эти наговорят вам все, что угодно, лишь бы спасти свою драгоценную жизнь. – В голосе моего собеседника прозвучало такое ледяное презрение, что я поежился, представив себе, что будет, если сэр Теодор попадет в руки к таким людям, как этот «Сидоров» (было понятно, что такой фамилии у дворянина быть не может, а для ведения переговоров русские простолюдина просто бы не назначили).

– У нас есть свои каналы информации, – дипломатично ответил я. – В любом случае, я благодарен вам, полковник, за готовность встретиться со мной.

– …и возможность прозондировать, на каких условиях Россия согласилась бы прекратить войну, – озвучил тот мою невысказанную мысль.

– Именно так, что уж там греха таить... Все, кроме виконта Пальмерстона и пары фанатиков в его окружении – в первую очередь, Альфреда Спенсера-Черчилля – давно уже поняли, что война нами проиграна. Великобритания практически отрезана от мира – две ваших эскадры сделали весьма рискованным морское сообщение даже с Ирландией. Можно было как-то существовать за счет торговли через Францию, Голландию и Бельгию. Но у наших лягушачьих друзей переменилась власть, а сыроеды настолько взвинтили цены, что наши торговые дома оказались на грани разорения. Да и, скажу вам честно, снова начались волнения в Ирландии. Конечно, все еще ходят пароходы янки, хотя и намного реже, чем раньше. Но их пассажиры привозят с собой заокеанские газеты, и они пестрят статьями о том, что, согласно доктрине «Явного Предначертания»* (*manifest destiny – распространенное в XIX веке мнение, что САСШ суждено править над всем североамериканским континентом), сейчас самое время наложить лапу на земли британской короны и Компании Гудзонова залива, находящиеся к северу от их границы. А некоторые их писаки упоминают и острова Карибского моря – Багамы, Виргинские острова, Малые Антилы, Ямайку...

– Как же, как же, слышал об этом краем уха, – сказал полковник, хотя я готов был побиться об заклад, что если русские и не приложили руку к этим событиям, то готовы негласно их поддержать. – Кстати, вполне возможно, что и торговля с Нижними Землями* (*именно так переводится голландское Nederlanden (в современной форме Nederland, «нижняя земля») – и английское Netherlands) вскоре сойдет на нет по схожим причинам.

– Так мы, увы, и предполагали, – ответил я. – Поэтому, как только Пальмерстон потеряет свой пост – а это, как мне кажется, произойдет в течении если не нескольких дней, то точно через пару недель – мы хотели бы как можно скорее заключить мир с Российской империей. И потому нам хотелось бы знать, на какие условия мы могли бы рассчитывать.

– Встречный вопрос, – полковник Сидоров посмотрел мне в глаза. – Видите ли, очень часто те договоры, которые мы подписывали с Британией, нарушались последней, как только ей это становилось выгодно. У нас даже бытует поговорка, что англичане – хозяева своего слова. Захотели, дали его, захотели, взяли обратно. Смею вам напомнить, что еще четверть века назад мы были союзниками, и что Россия никак не покушалась с тех пор на британские интересы. Легитимные интересы, я имею в виду. А англичане ответили нам за все черной неблагодарностью. Причем, это происходило не только по отношению к нам – позвольте вам напомнить про три «копенгагирования».

– Полноте, – пробормотал я растерянно. – Но ведь последнее из них закончилось не в нашу пользу...

– Вопрос не про пользу, а про сами действия. Так что вам придется подумать, как именно убедить нас в том, что на этот раз вы договоренностей нарушать не будете. Что ж касаемо репараций... Сначала территориально. В Европе наши требования ограничатся Ионическими островами – смею напомнить, полученными Соединенным королевством по доброму согласию России. В Северной Америке, Соединенное королевство передаст Российской империи территорию Северного Орегона и признает юрисдикцию последней над Юконом. Кроме того, Российская империя получит контроль над Бермудами, Барбадосом, Доминикой, и Тринидадом с Тобаго, причем без населения, за исключением местных индейцев, ежели таковые там сохранились.

– Позвольте, но... – промямлил я.

– Заметьте, что это намного скромнее, чем то, что желают получить от вас янки. Далее. Соединенное королевство передаст Российской империи остров Цейлон и остров Сингапур, через которые Российская империя будет вести торговлю с Индией и другими азиатскими колониями – смею добавить, что подобная торговля могла бы быть взаимовыгодной. Российская империя, со своей стороны, выражает свою полную незаинтересованность в присоединении какой-либо части материковой Индии, Бирмы, либо британских территорий к северу от Сингапура.

И, наконец, Соединенное королевство возьмет на себя все кредиты, выданные Российской империи и ее подданным английскими банками. Кроме того, в Россию в счет репараций будут поставлены сталь, уголь, станки, рельсы, и другие промышленные изделия. И, наконец, будут выплачены определенные суммы золотом.

– Но вам не кажется, что ваши требования чрезмерны!

– Вы так считаете? Хорошо, тогда представьте себе – английская торговля сходит полностью на нет. Далее: «Молодые ирландцы» поднимают мятеж, и добиваются независимости своего острова. Ваши соседи по Северной Америке и Карибскому морю захватывают Ямайку, Малую Антильскую гряду, Торонто, и Монреаль... В условиях войны с вами, мы им мешать не будем. Кстати, и наши собственные требования будут пересматриваться только в сторону увеличения. Вот нынешняя их редакция, с точными цифрами.

И он передал мне в руки пухлую папку. Открыв ее, я увидел, что листы в ней отпечатаны неизвестным мне способом. А полковник, улыбнувшись, налил еще по рюмочке коньяка.

– Давайте выпьем за будущие мир и взаимопонимание между нашим державами, господин Каттлей. Ведь любая война рано или поздно заканчивается миром. Каким? А вот это во многом зависит от нас…

– Мир и взаимопонимание, – повторил я, поднимая рюмку.

– А теперь я позову официанта, и мы с вами пообедаем. Я угощаю – еда здесь, действительно, весьма неплохая, даже с учетом того, что мы в Пруссии.
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Возраст: 54
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Репутация: 9244 (+9556/−312)
Лояльность: 28501 (+29256/−755)
Сообщения: 3775
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 6 лет 1 месяц
Имя: Макс

#292 Uksus » 22.08.2018, 15:59

Road Warrior писал(а):Меня поразил его высокий рост – он почти касался головой потолка, а также несомненная военная выправка, несмотря на элегантный цивильный костюм.

Макс, после того как
Road Warrior писал(а):Можете называть меня полковник Сидоров
"несомненная военная выправка" поражать уже не должна.

Добавлено спустя 4 минуты 27 секунд:
Road Warrior писал(а):вымученно улыбнулся я. Отрезав кончик сигары гильотиной, я зажег и раскурил ее.. Все это время я искоса наблюдал за своим визави.

Отрезав кончик сигары гильотиной, зажег и раскурил ее, всё это время искоса наблюдаЯ за своим визави.
Хм?

Добавлено спустя 3 минуты 43 секунды:
Road Warrior писал(а):от Фрапена, после чего разлил сей благородный напиток по пузатым рюмочкам.

Снифтерам!
Пузатый бокал (рюмка) для коньяка.

Добавлено спустя 1 минуту 23 секунды:
Road Warrior писал(а):Скажу честно, мой собеседник так озадачил меня, что я поставил на стол рюмку, которую уже поднес к губам.

Снифтер, которЫЙ.

Добавлено спустя 1 минуту 23 секунды:
Road Warrior писал(а):Причем, если я правильно оценил ситуации,

СитуациЮ.

Добавлено спустя 1 минуту 26 секунд:
Road Warrior писал(а):Я невольно отметил про себя, что его английский был выше всех похвал – разве что акцент его был больше похож

Второе на фиг.

Добавлено спустя 3 минуты 23 секунды:
Road Warrior писал(а):и намного лучше его представляю

Него.

Добавлено спустя 3 минуты 52 секунды:
Road Warrior писал(а):произойдет в течении если не нескольких дней,

В течениЕ.

Добавлено спустя 5 минут 33 секунды:
Road Warrior писал(а):налил еще по рюмочке коньяка.
Road Warrior писал(а):– Мир и взаимопонимание, – повторил я, поднимая рюмку.

См. выше.
И учти, что это слово придумали именно британцы.
Это я намекаю на проявление жлобства.
Да, я зануда, я знаю...
Uksus M
Администратор
Возраст: 54
Откуда: СПб
Репутация: 6764 (+6812/−48)
Лояльность: 911 (+911/−0)
Сообщения: 6790
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 7 лет 11 месяцев
Имя: Сергей

#293 Road Warrior » 23.08.2018, 12:42

25 (13) ноября 1854 года. Поезд Лондон-Кардифф.
Шарль Луи Наполеон Бонапарт. Бывший император Франции, а ныне беглец.


– Ха-ха-ха! – думал я, усаживаясь в карету графини де Борегар, и с удовольствием наблюдая за тем, как стражи королевской твердыни в своих дурацких мундирах бестолково бегают вокруг стен Тауэра, разыскивая меня. – Они решили, что я, как послушная и беспомощная овечка, буду сидеть под охраной этих олухов в их дурацком замке, и ждать, когда меня под конвоем отправят в Париж, чтобы там осудить и казнить? Нет, плохо они меня знают…

О том, что эта потаскуха Виктория продаст меня моему кузену Плон-Плону, я догадался, когда меня позавчера привезли не на встречу с ней, как мне торжественно сообщили при посадке в карету, а в Тауэр, где какой-то холуй в штатском объявил мне сразу по прибытии, что я там буду жить ради моей же, видите ли, безопасности. А в ответ на вопрос, когда же мне удастся переговорить с моей августейшей «сестрой», тот ответил, что, мол, королева ныне в Шотландии, и будет в Лондоне со дня на день. Как будто я не знаю, что в ноябре она в те места ни ногой...

Впрочем, то, что от нее можно было ожидать чего угодно, я понял еще при нашей последней встрече в Дувре – уж больно благочестивая была у нее тогда физиономия. Терпеть ненавижу этих британцев, которые даже в постели с постными рожами грешат со шлюхами или любовниками, бормоча под нос свои пуританские молитвы. Нет, зря я с ними связался, решив как следует наказать русского императора за поражение моего великого дяди. А теперь, выходит, я должен один отдуваться за все грехи, которые мы творили сообща? Нет, так дело не пойдет…

К счастью, на мой вопрос о моей свободе передвижения в пределах Тауэра, холуй впал в минутное замешательство – ему явно не дали никаких инструкций на этот счет – но потом промямлил, что покидать Тауэр мне «настоятельно не рекомендуется». Зато я могу делать что мне заблагорассудится, и даже приглашать к себе гостей – йомены доставят приглашение по любому адресу в Лондоне. И уже часа через полтора ко мне прибыла графиня де Борегар, моя старая знакомая и любовница. Конечно, мы провели время не без пользы, тем более, кровать в моих «покоях» была удобная – но мне показалось, что у двери с той стороны кто-то прислушивается к каждому стону и скрипу. Конечно, делает он это не ради извращения, хотя, зная англичан, не удивлюсь, если подслушивающий получал при этом своеобразное удовольствие. Но вот обсуждать какие-либо серьезные планы вслух в данной ситуации нам не следовало. Зато эти недоумки оставили на письменном столе бумагу, перо и чернильницу. И я составил перечень всего, что мне понадобится для побега.

Графиня была обязана мне всем – титулом, богатством и положением в обществе – так что взяла список без вопросов, лишь кивнув головой. Подумав, сложила его в несколько раз, обернула в два листа чистой бумаги, и засунула себе под корсет. Эта предосторожность оказалась нелишней – на выходе, ее попросили показать содержимое ридикюля, но до личного досмотра дело не дошло.

А вчера она передала мне большой саквояж, в котором под чистым бельём среди всего прочего находились парик, острая бритва, зеркальце, и костюм обычного лондонского клерка. Кроме того, там лежала бутылка джина с подмешенным в него опиумом.

Вечером, сразу после смены караула, я угостил этим джином дежуривших во дворе стражников в расшитых золотом мундирах. Было мерзко и холодно, моросил мелкий дождик, так что, кроме часовых, во дворе никого не было. Дождавшись, когда «лобстеры» крепко уснут, я выудил у одного из них из кармана ключи, забежал к себе, быстренько разогрел на спиртовке стакан воды, сбрил усы и бороду, переоделся в переданный мне костюм, и преспокойно выбрался на свободу через калитку, к которой подошел первый же ключ. Рядом с Тауэром меня ждала в карете графиня де Борегар.

Вместе с ней мы добрались до заранее снятого моей бывшей возлюбленной укромного домика в предместье Лондона. Там мы с ней снова решили вспомнить былое и предались любовным утехам. Графиня вновь убедительно доказала мне, что она осталась такой же прелестной и темпераментной, какой была восемь лет назад, когда я впервые увидел ее. Правда, тогда она была еще не графиней де Борегар, а простой актрисой Генриеттой Говард, которой приходилось жить на средства ее многочисленных любовников. Но тогда и я был еще не императором Франции, а всего лишь претендентом на трон, вынужденный скрываться от преследований французской полиции в Англии.

Потом, наскоро приведя в порядок себя и нашу одежду, мы стали обсуждать с ней дальнейший план действий. Я хотел как можно быстрее вернуться во Францию, призвать под мои знамена верные мне войска (а они должны быть – ведь не может такого случиться, чтобы все от меня отвернулись!), после чего свергнуть кузена-самозванца и снова стать тем, кем я был – императором Франции Наполеоном III Бонапартом.

Но моя любимая Генриетта огорчила меня. Она располагала более свежей информацией о том, что происходило сейчас во Франции. С ее слов получалось, что мне просто опасно будет появляться на родине. Мой кузен уже успел короноваться в Реймсе, народ поддерживает его, а обо мне эти неблагодарные французы, которые еще совсем недавно славословили меня, говорят теперь разные гадости, и грозятся прикончить, если я снова высажусь во Франции.

– Луи, тебе надо будет на время где-нибудь отсидеться, – обняв меня, сказала Генриетта. – Я знаю французов – скоро они угомоняться, а еще через годик станут так же ненавидеть твоего кузена, и с любовью вспоминать, как хорошо им жилось тогда, когда ты был императором Франции. Вот тогда и стоит попробовать снова вернуться на трон.

– Милая, ты как всегда права, – шепнул я ей на ушко, и поцеловал в разрумянившуюся щечку. – Только, как я слышал, эти русские варвары рыщут на своих ужасных кораблях вокруг Британии, и захватывают все английские корабли, которые пытаются покинуть королевство. Я могу запросто угодить к ним в плен. И тогда я окажусь в руках русского императора Николая, который, возможно, и не казнит меня, но отправит в свою ужасную Сибирь, где круглый год идет снег, и где люди от холода превращаются в сосульки. А насчет других европейских стран... Вряд ли они захотят портить отношения с Францией, моя дорогая, и по требованию моего кузена передадут меня прямиком в лапы французского правосудия.

– А что если ты на какое-то время укроешься в Североамериканских Соединенных Штатах? – спросила меня Генриетта. – Насколько мне известно, русские беспрепятственно пропускают корабли под звездно-полосатым флагом. Мне сообщили, что на днях из Бристоля собирается выйти в море быстроходный американский клипер. Я по телеграфу попросила забронировать в нем для тебя каюту. Это шанс выбраться из Европы и отсидеться в Новом Свете, дождавшись окончания боевых действий.

– Милая моя, – я восхитился умом и находчивостью свой любовницы, – ты просто молодец! Как жаль, что по своему происхождению ты не могла стать моей императрицей, и я вынужден был жениться на этой надутой и тупой графине де Монтихо!

- А ты не видел сегодняшний «Таймс»? Там написали, что твоя дражайшая супруга объявила, что давно уже не живет с тобой, потому как ты развратник и извращенец, и что она подала на скорейший развод, - протянула мне газету моя Генриетта.

- Вот видишь! Она тебя недостойна!

И я снова привлек к себе бывшую актрису, которую я сделал графиней, и снова мне пришлось расстегивать множество пуговиц и крючков на ее одежде. Но это занятие лишь усилило мой любовный пыл...

И вот я вдыхаю паровозный дым в поезде, идущем в Бристоль. На этот раз я путешествую в костюме добропорядочного британского буржуа. Подкладки на животе и боках сделали меня дородным и упитанным, а немного грима и румяна придали округлось моему лицу. Я стал похож на завзятого любителя ростбифов и светлого эля, причем настолько, что шпик у входа в Паддингтонский вокзал равнодушно провел глазами по моей фигуре, не обратив на меня никакого внимания.

У вагонов первого класса стоял еще один полисмен; я еще раз мысленно возблагодарил Генриэтту, которая на всякий случай купила мне билет второго класса и только до Бата - не исключено, что в Бристоле на вокзале может находиться такой же филер, а из Бата до Бристольского порта можно менее чем за час доехать на кэбе.

На всякий случай, усевшись на свое место, я снял цилиндр-шапокляк, сложил его, и сунул в саквояж. Потом, зевнув и потянувшись, сделал вид, что мне ужасно хочется спать. Прикрыв лицо воротником пальто, я постарался изобразить человека, который крепко спит и мечтает лишь об одном – чтобы его никто не беспокоил.

Краем уха я слышал разговоры пассажиров о том, что эта чертова война с русскими ужасно всем надоела, и что большинство жителей Соединенного королевства мечтают лишь об одном – чтобы она поскорее закончилась.

«Наверное, и мои французы говорят то же самое, – подумал я. – А Плон-Плон добился их поддержки лишь потому, что он бойню эту распорядился прекратить и вернуть нашу армию домой.»

Проклятая стерва Виктория! Это она уговорила меня начать войну с Россией. Теперь я понимаю, что чувствовал мой великий дядя, когда, после отречения корабль увозил его на остров Эльба. Только Эльба – это еще не остров Святой Елены. С Эльбы император Наполеон Бонапарт снова вернулся во Францию, и народ встретил его с радостью и восторгом. Я верю, что и мне суждено вернуться с триумфом из Америки и вновь занять свой законный трон! Только я не допущу ни второго Ватерлоо, ни второго изгнания. Лишь бы мне побыстрее добраться до Нью-Йорка!
Последний раз редактировалось Road Warrior 23.08.2018, 13:40, всего редактировалось 4 раз(а).
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Возраст: 54
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Репутация: 9244 (+9556/−312)
Лояльность: 28501 (+29256/−755)
Сообщения: 3775
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 6 лет 1 месяц
Имя: Макс

#294 Uksus » 23.08.2018, 12:47

Road Warrior писал(а):О том, что эта потаскуха Виктория продаст меня моему кузену Плон-плону,

А раньше ты это с заглавной писал... :du_ma_et:

Добавлено спустя 3 минуты:
Road Warrior писал(а):тем более, кровать в моих «покоях» была удобная – но мне показалось, что у двери с той стороны кто-то прислушается к каждому нашему стону и скрипу кровати.

1 и 3 - не знаю. Не смотрится.
2. ПрислушИВается.

Добавлено спустя 2 минуты 23 секунды:
Road Warrior писал(а):так что взяла список без вопроса,

ВопросОВ.

Road Warrior писал(а):Подумав, сложила его в несколько раз, обернула в два листа чистой бумаги, и засунула его себе под корсет.

Второе на фиг.

Добавлено спустя 1 минуту 53 секунды:
Road Warrior писал(а):А вчера она передала мне большой саквояж с чистым бельем, под которым среди прочего находились

...большой саквояж, В КОТОРОМ ПОД чистым бельём среди прочего...

Добавлено спустя 3 минуты 45 секунд:
Road Warrior писал(а):а еще через годик станут также ненавидеть твоего кузена

Так же.

Добавлено спустя 1 минуту 43 секунды:
Road Warrior писал(а):и я вынужден был жениться над этой надутой

НА.
Да, я зануда, я знаю...
Uksus M
Администратор
Возраст: 54
Откуда: СПб
Репутация: 6764 (+6812/−48)
Лояльность: 911 (+911/−0)
Сообщения: 6790
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 7 лет 11 месяцев
Имя: Сергей

#295 Road Warrior » 23.08.2018, 15:11

Поезд, кстати, пусть лучше будет Лондон-Бристоль; линия до Кардиффа была построена позднее.
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Возраст: 54
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Репутация: 9244 (+9556/−312)
Лояльность: 28501 (+29256/−755)
Сообщения: 3775
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 6 лет 1 месяц
Имя: Макс

#296 Road Warrior » 30.08.2018, 14:35

10 (22) ноября 1854 года. Соединенное королевство. Лондон.
Катриона Александрина МакГрегор, бездомная и нищая.

Я в последний раз взглянула на дом моей двоюродной тети вздохнула, подхватила чемоданчик, и пошла по дороге. В кошельке, лежавшем в ридикюле, принадлежавшем еще моей маме, чуть более двадцати пяти фунтов стерлингов - год или два прожить можно, конечно, но что потом?

Причем сначала надо было покинуть Англию. Конечно, можно было бы попытаться добраться до Ирландии, но корабли туда, как мне рассказала тетя Клэр, более не ходили, да и неизвестно, как тамошние родственники посмотрят на кузину без денег, без каких-либо перспектив, да еще и попавшую в опалу, пусть безвинно... Да и мою покойную бабушку там многие недолюбливают - русская, видите ли... Придется, наверное, уезжать в Шотландию; есть у меня там и родня среди горцев - и МакГрегоры, и Фрейзеры - и они меня обязательно приютят, все-таки для них кровь - не вода. Но садиться им на шею... и у тех, и у других отобрали после Каллодена все, что только можно. Кому-то потом все, или многое, вернули, но не моим родственникам; отец не от хорошей жизни покинул Каледонию* (*латинское название Шотландии).

А главной причиной того, почему я не хочу уезжать из Лондона, является надежда, что мне все-таки удастся еще раз увидеть сэра Теодора. Я его полюбила с первого взгляда, и минуты, проведенные с ним - вполне целомудренно, могу вас заверить - принадлежат к самым драгоценным моментам моей жизни. А насчет целомудрия... что бы там ни говорила тетя Клэр, а также бесчисленные другие дамы ее возраста, что супружеские отношения для женщины - сущий ад, и что их приходится терпеть ради своего мужа, но я была бы готова хоть сейчас принести свою невинность на алтарь любви к сэру Теодору. Вот только вряд ли он оценит мое жертвоприношение...

Еще чуть более года назад, мы с мамой обитали в небольшом домике в Ричмонде, под Лондоном. С тех пор, как погиб папа, его полк выплачивал ей небольшую пожизненную пенсию - если она опять не выйдет замуж; а мне полагались одиннадцать шиллингов в неделю до моего восемнадцатилетия, которые я без остатка отдавала маме. Жили небогато, но счастливо.

А в марте прошлого года, мама поехала к подруге в Манчестер на пару дней; у поезда взорвался котел, и шесть человек погибли. Мама была в их числе. Узнала я об этом от представителя компании, занимавшейся выплатами нашей пенсии; тот поспешил выразить свои соболезнования и заодно сообщить мне, что с того самого дня, мне полагалась лишь собственная пенсия, который не хватало даже для аренды нашего с мамой дома. На похоронах ко мне подошла двоюродная мамина сестра, Клэр Джеффрис, урожденная Фэллон, и пригласила меня поселиться у нее - с условием, что я буду отдавать ей весь свой доход, а еще преподавать ее дочерям французский и танцы, а также этикет («видишь ли, милочка, они в школе плохо учатся. А про деньги - не такая ты мне и близкая родня, и одиннадцать шиллингов вряд ли покроют расходы на твое содержание»).

И когда, год назад, мне исполнилось восемнадцать лет, и пенсию прекратили выплачивать, тетя открытым текстом дала мне понять, чтобы я поскорее искала себе место компаньонки - «о замужестве и не мечтай, кому нужна страшная глупая дура без приданого?») К моему счастью (как мне тогда показалось), два дня спустя ко мне приехала крестная - некогда принцесса Александрина Виктория, а теперь Ее Величество королева Виктория, и привезла мне подарок - десять фунтов стерлингов. Но, присмотревшись ко мне, она вдруг, строго взглянула на тетю, потом опять на меня, безапелляционным тоном отчеканила:

- Детка, что-то ты исхудала. Я тебя заберу к себе. Леди Клэр, вы, я надеюсь, не возражаете?

Леди Клэр, конечно, не возражала, а пока я паковала немногие свое вещи в мамин старый чемоданчик, намекнула мне, что потратила на меня намного больше, чем моя жалкая пенсия. Каким образом, она не пояснила - все эти месяцы я была практически прислугой, кормили меня вместе со слугами, одежду и обувь донашивала ту, в которой приехала - но она потребовала у меня три фунта из подарка Ее Величества. Я решила, что не буду с ней ругаться, и безропотно достала три фунтовые банкноты. Получив искомое, тетя присовокупила:

- Вот теперь все честно.

После недели в Букингемском дворце, крестная поселила меня в Голландском доме, сказав мне, что поищет для меня место компаньонки у кого-нибудь из своих камеристок. Там я и встретила сэра Теодора, и жизнь моя стала раем - до того самого момента, когда его вдруг схватили и куда-то потащили, а меня та страшная женщина отвела в мои временные апартаменты, где поджидала еще одна, похожая на первую как сестра-близняшка. Они приказали мне раздеться «внизу»; я отказалась, тогда одна меня схватила стальными руками, а другая сорвала с меня юбку и блумеры* (*так, по имени некой Амелии Блумер, именовались панталоны для женщин) и раздвинула мои ноги, после чего крикнула:

- Доктор, войдите!

Я сгорала со стыда - как любая уважающая себя женщина, я знала, что ни при каких обстоятельствах нельзя показывать себя «там» посторонним мужчинам; многие - например, моя тетя - говорили, что это касается даже мужа, и что доктора никогда не видят «того, чего необходимо стыдиться»* (*«pudendum» - гениталии, от лат. pudere «стыдиться»), а лишь ощупывают их под простынью. Но этот старикашка с немецким акцентом раздвинул мое самое сокровенное место и, осмотрев и пощупав, сказал:

- Миссис Шарп, она девственница.

- Вы уверены, доктор Старнберг?

- Я видел такое количество работниц борделей, знаете ли... Бандерши часто покупают девственниц и предлагают их лучшим клиентам за хорошую плату, и мне много раз доводилось проводить освидетельствование.

- Спасибо, доктор, - сказала эта жуткая миссис Шарп и, отпустив мои ноги (которые я сразу же сдвинула), достала банкноту и протянула доктору. Тот чуть поклонился, бросил еще один взгляд на меня, и вышел из комнаты.

- Одевайся! - приказала мне мегера. - И, когда оденешься, уходи. Ее Величество больше не желает тебя видеть - ни здесь, ни где-либо еще. Могу тебе сказать одно - благодари Бога, что ты сохранила невинность, иначе мои инструкции были бы другими.

Пока я натягивала на себя панталоны, меня поразила страшная догадка - не иначе как моя крестная приревновала меня к сэру Теодору. Но это значит, что... Я рыдала, пока застегивала юбку, бросала свои немногочисленные пожитки в мамин чемодан, и под конвоем двух горгон покидала Голландский дом навсегда. Зарядил мелкий холодный дождь, и пока я наконец-то дошла до дома тети Клэр, я промокла насквозь.

Тетя, увидев меня, стребовала с меня еще один фунт (у меня их оставалось чуть больше шести) и милостиво дозволила мне “на пару дней” поселиться все в той же каморке и вновь превратиться в служанку. Я с опозданием подумала, что дешевая гостиница стоила бы по шесть пенсов в сутки, и на этот фунт я смогла бы прожить несколько месяцев, даже с питанием.

А вчера утром послышался стук в дверь. Тетя отправила меня посмотреть, кто пришел.

На пороге стоял неприметный человечек.

- Мисс МакГрегор?

- Да, к вашим услугам.

- Я к вам по делу, - сказал он, не представившись. - Ее Величество желает, чтобы вы срочно покинули Англию.

- Как это? - спросила я, обалдевши.

- Вот так. Получите двадцать фунтов, - он сначала дал мне на подпись расписку, в которой эта сумма почему-то была написана лишь цифрами, а не прописью, а потом отсчитал четыре бумажки по пять фунтов. - Не позднее завтрашнего вечера. Могу порекомендовать «Кларендон», он уходит в Гавр от Вест-Индского дока завтра в час дня, за одну гвинею во втором классе, а оттуда вы сможете добраться до Североамериканских Соединенных Штатов. Билет второго класса оттуда стоит около двухсот пятидесяти франков, это десять фунтов. - И, приподняв котелок, странный визитер был таков.

Узнав об этом, тетя сказала мне:

- И правильно. Как сказал американец Бенджамин Франклин, рыба и гости начинают смердеть на третий день. Деньги у тебя есть, до доков как-нибудь доберешься.

Хорошо, подумала я, прибуду я в Нью-Йорк с четырнадцатью фунтами. Год или два сумею прожить - но попробую поскорее найти себе место. Говорят, там ценятся англичанки-гувернантки. Вот только жаль, что больше не увижу сэра Теодора... Пусть он трижды любовник моей крестной, но я все равно его люблю.

До дока я добралась на городском омнибусе - все дешевле, чем на кэбе, а скорость примерно та же, ведь и там, и там лошади. И только хотела встать в очередь за билетами на «Кларендон», как увидела, что у меня в руке лишь ремешок от ридикюля - саму сумочку аккуратно срезали, то ли в самом омнибусе, то ли в толпе, в которой я оказалась после того, как сошла с него. Денег у меня теперь не было вовсе - разве что серебряная монетка в один шиллинг со следами моих молочных зубов, зашитая в мой корсет - ее я хранила как реликвию... Не осталось у меня и каких-либо бумаг, удостоверяющих личность.

Я пошла, куда глаза глядят. Потихоньку толпы стали редеть; все еще сновали какие-то странные люди, но ко мне они никакого интереса не проявляли - идет куда-то небогатая барышня и пусть себе идет... Вскоре я увидела горбатый мостик над каналом; на той стороне я оказалась в райончике, больше всего напоминавшем какой-нибудь Гринвич - маленькие домики, аккуратные мостовые, газовые фонари... Надо было поразмыслить, что делать дальше. Я прислонилась плечом к покосившемуся столбу и начала мучительно соображать. Ничего на ум не приходило - у меня не было ни денег, ни крыши над головой, ни друзей в этом городе, ни даже еды... Единственное, что приходило в голову - попытаться продать что-нибудь какому-нибудь старьевщику и купить на эти деньги билет третьего класса до Эдинбурга, где у меня был троюродный дядя. Мне он не обрадуется, но на пару дней приютит.

И вдруг я услышала знакомый голос, заставивший меня вздрогнуть от счастья:

- Катриона? Это вы?

И еще через несколько секунд, мою руку поцеловал тот самый сэр Теодор, которого, как я свыклась с мыслью, мне не суждено было больше увидеть. И то, как засияли при моем виде его глаза, стоило всего того, что со мной произошло за последние три дня.
Последний раз редактировалось Road Warrior 30.08.2018, 14:58, всего редактировалось 1 раз.
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Возраст: 54
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Репутация: 9244 (+9556/−312)
Лояльность: 28501 (+29256/−755)
Сообщения: 3775
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 6 лет 1 месяц
Имя: Макс

#297 Uksus » 30.08.2018, 14:49

Road Warrior писал(а):и пригласила меня ко мне

Хм?

Добавлено спустя 1 минуту 49 секунд:
Road Warrior писал(а):у меня три фунта из подарка Ее Величество.

ВеличествА.

Добавлено спустя 4 минуты 59 секунд:
Road Warrior писал(а):на той стороне я оказалась в райончике, больше всего напоминавшего какой-нибудь Гринвич

НапоминавшеМ.
Да, я зануда, я знаю...
Uksus M
Администратор
Возраст: 54
Откуда: СПб
Репутация: 6764 (+6812/−48)
Лояльность: 911 (+911/−0)
Сообщения: 6790
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 7 лет 11 месяцев
Имя: Сергей

#298 Road Warrior » 30.08.2018, 15:01

Отбываю в Питер на недельку, и вряд ли смогу писать. Запощу еще одну проду чуть позже, а потом - в конце следующей недели.
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Возраст: 54
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Репутация: 9244 (+9556/−312)
Лояльность: 28501 (+29256/−755)
Сообщения: 3775
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 6 лет 1 месяц
Имя: Макс

#299 Road Warrior » 30.08.2018, 16:11

14 (26) ноября 1854 года. Ораниенбаум.
Капитан медицинской службы Синицына Елена Викторовна, декан медицинского факультета Елагиноостровского Императорского Университета.


- Здравствуйте, Ваше Императорское Высочество! - произнесла я, сделав неуклюжий реверанс великой княгине Елене Павловне.

- Елена Викторовна, милая, не забывайте - когда мы не на людях, я для вас Елена Павловна, - улыбнулась мне урожденная вюртембергская принцесса. - Лучше расскажите, как там у вас дела. А то новости о вашей жизни до нас доходят редко и с большим опозданием.

- Наши войска уже практически у стен Константинополя. Париж объявил о немедленном перемирии и пришлет делегацию для мирных переговоров. Англия еще кочевряжится, конечно...

- Да это все я знаю, - улыбнулась та. - «Ведомости» мне каждый день привозят, а, кроме того, государь время от времени сюда заезжает. Да и от сестер Крестовоздвиженской общины мне постоянно передают весточки. Пишут, что раненых намного меньше, чем они предполагали - причем больше всего привезли из боя под каким-то Алфатаром... Оттуда и жениха моей крестницы, Аллы Ивановны, доставили.

- Ника Домбровского? - воскликнула я! - Простите, Елена Павловна, я хотела сказать Николая Максимовича. Что с ним?

- Ничего страшного с вашим Ником не произошло, - успокоила меня великая княгиня. - Ранение в ногу и контузия. Рвется обратно на фронт, но ему доктор Николаев запретил.

- Наверное, по просьбе Мейбел. То есть Аллы Ивановны, - усмехнулась я.

- Да нет, Александр Юрьевич никогда бы не стал кривить душой, даже в угоду кому-либо, - строго ответствовала Елена Павловна. - Лучше расскажите, как там ваш университет.

- Его открытие намечается на первое марта следующего года. Готовы часть помещений, строятся новые здания, в том числе общежития для студентов и дополнительные здания для преподавателей. Надеемся, что война к тому времени закончится, и что наши курсанты смогут продолжать обучение по ускоренной программе. Тех, кто должен был в нашем времени поступить на пятый курс - вообще у нас в высших учебных заведениях обучение продолжается пять лет - мы планируем выпустить к концу октября, а новый семестр начнется после недельных каникул первого ноября.

А вот студенты-медики сейчас проходят практику - кто в полевых либо тыловых госпиталях, кто в Севастополе, кто в составе крейсерской эскадры, а многие, особенно младшекурсники, в нашем госпитале на Елагином острове, либо в его филиалах в Кронштадте и Свеаборге, а также на «Королёве».

Кроме того, часть ребят помогли с устройством Научного центра, где некоторые из них преподают ученым, согласившимся принять наше приглашение.

- Да, конечно, многие ваши студенты, наверное, знают больше, чем мировые светила...

- Знают - наверное, да. Но знание - далеко не все. Ведь их ученики - люди, которые сделали гениальные открытия, исходя из современного им уровня науки; представьте себе, что будет, когда они получат совсем другие базовые знания... Многие - например, Николай Лобачевский либо Александр Савельев - пребывают, по словам Александра Степановича, в «безграничном восторге». Были, конечно, и такие, которые даже оскорбились, увидев, что им будут преподавать безусые юнцы и тем более ветреные барышни, которым, по их словам, «не место в университетах». Но после первого же занятия брюзжание прекратилось. Кстати, аналогичные курсы проводятся и для горнодобытчиков и промышленников, в Инженерном и Горном центре.

Елена Павловна слушала с живейшим интересом. Но тут принесли кофе с профитролями, после чего великая княгиня вдруг задала совсем другой вопрос:

- А что случилось с юнгами, которых вы освободили с английских кораблей?

- Школа юнг действует под патронатом Университета уже сегодня; в качестве эксперимента, в ней, кроме английских детей, но по другой программе, учатся теперь и русские дети. Сначала были конфликты, теперь вроде они сдружились, причем и те, и другие уже понимают оба языка. Кроме того, уже начали работу курсы для школьных учителей, а в следующем сентябре намечается открытие школы при университете. Она будет открыта для детей из всех сословий. Если мы, конечно, найдем для нее помещение - на острове места маловато.

- Надеюсь, что я смогу вам с этим помочь, - сказала Елена Павловна. - Здания, которые можно было бы приспособить под школу, есть и здесь, в Ораниенбауме; а часть казарм можно было бы превратить в спальные корпуса.

- Благодарю вас, Елена Павловна, - чуть поклонилась я. - А вы не будете против, если мы назовем школу вашим именем?

- Если вам это поможет, то я буду только рада, - ответила та. - Но лучше назовите ее «Крестовоздвиженской».

- Давайте объединим оба названия. «Ее Императорского Высочества Великой Княгини Елены Павловны Крестовоздвиженская детская школа.»

- Хорошо, - с улыбкой ответила великая княгиня, и вдруг подала мне тарелку с какими-то шариками в сахарной пудре. - Попробуйте, это с моей швабской родины. Именуется, конечно, немного неприлично - Nonnenfürzle* (*«пуки монашек»), но, как мне кажется, очень вкусно.

Они оказались чем-то вроде пончиков без начинки, и, я, не кривя душой, похвалила их вкус, после чего попросила осмотреть здания для новой школы. По пути туда, Елена Павловна вдруг сказала:

- Кстати, я уже написала Аллочке, что свадьбу они смогут сыграть здесь, в Ораниенбауме. Например, сразу после святок* (*в Рождественский пост и в Святки, т. е. от Рождества до кануна Крещения Господня, которое отмечается 6 января по старому стилю, Церковь не венчает), если, конечно, война к тому времени закончится. Крестница моя ответила, что весьма мне благодарна, и что Николай Максимович просит меня быть его посаженной матерью на венчании.

- Спасибо! Передам это ее брату и родителям.

- А как у них дела?

- Они живут у меня в доме. Джимми преподает английский и латынь для курсантов. Джона недавно выписали из больницы; он ходит теперь с палочкой, с которой раньше передвигался Джимми. Джон сейчас проводит много времени с полковником Березиным, обсуждают американский Юг и тактику североамериканских вооруженных сил. Мередит учится уходу за больными, а также русскому языку и наукам; я тоже иногда с ней занимаюсь, когда есть время и силы. Весьма способная женщина, почти как дочь.

Я не стала рассказывать Елене Павловне, с чего все началось. Мейбел настояла, чтобы я как-нибудь поставила ее семье «Унесенные ветром» - для этого пришлось договариваться насчет аренды одной из аудиторий, где был телевизор. После просмотра фильма, Мередит долго плакала, а Джон, резко погрустнев, задумался, и через какое-то время сказал:

- Так оно все и было в вашей истории?

- Примерно так. Фильм, конечно, снят через семьдесят с лишним лет после окончания войны, но Маргарет Митчелл росла на Юге в те времена, когда свидетелей тех лет было еще много. Я вам принесла книгу из библиотеки, она на английском.

И я протянула ему «Общую историю Гражданской войны с точки зрения Юга»* (*«A General History of the Civil War: The Southern Point of View», автор Gary Chitwood Walker), невесть как оказавшуюся у нас в библиотеке.

Джон прочитал ее за три дня, после чего с поклоном вернул ее мне. На мое предложение оставить книгу себе, тот ответил, что не может, ведь книга библиотечная, и показал мне три тетрадки, заполненных мелким почерком - конспект тезисов книги. На лице его проступила твердая решимость:

- Миссис Хелен (так он меня называет), очень вам благодарен. Теперь я полностью уверен, что Югу нужно срочно готовиться к войне. Причем не только обучать солдат, но и вкладывать деньги в железные дороги и производство оружия и боеприпасов, а также подготовить верфи для строительства боевых кораблей. И, конечно, обучить инженеров.

А, самое главное, либо не допустить выборов этого Линкольна, либо составить планы на начальный период размежевания сторон. Вот только на Юге хоть и есть множество людей, готовых бороться за нашу Родину, но нет консенсуса, что именно нужно делать. И даже если мы достигнем этого консенсуса, нам очень не помешала бы помощь - например, если бы наших людей, как военных, так и специалистов в других областях, обучила бы Россия. Может быть, имеет смысл поговорить об этом с кем-нибудь из ваших людей?

Подумав, я свела его с Андреем Борисовичем Березиным, с которым он уже успел познакомиться во время помолвки. С тех пор, Джон проводит очень много времени в компании или его самого, или его подчиненных, а недавно начал встречаться и с адмиралом Кольцовым, и с генералом Перовским. Как в таких случаях говорил Попандопуло: «Чует мое сердце, что мы накануне грандиозного шухера.»
Последний раз редактировалось Road Warrior 30.08.2018, 17:02, всего редактировалось 3 раз(а).
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Возраст: 54
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Репутация: 9244 (+9556/−312)
Лояльность: 28501 (+29256/−755)
Сообщения: 3775
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 6 лет 1 месяц
Имя: Макс

#300 Uksus » 30.08.2018, 16:41

Road Warrior писал(а):либо в его филиалах Кронштадте и Свеаборге,

"В" после.

Добавлено спустя 1 минуту 45 секунд:
Road Warrior писал(а):а также на «Королеве».

Макс, я забыл, это фамилия или титул? Если первое - то через "ё". "КоролЁв".

Добавлено спустя 2 минуты 16 секунд:
Road Warrior писал(а):Но тут принесли кофе с профитеролями,

ПрофиТРолями.

Добавлено спустя 4 минуты 15 секунд:
Road Warrior писал(а):меня быть его названной матерью на венчании.

Посаженной.
Те, кто на свадьбе заменяет родителей называются посаженными матерью и отцом.
Да, я зануда, я знаю...
Uksus M
Администратор
Возраст: 54
Откуда: СПб
Репутация: 6764 (+6812/−48)
Лояльность: 911 (+911/−0)
Сообщения: 6790
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 7 лет 11 месяцев
Имя: Сергей

Пред.След.

Вернуться в "Песочница"

Кто сейчас на форуме (по активности за 5 минут)

Сейчас этот раздел просматривают: 7 гостей