Мы из Бреста

Список разделов Мастерская Личные разделы Сизов Вячеслав Николаевич.

#3261 Golikov64 » 22.05.2017, 18:13

3261 dimg » Сегодня, 00:34
Вы что по памяти вспоминали :-): - все куплеты песни нормальны кроме "Весь советский народ нам поможет..." где здесь рифма? причем простой перестановкой всё получается. кстати оригинал (аудио или песенник) не нашел везде повторяется этот странный текст, напоминающий "Наш Советский Союз покарает".
перестановка
"Весь" Народ Советский нам поможет
Когти вражие срубить,
Зубы вражие спилить,

Тщительнее надо искать и читать,но вообще все претензии к Чекистам http://www.chekist.ru/article/1950 хотя у них в оригинале это звучит:
Враг силен – мы сильней,
Враг хитер – мы умней,
Весь российский народ нам поможет
Вражьи когти срубить,
Вражьи зубы спилить,
Вражьи гнезда огнем уничтожить.

Где взялся Советский народ не понятно.Не стучали то все.
Как там в анекдоте:
Война. Украина. Мыкола сдал немцам партизан-односельчан. Сидит на завалинке, трескает выданные немцами консервы, пьет полученный шнапс. Мимо проводят партизан, избитых, окровавленных, на расстрел ведут. Один из них, замечая Мыколу, плюет в его сторону.
Мыкола удивленно: "Грицко, ты шо, обидевся?! "
" Красиво умереть не проблема, красиво убить врага, искусство."
" Лучше быть хорошим человеком,ругающимся матом и бъющим морды всякой сволочи ,чем тихой ,воспитанной тварью."
"Словом можно убить, словом можно спасти, словом можно полки за собой повести"
Golikov64 M
Новичок
Аватара
Возраст: 58
Откуда: г.Саратов
Репутация: 3821 (+3889/−68)
Лояльность: 306 (+333/−27)
Сообщения: 1265
Зарегистрирован: 06.12.2011
С нами: 7 лет
Имя: Алексей

#3262 master_iuda » 23.05.2017, 15:43

С ними всегда вместе используются добровольцев из восточных батальонов.
14 декабря в отчете отдела 1с (разведка) дивизии 3 французский батальон характеризовался так: «многие офицеры и младшие офицеры больше похожи на бродяг и искателей приключений, нежели на «идеологических бойцов». Французов особенно удручает, что они вынуждены заниматься антипартизанской деятельностью, а не воевать на фронте. Французы очень беспокоятся о своих соотечественниках, которые находятся в качестве военнопленных во Франции, а также много думают о невзгодах, которые переживают их семьи; нарастает постепенный страх, усилившийся после высадки англо-американских войск во французской Северной Африке в ноябре 1942 г.».
– Что только подтверждает мои слова обо всех этих союзниках.
– В какой-то степени я с тобой согласен. Но пока они на нашей стороне и мы можем использовать их в наших целях, постарайся не афишировать свое мнение об этих людях.
– Договорились.
- Остальные подразделения, сформированные из французских добровольцев, после летних и осенних боев этого года с Белорусским фронтом выведены в тыл и проходят переподготовку и переформирование в учебных лагерях.
Мы отвлеклись от общей темы разговора. Чтобы ты предложил сделать в той ситуации, что складывается на юге?
– Что сделать? По-моему лучше всего подбросить Паулюсу свежие резервы, с запада раз там нет войны, усилив ими фланги 6 Полевой армии. По мере возможности войска 4-й Танковой выводить из боя и возвращать к Харькову и Белгороду с тем, чтобы она могла в случаи необходимости контратаковать русских на Воронежском и Орловском направления. Вместо нее в районе Ростова сосредотачивать и вводить в бой армию Клейста, которая должна прикрыть выход 17 Полевой армии из «Кавказского котла».
- Ты ничего не сказал о румынских войсках держащих оборону по Манычу и Дону.
– А что тут говорить? Надо же кого-то оставлять на съедение русским. Вот они и послужат «куском мяса».
– Ты становишься циником!
– Увы. Все мы становимся ими на этой войне. Если отход армий Клейста и Руоффа ни кем не прикрыть, то к Новому году русские будут в Ростове, а в феврале замкнут кольцо под Воронежем. Согласись что, пожертвовав малым, мы можем спасти кучу немецких парней.
Клейст же смог пожертвовать горными егерями 49 корпуса, которые прикрывали его отход и смогли сдержать русских до того как все наши войска покинули «Невинномысский котел». Так почему бы румынам не сделать тоже самое. Я не говорю о том, чтобы их вообще бросить на Кавказе. Войска можно постепенно отвести к побережью и эвакуировать морем в Мариуполь.
– Боюсь, на это Берлин не пойдет, и будет требовать держаться до конца.
– Жаль. Тогда надо запасаться бумагой, чтобы писать похоронки семьям тех, кто попадет в котлы…
http://samlib.ru/s/sizow_w_n/
master_iuda M
Автор темы, Новичок
Возраст: 53
Откуда: Тамбов
Репутация: 7566 (+7575/−9)
Лояльность: 14818 (+14844/−26)
Сообщения: 1710
Зарегистрирован: 06.06.2011
С нами: 7 лет 6 месяцев
Имя: Вячеслав

#3263 master_iuda » 25.05.2017, 12:43

Обновление на 25.05.17. рабочий текст…

Из дневника Вилли Вольфзангера, ефрейтора Вермахта (Альт. Ист).


… В начале декабря 1942 года рота прибыла на Кавказ и была включена в состав 1 Танковой армии. Так началось наше боевое крещение. Впервые мы услышали свист снарядов, треск пулеметов, рев минометных установок и разрывы гранат. И это уже была не игра. До этих пор, кроме сожженных деревень, подбитой техники, могил и пожаров на нашем пути, мы не видели настоящей войны. Правда, она уже тогда показала нам свое лицо. Однако теперь на наших глазах атакующие солдаты, сраженные пулями, падали на сырую землю. Лилась кровь, и брели по дорогам раненые. И если ранее мы не сделали из наших винтовок ни одного выстрела, то сейчас они уже пошли в дело.
В первый же день, выйдя на линию фронта, мы атаковали одну из деревень. Защищавшие ее русские быстро оставили свои позиции и бежали. Впрочем, и я потерял мою роту. Когда мы выходили из грузовиков, которые оставались в укрытии, я увидел плачущего солдата, который сидел в снегу. Он отморозил ноги и был не в силах идти дальше. Лошадь, которую он вел, упала. Я с трудом поднял ее, вывел на улицу и по следам добрался до деревни. Замерзший, постучался в первый же дом и попросил дать мне чего-нибудь поесть. Я не знал, что несколькими домами дальше ночевали русские солдаты, которых разбудили выстрелы нашей атакующей роты.
На следующее утро я присоединился к своим. Вскоре нас обстрелял показавшийся у станции бронепоезд, и мы зарылись по шеи в снег. Ничего другого не оставалось, как только молиться. Но мы не молились о спасении своей жизни, мы просили у Бога только того, чтобы он придал нам мужества, которое позволило бы нам сохранить гордость мужчины, а не труса. Трусость была хуже смерти, и даже я, мирный человек, презирал каждого, который дрожал за жизнь и хотел избежать своей судьбы. Я был готов к любым испытаниям. Таков был смысл нашего существования в то время. И в душе среди всего этого ужаса и хаоса продолжало оставаться чувство какой-то детской бравады.
Наши орудия ничего не могли сделать с этим стальным чудовищем, которое, однако, вечером ушло вслед за отступающими русскими войсками. В полночь мы уже шли по улицам занятой деревни мимо горящих домов и изб, нарушив мирный сон местных жителей. Голодные солдаты входили в уцелевшие дома, и крестьяне выносили им хлеб и молоко. Но этого военным было недостаточно. Солдаты хотели меда, — и находили его, разоряя ульи, — муки и сала. Крестьяне умоляли оставить им хоть что-нибудь на пропитание, женщины плакали. В страхе перед голодной смертью один из крестьян попытался отнять у солдата награбленное, но тот размозжил ему череп прикладом винтовки, застрелил женщину и в ярости поджог дом. Шальной пулей он был убит в ту же ночь. Впрочем, мы не искали божьего суда на войне.
На второй день русские упорно оборонялись. Только шаг за шагом наши части продвигались вперед. Я оставался в обозе с пулеметом, защищая машины с боеприпасами. Бесконечные часы стояли мы в снегу и ледяной каше на сильном ветру и ели замерзший сотовый мед. Хлеба и воды нам не хватало. Я уже не чувствовал ног. Солдаты отморозили пальцы ног, уши и руки, когда носили ящики с боеприпасами. Они порой не замечали, как кровь застывала в конечностях. Часами должны были они лежать неподвижно в снегу, в то время как снаряды противника со свистом пролетали над ними. Сначала мы были злы и чрезмерно раздражительны, но потом становились безразличными ко всему и тупыми. Наконец нашим войскам удалось продвинуться. Был захвачен небольшой хутор, но русские сожгли его перед своим отступлением. Мы нашли солому, расстелили ее в овражке, положили плащ-палатки и заснули, прижавшись друг к другу. Ноги были ледяными, но сон оказался сильнее холода. Но те, кто приходил с передовых позиций, не решались ложиться. Они видели наши побелевшие лбы и справедливо опасались тотального обморожения. В конце концов, они растолкали нас. Зажгли костры, сгрудились вокруг и время от времени бегали, не отходя от огня, ожидая наступления дня. Тьму ночи прорезывали кроваво-красные огни горящих вокруг деревень, лишь холмы оставались невидимыми. Над ними звучал беспрерывный гром разрывающихся снарядов. Эта обстановка приводила меня к какому-то странному безразличию.
Поступил приказ к дальнейшему продвижению. Мы вышли и вскоре заняли первые высоты без какого-либо сопротивления русских. Я, нагруженный пулеметом, отстал вместе с двумя приятелями, так как мы очень ослабли во время ночевки в деревне и не могли выдержать темпа марша. С холмов был виден маленький город в долине и ряды домов на высотах вокруг него.
Мы лежали в снегу среди группы пехотинцев из другой части. Русские вели беспорядочный стрелковый огонь, который в любой момент мог накрыть нас. Мы вынуждены были лежать неподвижно, не предпринимая никаких действий, и были совершенно беззащитны. Не что иное, как пушечное мясо.
Внезапно один из нас поднялся. Никто не давал такой команды, но мы вскочили вслед за ним, облегченно вздохнув. Этот поступок был совершенно неосознанным и вовсе не свидетельствовал о нашей храбрости. Просто мы уже не могли лежать в снегу, измотанными от холода и безделья, в каком-то напрасном ожидании. Нас охватило безумие, радость от возможности двигаться, какое-то воодушевление и скорее даже опьянение. Мы не боялись ни смерти, ни опасности, хотя действия наши были бессмысленными.
Некоторые из нас падали, сраженные пулями. Раздавались крики раненых. Но мы, ни на что не обращали внимания и, как одержимые, бросились в атаку на врага. В конце концов, несмотря на пулеметный огонь и снаряды, ложившиеся вокруг нас, достигли окраины города и вломились впервые же дома. Безжалостно расстреливали жителей и спешно нагружали вещевые мешки легкой добычей: медом, салом, сахаром, свежим хлебом. В это же время в соседнем доме русские оказали решительное сопротивление нашим солдатам и не оставили никого в живых.
В конце концов русские оставили город. Наступила ночь. Наши части занимали горящие фабрики и элеваторы. Мосты взлетали на воздух, минометы еще продолжали обстреливать нас, но мы уже не заботились об этом.
Мы заходили в дома и погружались в сон, даже не выставляя часовых.
На следующий день мы увидели руины горевших домов. Улицы были покрыты мусором, битым кирпичом, осколками стекла и обугленными балками. Мы наслаждались днями отдыха.
В первую ночь простые люди отнеслись к нам радушно. Они угощали нас, стирали мундиры, одалживали свои подушки и одеяла, как в хорошем лагере. Мы относились к этому с пониманием и безгранично доверяли им. Эти дни проходили как во сне. Если мы и вспоминали о боях, то чувствовали какую-то смесь ужаса и разочарования. Борьба, опасности и близость смерти теперь уже не пугали нас, и мы не думали об ужасах войны. Она не потрясала и, пожалуй, даже увлекала, хотя ужас преследовал нас повсюду. Мы не знали, ожидали ли нас жестокие сражения, разочаровала ли быстрая победа. И все же какой-то внутренний голос утверждал, что для нас было бы лучше попасть в плен или получить ранение. Не бои заставляли нас страдать, а морозы и ожидание чего-то неизвестного. Лишь после того, как мы долго пробыли на войне, ужас стал охватывать нас при виде множества убитых и умирающих вокруг.
В то время я сумел быстро преодолеть себя. Старался по возможности оставаться в одиночестве, пребывал в бескрайней апатии и старался, чтобы меня ничего не задевало…
Мы остановились в доме, где жили две молодые женщины, которых мы называли дочерьми мировой революции. Их гордость, вопреки простоте обращения, производила на нас большое впечатление. Они как будто бы чувствовали союз, который связывал их ровесников, в то время как война разделяла их. У нас с ними было много сходного в их желаниях, настроениях и умении находить с чужими людьми общий язык. Некоторая таинственность не мешала нам жить с ними в мире. Мне даже хотелось бы встретить их в конце войны.
С нашим реквизированным медом, хлебом и картофелем мы готовили с ними совместный праздничный обед, весело болтая, о чем попало.
Последний вечер в Стешигри мы провели в семье землевладельца, которая всю свою жизнь занималась жилищным строительством. Хозяин показывал нам альбом фотографий дореволюционного времени. Сильный здоровый старик, дворянского происхождения и патриархальных взглядов, представил своих дочерей, нежных, простых девушек, которых он держал в своих как будто бы они все вместе нашли убежище в этом чуждом для них мире и старательно оберегали свое прошлое, свою ушедшую молодость. Он сначала насмешливо спел Интернационал, а затем сквозь слезы царский гимн, песню о Стеньке Разине и духовные песнопения
С его женой я говорил на французском языке. Знала она его неважно и говорила с робостью. Ее лицо все еще было прекрасно, однако сильно увяло от пережитого горя. От нее я узнал об экспроприации в Советской России, нелюбимой работе и растущей нужде. Сына ее сослали в Сибирь, об участи своей дочери в Одессе, состоящей там в браке, она не знала. Фотографии, сохранившиеся от лучшего для этой семьи времени, вызвали наше любопытство. Мы выражали свое сочувствие этой семье. Мы еще не понимали, как с установлением нового порядка и новой жизни Россия могла отказаться от такого ценного прошлого
Затем двинулись дальше на исходные рубежи. В нашей роте было много больных, утомительные марши на крепнувшем морозе становились день ото дня тяжелее. Мы шли в неизвестном для нас направлении. Пересекли маленькую, замерзшую реку, после чего нам разрешили слегка отдохнуть. А потом опять бесконечные марши по покрытым ледяной коркой дорогам, на сильном ветру днем и ночью по направлению на Валово. Нашей целью был Орджоникидзе. Однако мы не сразу ее достигли.
Днем, перед атакой, я проспал с приятелями очередной поход. Никто не разбудил нас, каждый думал только о себе, о своих нуждах, об усталости и суровой команде, которая вынуждала их продолжать нелегкий путь. Мы двинулись по равнине, ориентируясь на следы, оставленные нашими частями. Русские солдаты встречали нас и бросали свое оружие в снег. Мы не беспокоили их, ужас нашего положения и странное чувство безвозвратности все время росли. В деревне мы наткнулись на русские части, которые остановились там на постой с лошадьми. Солдаты наблюдали за нами в бинокли, но не стреляли и не собирались брать нас в плен.
Так мы шли в надежде на благополучный исход нашего отчаянного предприятия, не обращая внимания на русских, которые готовились к контратаке.
И ночью вошли в деревню, где расположилась наша рота.
Солдаты толпились на улицах, заполненных грузовиками, повозками, орудиями и тележками. Шло отступление после провалившейся атаки.
После полуночи нас, совершенно не выспавшихся, атаковали казаки на лошадях. Они бросили ручные гранаты в окна домов и исчезли, как только нас подняли по тревоге.
Восемь солдат спали той ночью в отдельном доме на краю деревни, который окружили казаки. Проснувшись, двое из них, которые почуяли опасность, выпрыгнули через окно и тотчас попали под пули. Двое других очнулись ото сна только тогда, когда русские ворвались в дом, и были убиты. Двоих взяли в плен в сенях и заставили вытаскивать вместе с казаками захваченное орудие на позиции и открыть стрельбу по нашим войскам. Один солдат спрятался на сеновале и испытал всего лишь нервное потрясение. И, наконец, последний спрятался за сундуком. Хотя русские и освещали комнату спичками, они так и не нашли его. Однако он сошел с ума, бежал на запад и был задержан, когда пытался сесть в товарный поезд. Никто не мог понять, каким образом ему удалось бежать, а он сам ничего не мог об этом рассказать.
http://samlib.ru/s/sizow_w_n/
master_iuda M
Автор темы, Новичок
Возраст: 53
Откуда: Тамбов
Репутация: 7566 (+7575/−9)
Лояльность: 14818 (+14844/−26)
Сообщения: 1710
Зарегистрирован: 06.06.2011
С нами: 7 лет 6 месяцев
Имя: Вячеслав

#3264 master_iuda » 26.05.2017, 08:58

На следующее утро один из солдат распаковывал ящики с ручными гранатами с помощью ста пленных русских, а затем расстрелял их всех из автомата. Мы вышли на передовые позиции, в то время как другая часть отражала атаку русских. С помощью всего имеющегося у нас легкого и тяжелого оружия пехоты мы уничтожали очаги сопротивления русских, но они не отступали, ни на шаг. Мы стреляли с колен или лежа в снегу. Колени примерзали к земле, между ступнями ног и краем шинели образовывался лед. Мы что есть силы, стучали бесчувственными ногами по земле. Руки примерзали к металлу оружия и, так как только у немногих из нас были перчатки, приходилось отдирать его вместе с кровавыми лоскутами кожи.
Обмороженных было много. Некоторые из них не выдерживали, вскакивали в отчаянии на ноги и сразу же попадали под огонь русских. Их либо убивали, либо ранили.
Напрасно мы ждали белую сигнальную ракету, которая должна была известить о прибытии подкрепления. Наступила ночь. Мы получили семь часов передышки и из последних сил с наступлением темноты стали подниматься с земли. Некоторые солдаты, будучи не в силах встать из-за отмороженных ног, снова падали в снег. Были случаи самоубийства. Мы прыгали по снегу, до тех пор, пока кровь снова не начинала циркулировать. Наконец поступил приказ отступать, и мы вернулись под огнем сталинского оркестра, обратно в деревню, надеясь там согреться и выспаться. Но вскоре после полуночи туда снова ворвались казаки, незаметно спешились и атаковали крайние дома, где находился дивизионный медицинский пункт. Медицинский персонал сбежал, а всех раненых убили сибиряки. Сигнал тревоги заставил нас выскочить из изб. Раздетые солдаты в одних рубашках и носках на босу ногу испуганно выбегали на улицу. Полная луна освещала это безрассудное бегство.
Врач кое-как собрал около двадцати солдат, в том числе и меня, которые сосредоточились вокруг него. У нас были винтовки, ружья PAК и пистолеты. Равнина, освещенная ярким светом луны, лежала прямо перед нами, и нас сразу же с дикими криками «ура» атаковали казаки. Наша группа огнем из винтовок, ружей и пистолетов отражала атаку более четырехсот русских. Часть их отступила, но потом они окружили нас, прежде чем мы это заметили.
Ручные гранаты взрывались вокруг. Один за другим падали убитые, раненые валялись с разорванными животами в снегу, пытаясь вложить обратно в живот свои внутренности. Мы шатались как пьяные, надеясь убежать. Двоих сразу же подняли на штыки русские. Оставшиеся в живых, в том числе врач, спрятались за угол амбара. В десяти шагах от нас, словно фантомы смерти, из темноты показались русские. Мой приятель упал как подкошенный.
Я лежал в снегу и не стрелял, хотя у меня была исправная винтовка. Тогда я предпочел бы умереть, чем стрелять в людей, хотя они и хотели убить меня. Это был час моего испытания на зимней войне. Врач стрелял в нападавших из пистолета.
На наше счастье, русские исчезли в ночи. Уже издалека слышалось их страшное «ура». При следующей атаке на равнине мимо нас пробежали отступающие солдаты, которых преследовали русские. Они так и не вернулись. А мы, семеро оставшихся в живых, еще долго скрывались у стены амбара. Провидение спасло нас.
Всю ночь беглецы, те, кто спрятался, и те, кому удалось убежать, отступали в деревню, не имея представления, взяли ли ее русские. Обмороженные и раненые с трудом тащились по улицам деревни. Мы стояли в карауле. Полная луна освещала трупы, лежавшие на снегу, их искаженные лица, их черты, успокоенные смертью, и застывшие ледяные глаза. Кости черепов, взрезанные животы, вытекшие мозги и лужи крови на рассвете стали хорошо видны. Перед нами возникли посмертные маски.
Нам не надо было ничего, кроме еды, тепла и сна. В деревне горели дома: русская артиллерия вела по ней огонь. В домах оставались еще красноармейцы, которых находили и расстреливали наши солдаты. Был дан приказ: в плен никого не брать. В той избе, где я поселился, мы нашли горячий суп с макаронами, который оставили русские. Мы сели на скамью, поставили замерзшие ноги прямо на трупы хозяев и набросились на еду, не думая об опасности и смерти. В вещмешках убитых мы нашли сахар, хлеб и впервые наелись досыта, тем более что не были особенно избалованны.
Вечером поступил тревожный приказ. Надо было выходить из окружения. Русские замкнули кольцо вокруг наших частей. Отступление началось, хотя мы еще не успели выспаться. Это было началом трагедии, отчаянный прорыв, которым закончился наш честолюбивый марш по русской земле.
Утопая в снегу, мы медленно, спотыкаясь и шатаясь, двигались на запад. Это был путь в неизвестность, а за нашими спинами постоянно слышалось дыхание преследующих нас русских. Мы смертельно устали в эту третью бессонную ночь. Если выдавался привал на несколько минут, то прислоняли к лафету орудия и дремали до тех пор, пока лошади не трогали с места и не будили нас. Через некоторое время толпа русских в камуфляже атаковала нас. В долю секунды они открыли огонь из пулемета. Первые жертвы упали в снег. Мы ускорили шаги. Перед нами качались немецкие стальные шлемы и спины немецких солдат. Убитых оставили лежать в снегу, а тяжелораненых погрузили на лафеты. В пути многие из них умерли, но никто уже не обращал внимания на трупы. Мы шли дальше. Сон одолевал даже на марше, глаза слипались, ноги двигались механически, колени подкашивались. Мы падали на ходу, просыпались от падения и боли, вскакивали, стояли на коленях в снегу. Товарищи поднимали нас, но многие не хотели вставать даже под страхом смерти, хотя и знали, что погибнут. Попытка отдохнуть на снегу, как объясняли нам, означает смерть. Русские шли по пятам! Эти слова действовали как удар кнутом: только вперед! Безмолвно, разочарованно, ожесточенно мы тупо спешили на запад. Радисты посылали сигнал SOS, но никто здесь не мог нам помочь. Снова падали и падали в снег самые слабые. Они оставались лежать, отказываясь подняться. Мы подходили к ним и ударяли прикладами в спину. Но ничего не действовало на них. А мы шли дальше. Тех же, кто падал или отставал, больше уже не спасали. Они замерзали или гибли под пулями противника.
Наконец нас остановили на отдых. Всего один час провели мы в маленькой деревне. Вместе со своими товарищами я заполз в дом и заснул, даже не вспомнив, как опускался на пол в углу. Когда проснулся, в избе уже никого не было. Стряхнул с себя сон, снял с предохранителя винтовку и поспешил наружу. Там никого не было, ни друзей, ни врагов. Я поднялся на холм и оттуда увидел моих товарищей. Это были какие-то крохотные точки на снежном ландшафте. Я пошел к ним, но прошло не менее пары часов, пока мне удалось их догнать. Ангел-хранитель не покинул меня.
Русские самолеты пронеслись над нашей колонной. Летчики поливали нас огнем из пулеметов и сбрасывали бомбы. В полдень мы опять остановились на отдых под жестоким зимним солнцем в деревне. И снова погрузились в сон.
Началась оттепель. Наши бомбардировщики сумели разорвать для нас кольцо окружения. Мы приветствовали их с ликованием, криками и слезами в глазах. Еще бы! Мы были помилованы, хотя и на короткое время...
http://samlib.ru/s/sizow_w_n/
master_iuda M
Автор темы, Новичок
Возраст: 53
Откуда: Тамбов
Репутация: 7566 (+7575/−9)
Лояльность: 14818 (+14844/−26)
Сообщения: 1710
Зарегистрирован: 06.06.2011
С нами: 7 лет 6 месяцев
Имя: Вячеслав

#3265 Golikov64 » 09.06.2017, 12:24

Слав я тут нашёл авиарешение https://www.aviarmor.net/aww2/aircraft_exp/ussr/tis.htm В РИ Яковлев забил машину.
" Красиво умереть не проблема, красиво убить врага, искусство."
" Лучше быть хорошим человеком,ругающимся матом и бъющим морды всякой сволочи ,чем тихой ,воспитанной тварью."
"Словом можно убить, словом можно спасти, словом можно полки за собой повести"
Golikov64 M
Новичок
Аватара
Возраст: 58
Откуда: г.Саратов
Репутация: 3821 (+3889/−68)
Лояльность: 306 (+333/−27)
Сообщения: 1265
Зарегистрирован: 06.12.2011
С нами: 7 лет
Имя: Алексей

#3266 master_iuda » 09.06.2017, 12:47

Golikov64,
спасибо большое Леша. Очень интересная машина.
http://samlib.ru/s/sizow_w_n/
master_iuda M
Автор темы, Новичок
Возраст: 53
Откуда: Тамбов
Репутация: 7566 (+7575/−9)
Лояльность: 14818 (+14844/−26)
Сообщения: 1710
Зарегистрирован: 06.06.2011
С нами: 7 лет 6 месяцев
Имя: Вячеслав

#3267 Golikov64 » 09.06.2017, 13:09

Вот и мне показалось что это машина для спецназа типа @рен догонишь и @рен уйдёшь.огневая мощь ,что то с чем то Вооружение – две 20-мм пушки ШВАК (300 снарядов), две 45-мм пушки НС-45 (100 снарядов, или пушки калибра 37 мм), установка ВУБ-3 с пулеметом УБ (200 патронов)Бомбовая нагрузка - 1000 кг.
в Заключении была сделана запись: "Данное вооружение обеспечивает эффективное поражение любых воздушных целей, а при наличии бронирования позволит использовать самолет по наземным целям: автоколоннам, железнодорожным эшелонам, артиллерийским батареям и бронированным целям, имеющим броню до 30 мм".
И это при дальности – 1720 км.то есть боевой радиус 800 км.
Машина огневого прикрытия десанта,всё что летает разгонит и собъёт,всё что ползает разорвёт и разбомбит.

Назначение самолета - ведение воздушного боя с легкими и тяжелыми истребителями и бомбардировщиками, охрана и сопровождение бомбардировщиков на дальние расстояния, борьба с танками, моторизованными соединениями, а также поддержка атак войск. Самолет может использоваться как ночной истребитель. В перегрузочном варианте самолет имеет возможность выполнять задачи ближнего пикирующего бомбардировщика.
" Красиво умереть не проблема, красиво убить врага, искусство."
" Лучше быть хорошим человеком,ругающимся матом и бъющим морды всякой сволочи ,чем тихой ,воспитанной тварью."
"Словом можно убить, словом можно спасти, словом можно полки за собой повести"
Golikov64 M
Новичок
Аватара
Возраст: 58
Откуда: г.Саратов
Репутация: 3821 (+3889/−68)
Лояльность: 306 (+333/−27)
Сообщения: 1265
Зарегистрирован: 06.12.2011
С нами: 7 лет
Имя: Алексей

#3268 master_iuda » 09.06.2017, 15:06

Golikov64,
Согласен с тобой полностью.Думаю над тем как ее вписать в текст. Из-за болезни пока не могу долго работать на компе.
http://samlib.ru/s/sizow_w_n/
master_iuda M
Автор темы, Новичок
Возраст: 53
Откуда: Тамбов
Репутация: 7566 (+7575/−9)
Лояльность: 14818 (+14844/−26)
Сообщения: 1710
Зарегистрирован: 06.06.2011
С нами: 7 лет 6 месяцев
Имя: Вячеслав

#3269 Golikov64 » 09.06.2017, 15:11

Выздоравливай ,кстати кое что интересное про ЛБ нашёл

phpBB [video]


Фактически любые вопросы по вооружению можно решить через него да и про Кавказ тоже.
" Красиво умереть не проблема, красиво убить врага, искусство."
" Лучше быть хорошим человеком,ругающимся матом и бъющим морды всякой сволочи ,чем тихой ,воспитанной тварью."
"Словом можно убить, словом можно спасти, словом можно полки за собой повести"
Golikov64 M
Новичок
Аватара
Возраст: 58
Откуда: г.Саратов
Репутация: 3821 (+3889/−68)
Лояльность: 306 (+333/−27)
Сообщения: 1265
Зарегистрирован: 06.12.2011
С нами: 7 лет
Имя: Алексей

#3270 master_iuda » 09.06.2017, 17:31

Golikov64,
спасибо. Действительно хороший фильм
http://samlib.ru/s/sizow_w_n/
master_iuda M
Автор темы, Новичок
Возраст: 53
Откуда: Тамбов
Репутация: 7566 (+7575/−9)
Лояльность: 14818 (+14844/−26)
Сообщения: 1710
Зарегистрирован: 06.06.2011
С нами: 7 лет 6 месяцев
Имя: Вячеслав

#3271 Medved_ » 13.06.2017, 15:22

Golikov64 писал(а):Яковлев забил машину
Яковлев и само КБ Поликарпова "забил". Практически "ногами".
Medved_ M
Новичок
Возраст: 47
Откуда: Свердловск
Репутация: 7280 (+7359/−79)
Лояльность: 7639 (+7649/−10)
Сообщения: 2219
Зарегистрирован: 03.01.2015
С нами: 3 года 11 месяцев
Имя: Павел

#3272 master_iuda » 15.06.2017, 08:43

Глава

Снова под крылом плыла бескрайняя снежная степь. Тройка транспортных самолетов в сопровождении истребителей неслась на север. Приказ о переброске бригады в распоряжение командующего Донским фронтом пришел за сутки до начала операции по десанту в Тихорецк и встречи Нового года. Без объяснения причин мне выдали предписание о командировке в Москву, а бригаде указано грузиться в эшелоны и по железной дороге ускоренным темпом направиться в Сталинград. В принципе чего-то подобного я и ожидал. Правда, думал, что нас бросят на Брянский фронт. Но что наверху решили, то решили.
Сборы в дорогу были не долгими. Самолеты для переброски группы управления бригады выделили без промедления. Эшелоны под погрузку подали своевременно и вперед.
Старшими в эшелонах идут начштаба с замполитом, а Серега вместе с частью штаба и группой управления со мной летит. Будет эшелоны на месте встречать, а пока закутавшись в полушубок, своим храпом безуспешно пытается конкурировать с двигателями «Дугласа». Ну да ладно, пусть спит, ему еще вкалывать и вкалывать на новом месте. Еще неизвестно когда и где ему теперь придется поспать. Ведь место нашего назначения так и не определено. Так что мотаться ему и мотаться по штабам решая, где нам быть и чем заниматься. Ну а мне предстояло прибыть под ясные очи моего наркома и командующего оперативными войсками наркомата.
Вместе со мной в Москву полетит и остаток нашей вертолетной эскадрильи - четыре пилота и восемь техников – получать пополнение и новые «вертушки». Остальной личный состав эскадрильи, получив награды, очередные звания и должности, остался в Орджо. На их базе будет развернут вертолетный полк НКВД, приданный Управлению внутренних войск НКВД Северо-Кавказского округа. По оговоркам в штабе фронта выходит, что во главе Управления будет стоять командир 12 Орджоникидзевской дивизии войск НКВД генерал – майор Василий Иванович Киселев. Именно он, изучив наш опыт применения автожиров, выходил через Кобулова на Наркомат с инициативой сформировать специальный вертолетный полк обученный действиям в горах для борьбы с бандитизмом. Кобулов и Берия его поддержали. Пока мы геройствовали в Невинномысске, этот вопрос в Ставке решился положительно. Из бригадной эскадрильи выделили 2 звена, которые теперь и послужат базой для формирования полка.
Кобулова в Москву отозвали неделю назад. Мы несколько раз с ним созванивались, и я докладывал о ходе подготовки новой десантной операции.
Как я и предполагал в двадцатых числах декабря фронт встал и не только из-за тех причин, что я называл Кобулову.
Клейст, провел несколько удачных контратак, на Ворошиловском (Ставропольском) направлениях против войск Южного фронта. Немцы в тех боях использовали значительное количество авиации, артиллерии и танков, в том числе «Тигров». Нашей техники говорят, набили море… В результате чего наши войска понесли большие потери в людях и танках и перешли к обороне. Следом за частями Южного фронта, остановить свое наступление пришлось и нашей Северной группе Северокавказского фронта. Правда, Армавир наши все-таки взяли.
Тем не менее, командование фронта рассчитывало взять реванш и продолжить наступление. Для этого было решено, вновь использовать нас в десантной операции, а так же разрабатывалось еще несколько десантов, в том числе и на морском побережье. В штабе поговаривали, что силы и средства доставки десанта собирают в Новороссийске и Дивноморске. В операции там будут задействованы войска Черноморской группы нашего фронта, Черноморский флот и Азовская флотилия.
С целью нашей операции – Тихорецком в штабе Северной группы войск определились на второй день «отдыха». Меня она откровенно не радовала, но начальству как говорится виднее. Потому и гонял людей с утра и до позднего вечера, отрабатывая учебные задачи и сплачивая подразделения.
Так что отдых у нас получился очень активный. Вместо того чтобы нежиться в кроватях мои бойцы вместе с бойцами 308 (бывшего Московского истребительно-диверсионного) полка словно олени мотались по горам вылавливая немецких егерей и одиночек отставших от своих частей или специально оставленных в нашем тылу. Ни дня без боя… Из-за этого пришлось направлять для прочесывания тех кто выжил в Невинномысске. Пополнение было слишком уж «зеленое».
Дивизия нам действительно передала три батальона. Но каких! Ладно, что они были совсем другого штата, чем у нас, так еще и бойцы все сплошь - молодежь только, что прибывшая из учебки и пороха не нюхавшая, имевшая много энтузиазма и задора, но слабо кормленная. На все мои стенания по этому поводу Киселев ответил коротко – нет других. Нет и все тут! Не хочешь не бери. Жди маршевого пополнения. Потери в полках дивизии слишком большие – мне и так лучших из тех, что в строю остались, отдали.
Пришлось поверить и начать «круговерть» сначала. Только уже не в горах, а на развалинах Гизели и пригородах Орджоникидзе натаскивая своих бойцов как чистых штурмовиков для боев в городских кварталах.
Комсостава как всегда не хватало. Вновь пришлось пересматривать списки и согласовывать штатки батальонов, забирая лучших на командные должности и тасуя людей. Хорошо еще, что все мои раненые, лечившиеся в Пятигорске и Прохладном, старались не залеживаться там и стремились обратно к себе в часть и тут же попадали в мои цепкие руки. Я же находил им применение порой в других батальонах, а не тех где они были раньше. Комбаты потихонечку ругались в кулак, но понимали, что это делать надо. Деваться ведь некуда, с тем, что есть, в бой придется идти и лучше если на должностях командиров взводов стоят люди, которые знают что надо делать. То, что в бой мы должны были идти в уже ближайшие дни, все комбаты знали, так как с картами и фотоснимками цели каждый день работали.
С обеспечением нас вооружением и остальными видами довольствия тыловики не жадничали. Выдали все, что мы только просили. Особенно из запасов трофейных складов. Потому что сами еще не знали, какие богатства они стерегут, а мы этим пользовались. Брали только самое лучшее и наиболее ценное. Например, обмундирование и снаряжение горных егерей, продовольствие и трофейное оружие с боеприпасами.
Оперативно решился вопрос и с заслуженными бойцами наградами. Через неделю после прибытия в Орджо к нам в расположение бригады прибыла солидная компания из штаба фронта и местного руководства для вручения наград. С ними прибыла и большая группа местных артистов. Церемония была смазана большим количеством награжденных посмертно и находящихся на излечении. На Боевом Знамени бригады появились новые знаки отличия: орден « Красной Звезды» и два наградных шильдика – «Кавказ 1942 г.» и «Невинномысск 1942 г.», а сама бригада получила почетное наименование «Невинномысская». Все подразделения входящие в состав бригады стали отдельными. Соответственно в них выросли должностные оклады и звания, что не могло не радовать ребят. Мне награды не досталось.
Вечером для личного состава бригады был праздничный концерт местных артистов и небольшой сабантуй. После концерта, проводов гостей и остальных командиров мы с Серегой посидели за разговором и бутылкой неплохого трофейного французского коньяка. Обсудили новости и дела в бригаде. К полуночи Серега рванул в город, у него там завелась симпатичная черноглазая пассия из местных жительниц, с которой у Сереги наметился бурный роман. Я ему даже слегка позавидовал. Так как моя личная жизнь желала лучшего.
Пока стояли на «отдыхе» мы с Юлей встречались сего несколько раз. Урывками на пару часов. Мне и ей все время было некогда – то одно то другое. Успели помириться и снова поругаться. Она сильно похудела, хотя и сказала, что ест и спит нормально. Ей по указанию руководства много приходилось мотаться по региону, встречаться с местными жителями налаживая мирную жизнь. Пару раз ей приходилось туго – «из зеленки» обстреливали машину, а однажды она в одном из сел попала в засаду бандитов. Спасибо, ехавшие мимо села, тыловики помогли отбиться. С тех пор Юля не расставалась с оружием и кроме пистолета возила с собой автомат. От моей помощи в обеспечении ее охраны она отказалась, а потом вообще попросила не искать больше встречи с ней. Вот и понимай женщин…
Сведений от Татьяны я так и не получил. Вот и оставалось мне только завидовать другу и его успехам у женщин.
Хорошо все же что нас сдернули с места. Бой лучше всего отвлекает от глупых и ненужных мыслей…
http://samlib.ru/s/sizow_w_n/
master_iuda M
Автор темы, Новичок
Возраст: 53
Откуда: Тамбов
Репутация: 7566 (+7575/−9)
Лояльность: 14818 (+14844/−26)
Сообщения: 1710
Зарегистрирован: 06.06.2011
С нами: 7 лет 6 месяцев
Имя: Вячеслав

#3273 master_iuda » 15.06.2017, 10:29

Глава

«Мы забыли всё. Мы бились беспощадно.
Мы на лезвиях штыков свой гнев несли,
Не жалея жизни, чтобы взять обратно
Развороченный кусок родной земли...»

(В.Занадворнов)

Из воспоминаний Ивана Фёдоровича Дынникова (Реал. Ист.),

…13 января 1943 года. Лежим в цепи, холод пронизывает до костей. Политрук роты Бикмул Бикбулатов говорит, что надо прорваться в расположение врага, провести разведку, отвлечь на себя его внимание. И спрашивает: «Кто со мной?». Я и ещё несколько человек идём за командиром.
Огородами пробираемся к одному из домов. Там никого, но по всему видно, фашисты ушли недавно. Политрук приказывает проверить соседнюю улицу. Иду я, Владимир Тульский и ещё один наш товарищ. Перебираемся через изгородь. Владимир, потом я, третьего убивают.
Первый раз смерть прошла мимо меня, но её холодное дыхание я почувствовал спиной. Пробравшись на соседнюю улицу, мы спрятались за углом дома. Увидели двух автоматчиков, открыли по ним стрельбу, а другие немцы из укрытия накрыли огнём нас. Кое-как выбрались, доложили командиру, где располагаются огневые точки врага.
Идём обследовать другую улицу и вновь встречаемся с немцами, огонь открываем одновременно. Убит ещё один товарищ Николай Брагинский, я к нему, трясу, вдруг жив, и тут, словно молотом, меня ударяет в левую сторону груди. Слышу голос политрука: «Дынников, вы ранены!». Кричу в ответ: «Нет!». А сам вижу - кровь льётся слева из груди, подбородок болит.
Меня и ещё одного раненного товарища оставили в одном из свободных домов, с нами остался и рядовой Павлов. В полусознательном состоянии вижу, как к дому подбирается группа немцев. Не успел опомниться, как один из них уже заходит в избу. Павлов его укладывает с первого выстрела, я хватаю оружие фашиста. Закрываю дверь в избу. Начинаем отстреливаться через окна, переговариваемся с Павловым, и вдруг он замолк, я смотрю, а у него затылок пробит. Не успеваю прийти в себя, как слышу шипение, в избе крутится граната.
Как хватило сил, не знаю, а только в один миг спрятался за убитого Павлова, граната и рванула. Павлов спас меня от неминуемой смерти.
Меня контузило, а потому взрыва второй гранаты я уже не слышал, увидел лишь, что и правую сторону задело. Вспоминаю, что за поясом у меня Ф-1. Пока не обессилел окончательно, хватаю её и к окну. Там целая группа немцев, да с пулемётом. Думали, что с нами покончено, поэтому полностью сконцентрировались на обстреле улицы. Я в них гранату и швырнул. А вторую приготовил для себя и Фёдорова. Говорю ему: «Если фашисты ворвутся, взорвём и себя, и их». Тот согласился.
Но, видимо, в этот день судьба решила нас хранить. Немцы в избе так и не появились. Мы с товарищем кое-как сумел добраться до расположения роты. Там узнал, что тяжело ранен политрук, командир роты Игнат Киселёв, замком роты и многие другие. Через трое суток раненых отправили в полевой госпиталь.
Я слышал, как оперировавший меня врач сказал коллегам: «Первый раз с начала войны вижу счастливого человека. Смерть обошла его трижды». А обратившись ко мне, добавил: «Молодой человек, вы родились в рубашке, и жить будете очень долго». Так и получилось...
http://samlib.ru/s/sizow_w_n/
master_iuda M
Автор темы, Новичок
Возраст: 53
Откуда: Тамбов
Репутация: 7566 (+7575/−9)
Лояльность: 14818 (+14844/−26)
Сообщения: 1710
Зарегистрирован: 06.06.2011
С нами: 7 лет 6 месяцев
Имя: Вячеслав

#3274 master_iuda » 16.06.2017, 08:18

Из воспоминаний старшины Кармазина Ю.М., Брестская штурмовая бригада НКВД . (Альт Ист.)

Должность ротного за мной после Невинномысска так и оставили. В госпитале я не задержался. Как только заштопали и на ногах раны стали подживать, сразу же к себе в бригаду сбежал. Как был на костылях, так и сбежал. Да и бежать то было недалеко из Пятигорска, где я был в госпитале, в Орджоникидзе. Помогли мне до части добраться наши парни, что зачищали горы от немецких егерей, пробивавшихся к своим.
Комбриг в бригаде как родного встретил. Благодарил и орден «Ленина» за бои в Невинномысске перед всем личным составом бригады вручил. Ну а потом ротным в нашем батальоне оставил. Я-то по первости отказывался, боялся, что не справлюсь. Но комбриг мне все объяснил и мой отказ не принял. Не было больше никого, кого можно было на роту ставить, а я как-никак уже столько боев прошел и опыта набрался. На весь батальон нас «стариков» всего десяток набрался. Вот и стали мы взводными да ротными. Бойцов с учебки прислали. Молодежь неопытная вот мы и стали им свой опыт передавать. Сначала на Кавказе, а потом в пути и когда уже к новому десанту готовились.
Хорошие мне парни достались. Все быстро, «на лету» схватывали и впитывали. Нам бы времени на подготовку побольше, да не было его. Командование в бой бросило.
После высадки нам участок обороны выделили в нескольких километрах от Алексеевки. Место удобное досталось - пара высоток, ложбинка, дорога на большом участке просматривается, окопы и противотанковый ров опять-таки от летних боев остались. Нам их только от снега очистить да местами подправить оставалось. А тут еще счастье в виде тяжелого танка подвалило.
Из захваченных на немецкой ремонтной базе танков удалось сформировать танковую роту. Она сразу же была пущена в дело – направлена прикрывать самое танкоопасное направление – западное.
Во время совершения марша от основной колонны отстал один из трофейных танков «КВ». Он вышел из строя - прекратилась подача горючего. Машина заглохла на дороге совсем рядом с позициями, на которых закреплялся наш батальон.
По просьбе комбата, комбриг разрешил оставить неисправную машину при батальоне в качестве БОТа (бронированной огневой точки).
Танкисты парни задорные с поломкой своей машины не примерились и сразу же занялись ремонтом. На ремонтную базу смотались, запчасти нашли и своими силами устранили неисправность. Заняв удобную позицию в лощине, склоны которой укрывали боевую машину, экипаж «КВ» изготовился к бою. Рядом с ним расположились и бойцы нашего батальона.
Вскоре на дороге из-за березовой рощи показались две немецкие колесные тяжелые бронемашины – «Achtrad» («Восьмиколесный») (Sd.Kfz. 231 8-Rad, вооруженные 20-миллиметровой пушкой 2 cm KwK 30 L/55). Наши танкисты, опередив врага, открыли огонь, одна из бронемашин была подбита, другая поспешно ретировалась.
Практически сразу же за бронемашинами на дороге с юго-запада, со стороны леса показалась колонна танков - 15 легких «Праг» (немецкий танк PzKpfw 38(t)). Следом за ними следовала еще одна колонна в количестве 20 единиц средних «четверок» (немецкий танк PzKpfw IV).
Подпустив первую колонну танков противника на расстояние 500 - 600 метров, экипаж «КВ» открыл огонь. Прямой наводкой им было уничтожено 4 легких танка. Боевой порядок немецких танкистов мгновенно сломался. Они открыли ответный огонь из своих пушек и пулеметов. Экипажи подбитых немецких танков пытались атаковать позиции наших танкистов. Но куда там! Мы до этого момента старались свое присутствие не афишировать - ждали, когда они к нам приблизятся чтобы ударить наверняка. Никому не дали живым уйти. На поле боя царил настоящий хаос — гремели танковые орудия и пулеметы, рвались снаряды в горящих танках, рычали моторы, скрежетали металлические траки, столбами взвивались снежная пыль и дым…
Оставшиеся танки противника, обстреливая наши позиции, откатились обратно к лесу.
Через полтора часа 30 немецких танков развернутым строем вновь атаковали нас. Героический экипаж поджег ещё 6 средних танков врага. 3 машины из противотанковых ружей подбили мы. Чем заставили противника вторично возвращаться назад.
Еще через 2 часа враг, получив подкрепления, предпринял третью атаку. Она была куда как лучше организована. Танки сопровождал огонь нескольких артиллерийских орудий, 6 бронемашин и цепи пехоты.
Постоянно меняя позиции, укрываясь в лощине, наши танкисты дрались до последнего снаряда. Они смогли уничтожить ещё 6 вражеских средних танка, 2 бронемашины и 8 автомашин с вражескими солдатами, двигавшимися по дороге.
Мы чем могли, тем и помогали танкистам отражать атаку врага. Огнем своих пулеметов, АГС и минометов заставили залечь пехоту. 9 танков и 4 бронемашины были подбиты нами из противотанковых ружей и РПГ.
Два наших расчета ПТРД (противотанковое ружье Дегтярева) располагались на небольшой высотке чуть в стороне от нас. Так вот они за этот бой сожгли 3 легких и 4 средних танка, положили у своей высотки до взвода пехоты. Жаль только, что парни погибли в том бою, но не отступили и сдержали врага.
Получив, что называется «по морде», немцы отказались от атаки и вновь отступили. В течении дня только у наших позиций противник потерял 13 легких и 18 средних танка, 7 бронемашин. Все поле перед нашими позициями было заставлено подбитыми машинами противника. Тут и там валялись трупы врага. Досталось и нам. Батальон в тот день потерял только убитыми 50 человек.
К этому времени наш «КВ» полностью «обездвижил»: многочисленные попадания сделали-таки своё дело, да и снаряды в машине закончились. Сделав последний выстрел, танкисты стали «эвакуироваться» через нижний люк. Выбраться наружу удалось троим: сержанту - командиру танка, ефрейтору - наводчику орудия и технику-лейтенанту, который помогал ремонтировать танк. Остальные члены экипажа погибли.
Пользуясь наступившей темнотой, танкисты, сняв с машины пулеметы, присоединились к нашей роте. Мы по-братски разделили с ними свой ужин.
Ночь выдалась довольно темная, снежная и морозная. Разведка, высланная нами к лесу, сообщила, что немцы расположились на отдых, готовят ужин и занимаются ремонтом поврежденных машин.
В тылу врага надеяться на бесперебойное обеспечение трудно, вот мы пока была такая возможность, организовали сбор трофеев на поле боя. В поиск пошли и танкисты.
Немцы вели себя спокойно, изредка их часовые пускали осветительные ракеты. Наши поисковые группы довольно быстро вернулись с собранным у врага имуществом. Не было только танкистов. Вдруг среди стоящих перед нами разбитых танков раздался басовитый гул танкового двигателя.
Практически сразу же на немецких позициях взлетело несколько осветительных ракет. В их свете удалось рассмотреть как, маневрируя среди подбитых машин, в сторону наших позиций медленно ползла «четверка» тащившая на буксире еще один танк. Впереди этой сцепки с парой пулеметов на плечах бежал танкист - ефрейтор.
Эту картину рассмотрели и немцы. Они постарались накрыть боевую машину своим минометным огнем. Но рывком преодолев оставшееся до наших позиций расстояние, танк вкатился в лощину, а ефрейтор спрятался в воронке, где и пересидел обстрел. Позже он перебрался к нам. Из его рассказа стало известно, как экипаж смог увести у врага танки.
Двигаясь по полю боя, они осмотрели несколько подбитых танков, стоявших подальше от наших позиций. Сняли с них несколько пулеметов и коробок с патронами, тут услышали какой-то металлический стук и звон. Выглянув из-за корпуса разбитой «Праги» сержант разглядел как неподалеку трое немцев, стараясь не шуметь, натягивали гусеницу на оснащенный «фартуками» (шутливое прозвище дополнительных защитных 5-мм экранов для защиты башни и бортов корпуса) «четверке». Еще двое немцев закрепляли трос на соседнюю машину.
У техника-лейтенанта с собой был ПБС (прибор бесшумной стрельбы). Дождавшись, когда немцы закончат ремонт, наши танкисты напали на врага и смогли победить. Машина, что ремонтировали немцы оказалась в исправном состоянии, двигатель завелся на раз. Ну а дальнейшее мы видели сами.
На этих машинах наши отважные танкисты на следующий день смогли подбить еще 3 танка противника. За те бои всему танковому экипажу 31 марта 1943 года было присвоено звание Героя Советского Союза…
В окружении нам пришлось держаться пять дней с 13-го по 18 января, пока к нам не пробились танкисты 15 танкового корпуса 3 Танковой армии Донского фронта и передовой отряд 305 стрелковой дивизии 40 армии Воронежского фронта. Они завершили окружение 6-й Полевой армии немцев, части соединений 2-й венгерской армии, итальянского Альпийского корпуса.
В боях я вновь получил осколочное ранение в ногу, но оставался в строю, так как от батальона нас осталось всего около сотни человек, а фронт надо было держать. Вот мы и держались пока не подошли наши части. Они нас сменили и меня в третий раз отправили на излечение в госпиталь.
На фронт я больше не вернулся. Моя рана оказалась сильно запущенной, пошел воспалительный процесс. Так что часть ноги врачам пришлось ампутировать. Поэтому меня комиссовали и списали подчистую.
За бои в Алексеевке меня наградили 2-м орденом «Боевого Красного Знамени»…
http://samlib.ru/s/sizow_w_n/
master_iuda M
Автор темы, Новичок
Возраст: 53
Откуда: Тамбов
Репутация: 7566 (+7575/−9)
Лояльность: 14818 (+14844/−26)
Сообщения: 1710
Зарегистрирован: 06.06.2011
С нами: 7 лет 6 месяцев
Имя: Вячеслав

#3275 master_iuda » 17.06.2017, 11:43

Глава

Из воспоминаний Хайнца Шрётера, военного корреспондента 6-й Полевой армии Вермахта:

«В подвалах здания … лежали восемьсот солдат, прислонившись к стенам или прямо на полу в центре сырых помещений. Люди лежали на ступеньках и заполняли проходы, при этом уже никто не считался с тем, у кого какое звание и должность - знаки различия опали с них, как сухие листья с деревьев.
В подвале … закончился их жизненный путь, и если еще и существовали между ними различия, то они заключались в степени ранения и количестве часов, сколько кому оставалось прожить. Различия были и в том, как умирал тот или иной солдат.
На лестнице кто-то умирал от дифтерии, рядом лежали трое, которые давно уже были трупами - просто никто этого не заметил, так как было темно. Сзади кричал унтер-офицер, которого мучили жажда и боль: его язык, раскаленный, как кусок железа, вывалился изо рта, а ступни уже начали гнить.
На стене центрального подвала в консервной банке горел фитиль, издававший зловоние. Пахло керосином, протухшей кровью, горелым человеческим мясом, застарелым гноем и разлагающимися телами. Ко всему этому примешивался запах йодоформа, пота, экскрементов и нечистот.
Спертый воздух давил на сердце и легкие, в горле першило, многие страдали тошнотворной икотой, на глазах выступали слезы. Кожа покрывалась волдырями и слезала с тел, как шелуха; пораженные столбняком, люди орали как звери - на теле образовывались гнойники и грибки.
Кто-то задохнулся, у кого-то парализовало дыхание, другой трясся в лихорадке, звал свою жену, проклинал войну и взывал к Господу Богу. Люди умирали от сыпного тифа, воспаления легких и инфекций.
В углу умирал ефрейтор со вздутым животом и опухшими ногами, умирал молча, не прося о помощи, не шевелясь, с открытыми глазами и скрещенными на груди руками. С другой стороны входа, за лестницей, бился об пол молодой солдат двадцати лет, на его губах выступила пена, а глаза дико вращались, но вскоре он затих - смерть избавила его от судорог и болей.
Есть было нечего, а если у кого и была еда, то тот боязливо прятал ее - в темноте этих подвалов человеческая жизнь не стоила и куска хлеба. Понять это сможет только тот, кто сам однажды голодал и кто знал и знает, что значит крошка хлеба.
Самым страшным были вши, которые вгрызались в кожу и проникали в раны, лишая людей сна. Тысячами они покрывали тела людей и остатки одежды, и только после того, как наступала смерть или начиналась лихорадка, они покидали тело, как бегущие крысы покидают тонущий корабль.
Омерзительная, кишащая масса этих тварей перебиралась к тому, кто лежал рядом и был еще жив, и прочно обосновывалась на новом месте. И не было никого, кто мог бы помочь этим несчастным.
Там, где было возможно, мертвых относили во двор или складывали их как бревна в воронке от взорвавшейся бомбы. Однажды в подвалах появился врач, но он просто искал убежища во время бомбовой атаки, начавшейся в тот момент, когда он направлялся к "своему" подвалу, где его так же ждали и звали, как и здесь. Правда, он и у себя мог оказать помощь далеко не всем - страданий и боли было слишком много.
Тот, чей мозг еще работал, мог предположить, когда наступит его конец, и при этом он знал, что бессмысленно кричать и шуметь, а также сопротивляться. Собственно, кому или чему сопротивляться?
Умирали многие, и, прежде чем кто-либо замечал, что его сосед уже мертв, проходили часы и дни. Поскольку тела никто не выносил, их передавали от одного к другому, перекатывая, как мешки, через людей, которые еще могли подняться, через все помещение, проходы, горы лохмотьев и зловоние.
Так трупы достигали стены, где их протискивали в отверстие, откуда они скатывались в воронку от двухсот пятидесяти килограммовой бомбы. В воронке уже лежали сотни трупов, среди которых попадались еще теплые тела, но они принадлежали тем, у кого уже не было сил издавать какие-либо звуки.
Перед входом в подвал ждали уже другие и по возможности пытались проникнуть в помещение, и никого из них не удивляло, что из подвала еще ни разу никто самостоятельно не вышел - они все равно старались войти в него.
Мертвых не считали и не снимали с них личные знаки, лишь иногда заглядывали в их сумки в надежде найти там немного хлеба. Никого из новичков не интересовало, от чего умер тот или иной солдат, - главное, что люди умирали быстро, а для ожидавших снаружи на ледяном ветру это означало, что каждый раз освобождалось еще одно место.
Умирали не только в подвалах …, умирали везде. По усталым, обессилевшим телам людей прокатилась волна агонии, они уже ничего не боялись.
В подвалах не было ни страха, ни паники, и здесь им не приходилось быть свидетелями того, как падает дисциплина среди офицеров штабов там, на поверхности. В подвалах они уже не держали палец на спусковом крючке и уже не сидели в своих ледяных норах, как те, у которых закончились последние патроны.
Те, кому удалось вырваться из … кольца и вернуться на родину, будут в своих мыслях и воспоминаниях часто возвращаться в то ужасное время и в минуты покоя, закрыв глаза, внутренне прислушиваться, чтобы услышать песню степей.
Эта песня звучит нежно и звучно, как легкое колебание крылышек стрекозы или как слабый, нежный звук, который раздастся, если пальцем легко провести по гладко отшлифованному стеклу. Мелодия степи звучит сладко и маняще и одновременно печально.
Слушая звуки этой мелодии, можно представить себе голубое небо и яркое солнце, а также тень от облаков и зарницу - все это похоже на музыку Моцарта, в которой благословенное голубое небо смеется над серебристыми аккордами до тех пор, пока порыв холодного ветра не поднимет с земли опавшие листья и не бросит их на ваши радостные столы.
Многим известна эта песнь степей: ее часто слушали днем, когда воздух над степными просторами был наполнен жужжащим и мерцающим зноем, ее слушали в вечерние часы, когда в воздухе исполняли свою головокружительную пляску мириады комаров, в последние дни октября, когда над степью бушевали осенние ураганы, и когда в неподвижные и безмолвные зимние ночи до людей доносились тихие напевы смерти, и когда в бледном свете луны бродили черные тени волков, ее слушали и позже, когда уже ничего не двигалось, кроме легких снежинок, круживших над полями, окутанными смертельной тишиной.
В мыслях … воскресало прошлое, слышался суровый голос войны, чувствовалась внутренняя дрожь, от которой трясло все тело, вспоминались дикие боли и закоченевшие души, страх перед неизвестным, смерть товарищей, безумный шквал артиллерийского огня и горизонт, который они сами создали из огня и стали и при этом все равно мерзли и промерзали насквозь....»
http://samlib.ru/s/sizow_w_n/
master_iuda M
Автор темы, Новичок
Возраст: 53
Откуда: Тамбов
Репутация: 7566 (+7575/−9)
Лояльность: 14818 (+14844/−26)
Сообщения: 1710
Зарегистрирован: 06.06.2011
С нами: 7 лет 6 месяцев
Имя: Вячеслав

#3276 master_iuda » 20.06.2017, 09:48

Глава

- Здравствуй Владимир Николаевич, давно с Кавказа? – Отвечая на мое воинское приветствие, спросил шедший по коридору в окружении порученцев Кобулов.
- Сегодня прилетел товарищ комиссар Госбезопасности 2 ранга. Вызвали в штаб и к наркому.
– Наркома в ближайшие дни в Москве не будет. Я в курсе, что он хотел, так что как освободишься от штабных, зайди ко мне. Поговорим.
– Есть.
********

- Ну что на общался со штабным народом? Наслушался их умных речей?
– Как воды напился. Теперь хоть понял, почему и зачем нас с места выдернули.
– Это дело хорошее. Справитесь? Люди-то у тебя все новые и насколько я понял не обученные.
– Должны. Богдан Захарович. Должны. Там в принципе ничего сложного нет. Высадиться, захватить плацдарм и аэродром, обеспечить высадку прибывающего пополнения и удержать станцию и город до подхода главных сил. Делали уже такое, правда, стоит признать люди, тогда более опытные и обученные были. Ну да все равно справимся. Я ребят за эти полмесяца натаскал малость, совсем уж лохами не будут. В первой волне наиболее подготовленные пойдут, а затем уж остальные.
Главное чтобы летуны не подвели. Выбросили первую волну десанта в нужном месте.
– Кого вам дают?
– Полк на Ли-2 от Паршина, 1-й и 2-й отдельные авиапланерные полки ВДВ подполковника Кузнецова и майора Карпенкова. Эти полки состоят из двух эскадрилий самолетов-буксировщиков (по 10 самолетов Ил-4) и 60 пилотов-планеристов. Обещали, что для выброки предоставят наиболее грузоподъемные планеры Г-11( он же Гр-11 и Гр-29, вмещал 11 десантников или 1200 кг. груза) и КЦ-20 (вмещал 20 десантников или 2200 кг. груза). Прикрывать доставку десанта до места будет истребительный авиаполк из дивизии Паршина на истребителях «ТИС(А)» (Тяжелый Истребитель Сопровождения созданный осенью 1940 г. в КБ Н.Н. Поликарпова, очень перспективная и интересная машина которая могла использоваться в качестве истребителя для сопровождения бомбардировщиков Дальнего Действия, ночного истребителя, штурмовика и легкого пикирующего бомбардировщика, в РИ из-за сложных отношений авиаконструктора Н.Н. Поликарпова с зам. Наркома авиационной промышленности авиаконструктором А.С. Яковлевым).
- О летчиках не беспокойся. Доставят на место как надо. Дадим команду, чтобы наши товарищи в полках дополнительно поработали с пилотами по этому вопросу. Место высадки вам подсветят партизаны и авианаводчики.
– Так и есть. Группа авианаводчиков уже на месте. Там же действует несколько разведгрупп нашего Наркомата.
– Это хорошо. Ты ведь что-то еще у меня спросить хочешь Володя?
– Есть такое дело. Ничего от вас скрыть нельзя, товарищ комиссар Госбезопасности 2 ранга! Не знаете, почему именно нас выбрали для этой операции? Все-таки тащить бригаду для участия в операции через полстраны как-то не совсем рационально.
– Знаю. Когда впервые узнал о разработке операции по разгрому Воронежской группировке врага, то предложил использовать твою бригаду, а некого-нибудь другого. Для этого есть три причины.
Во-первых, главную роль в определении того кто будет участвовать в операции сыграл опыт проведения подобных операций. А ты и твои бойцы его, несомненно, имеют.
Во-вторых, вам пока на Кавказе делать нечего. Там на некоторое время, пока идет подготовка к новому наступлению, активных действий нами не предвидится. Имеющихся сил у Севекавказского фронта и без вас для отражения возможных контратак Клейста и Руоффа вполне достаточно.
Ну и в третьих. На ка вот почитай это сообщение из Орджоникидзе. – Доставая из кожаной папки, лежащей на столе, документ и передавая его мне, сказал замнаркома.
Взяв в руки листок, я вчитался в текст сообщения Управления войск НКВД по охране тыла Северной группы войск нашего фронта:
«17 декабря 1942 года заместителем начальника 11-й заставы по разведке 2-го полка войск НКВД младшим лейтенантом милиции Шишановым был задержан лейтенант Хаустов, не имеющий соответствующих документов.
Заместителем командира 3-го батальона по разведке младшим лейтенантом милиции Корнеевым в ходе проведенным следствием было установлено, что Хаустов Василий Александрович 1917 года рождения, уроженец села Листопадово Воронежской области, беспартийный, русский, перед самой войной окончил Ленинградское военное пехотное училище РККА и был направлен в часть. В ходе участия в боевых действий попал в плен. 10.11.42 г. был завербован немецкой разведкой и переброшен в тыл Красной Армии со шпионским заданием.
Вмести с ним были переброшены, бывшие красноармейцы РККА Назаров и Кудрявцев (показал, что других их данных он не знает), которые также были завербованы немецкой разведкой и перебрасывались в тыл КА с другими заданиями. В процессе заброски он оказал им помощь в прохождении проверки на КПП.
В г. Орджоникидзе Хаустов, где он остановился у своей сожительницы гр. Скорниковой, произвел неудачную попытку устроится в штаб 58-й Армии.
Хаустов и Скорникова арестованы, дана ориентировка на Назарова и Кудрявцева. (РГВА ф.38658 оп.1 д.2 л.178, копия).
– Совсем обнаглел абверовцы, к нам в штабы рвутся и ведь какая-то сука из местных штабных им в этом помогала. Не могли же они на самом деле рассчитывать просто так попасть на службу в штаб армии. Насколько я знаю «с улицы» туда не берут.
– Вот то-то и оно что не могли. С задержанными немного поработали и вскрылись очень интересные вещи, в том числе и их контакты с местными структурами.
Выяснились и другие задачи стоящие перед агентами. Так вот среди прочего они должны были выяснить, где находится и чем занимается твоя бригада и ты лично, а после этого вызвать из-за линии фронта специальную группу для твоей ликвидации.
– Интересно девки пляшут!
– Согласен. Ну и последнее добавление к сказанному.
По сведениям нашей агентуры тебя для ликвидации ищут и местные бандиты. Не только за то, что твоя бригада разгромила главные силы чеченских бандитов и уничтожила более тысячи наиболее опасных боевиков, но и за какой-то неимоверно интересный и редкий кинжал. Есть такое дело?
– Есть. Взял я там, у боевика, один интересный клинок. Правда не разобрался, что он собой представляет, и где его сделали. То, что редкий однозначно, я раньше таких не встречал.
– Покажешь?
– Конечно. Я в прошлый раз не успел похвастаться. Он у меня здесь на квартире лежит. Если будет время, заезжайте, покажу.
– Сегодня же приеду. Ты мне заодно и всю свою коллекцию оружия покажешь. Если не возражаешь сейчас дам команду, чтобы тебе продуктов домой привезли. У тебя же там наверняка «шаром покати». Договорились?
– Конечно.
– Вот и хорошо. Ладно, мы отвлеклись.
Оценив и взвесив все вышесказанное, я вышел с предложением к Лаврентию Павловичу использовать твою бригаду на одном из центральных участков фронта.
Он мое предложение в Генштабе и Ставке поддержал. Иосиф Виссарионович тоже за использование твоей бригады в операции высказался, так как вновь сформированные части ВДВ еще не готовы к столь масштабным операциям.
– Спасибо.
– Не за что. Заслужили своей кровью.
– Всегда готовы выполнить приказы командования.
– Я, да и остальные об этом знают.
- Богдан Захарович, а что сформированы новые десантные части?
– А ты не знал?
– Как то мимо меня прошло. Я же все время в поле…
- Понятно. В начале августа все десантные корпуса, использовавшиеся на фронте, были переформированы в обычные стрелковые дивизии. В том числе и те, что действуют сейчас в Белоруссии и на Кавказе. Потери в этих частях большие, да и функции они больше пехотные, чем десантные выполняют. Вот и было решено сделать их стрелковыми.
Тем не менее, понимая необходимость иметь десантные части, 16 августа вместо переформированных частей было принято решение о восстановлении восьми воздушно-десантных корпусов и пяти отдельных маневренных воздушно-десантных бригад (постановление ГКО № 2178с от 16 августа 1942 года).
Осенью они, в том числе и за счет запасных воздушно-десантных полков были сформированы. Новые воздушно-десантные корпуса получили номера 1-й (1-я, 204-я, 211-я вдбр), 4-й (8-я, 9 я, 214-я вдбр), 5-й (7-я, 10-я, 201-я вдбр), 6-й (11-я, 12-я, 13-я вдбр), 7-й (14-я, 15-я, 16-я вдбр), 8-й (17-я, 18-я, 19-я вдбр), 9-й (20-я, 21-я, 22-я вдбр) и 10-й (23-я, 24-я, 25-я вдбр), а пять новых отдельных маневренных воздушно-десантных бригад: 1-я, 2-я, 3-я, 4-я и 5-я.
Новые части проходили боевое слаживание и подготовку, когда ближе к зиме обстановка на фронте значительно изменилась – окончательно застопорилось наступление немцев на Воронежском, Сталинградском, да и у нас на Кавказе тоже.
Вот Ставка и решила использовать выгодную стратегическую обстановку и провести сразу две крупные операции: одну — против группы армий «Центр» и «Юг», другую — против группы армий «Север».
Операция против группы армий «Север» получила название «Полярная звезда». С целью усиления войск Северо-Западного фронта принято решение имеющиеся воздушно-десантные корпуса и бригады снова переформировать в дивизии и направить их на реализацию планов «Полярной звезды».
В декабре все перечисленные мной корпуса ВДВ переформированы в гвардейские воздушно-десантные дивизии (приказ № 00253 от 8 декабря 1942 года) и в скором времени будут задействованы на Северо-Западного фронте.
Ну а твою бригаду было решено использовать в предстоящей операции под Воронежем.
– Понятно. А кто же будет работать в тылу Клейста?
- В составе Северо-Кавказского фронта сформирован 31-й гвардейский отдельный воздушно-десантный полк (майор Ф. Я. Смеянович). Он и будет работать вместо вас.
– Ясно. Как говорится бог в помощь. Они на Тихорецк будут нацелены?
– Нет. Штеменко рассказывал, что планируется вместе с Черноморским флотом провести несколько крупных десантных операций. Всех тонкостей не знаю, но в качестве целей выбраны - Мариуполь и Перекоп. Про Мариуполь мы с тобой еще в Орджоникидзе говорили, а вот Перекоп всплыл недавно.
– Цели более чем симпатичные. Захватив и удержав Перекоп, мы практически полностью лишаем Манштейна возможности удрать из Крыма, а удар на Мариуполь заставит Клейста начать отступление с предгорий Кавказа и Ростова.
- Да что-то такое говорил и Штеменко. У тебя еще дела здесь в наркомате есть?
– Практически нет. Общую задумку плана операции до меня довели, последние разведданные и необходимые комплекты карт выдадут уже в штабе Воронежского фронта.
– Понятно. Тогда не задерживаю. Ты же, наверное, еще дома не был?
–Не был. С аэродрома сразу же в наркомат привезли.
- Как всегда. Машина есть, чтобы до дома добраться? А то мою возьми, мне она пока не нужна.
– Машина есть, у себя на базе дежурную взял.
http://samlib.ru/s/sizow_w_n/
master_iuda M
Автор темы, Новичок
Возраст: 53
Откуда: Тамбов
Репутация: 7566 (+7575/−9)
Лояльность: 14818 (+14844/−26)
Сообщения: 1710
Зарегистрирован: 06.06.2011
С нами: 7 лет 6 месяцев
Имя: Вячеслав

#3277 Умникус » 20.06.2017, 15:59

Дальше судя по всему ГГ будут на квартире ждать злодеи(ой проговорился...). ::yaz-yk:
Он же Cleverus,он же...
Умникус M
Новичок
Возраст: 51
Откуда: Волгоград
Репутация: 547 (+555/−8)
Лояльность: 32 (+32/−0)
Сообщения: 389
Зарегистрирован: 12.08.2011
С нами: 7 лет 3 месяца
Имя: Николай

#3278 master_iuda » 21.06.2017, 11:53

Умникус,
все может быть...
http://samlib.ru/s/sizow_w_n/
master_iuda M
Автор темы, Новичок
Возраст: 53
Откуда: Тамбов
Репутация: 7566 (+7575/−9)
Лояльность: 14818 (+14844/−26)
Сообщения: 1710
Зарегистрирован: 06.06.2011
С нами: 7 лет 6 месяцев
Имя: Вячеслав

#3279 master_iuda » 26.06.2017, 20:11

Глава

(Реал. Ист.) Из воспоминаний военврача 116-го военного госпиталя 2-й венгерской армии Шоморяи Лайош:

«13 января. Ночью температура воздуха опустилась до -41 градуса, днем было где-то —25. Живем тихо. Я потерял последнюю надежду.
17 января. Температура -40 постоянно днем и ночью. Редко днем понижается до —35. Теплая одежда и валенки жизненно необходимы. Вчера я получил плохую новость: южнее Воронежа началось крупное русское наступление. Они вклинились в венгерскую оборону. Думаю, что речь идет о нашем корпусе. Ужасно представить отступление по такому морозу.
19 января. Наконец-то мы все знаем. По рассказам отступавших, 80 тысяч русских при поддержке 300 танков атаковали венгров на 8-ми километровом участке фронта. 7-й корпус стал запланированной жертвой. Измученные годом войны венгры не смогли удержать оборону, и линия фронта расплылась как масло, и все бежали, куда глаза глядят. Паника была жуткой. Раненые погибли от холода. Несколько дней отступавшие шли без пищи и воды в 40-градусный мороз. Отставшие от колонн породнились со смертью. Русские танки и пехота преследовали венгров на расстоянии выстрела. 7-й корпус был уничтожен, 60% личного состава погибло. Дисциплина утрачена полностью. Я был спасен от неминуемой смерти, так как находился не на передовой, а в тыловом госпитале.
26 января. Движение плохо организовано. Нет корма для лошадей. В этом холоде 1000 наших лошадей ночи напролет стоят под открытым небом. Рядовой состав уже 3 дня не получает пищу. Как они живут? Загадка. Я питаюсь консервами, которые берег про запас в течение полугода. Сейчас они пригодились. Я купил за 2 марки 10 картофелин. Цыганская жизнь надоела, но это жизнь.
27 января. Вчера мы получили приказ: «2-я венгерская армия потеряла свою гордость! Противник смял наши боевые порядки. Это не стыдно. Стыдно позорное бегство обезумевших солдат, превратившихся в сброд.». Вот что мы получили, получили наши солдаты, находившиеся в течение 10 месяцев в полной боевой готовности против превосходящего по численности, лучше вооруженного и обученного противника, фанатично воюющих до последнего патрона русских солдат. Мы же вынуждены воевать без веры, с плохим снабжением и вооружением, на чужой территории и не защищая свою родину. Эта благодарность прошедшим через кромешный ад, кучке оставшихся в живых солдат.
Это надгробная речь для погибших венгров, воевавших за чужие интересы далеко от родины и в большинстве своем лежащих непохороненными в бескрайних российских заснеженных степях».

Из беседы штабных офицеров вермахта 30.1. 1943 г. Бобруйск

- Итак, Карл, несмотря на все предупреждения и попытки этого не допустить окружение под Воронежем все-таки состоялось!
– Да Вильгельм. Русские в этот раз были сильнее. Они смогли прорвать все нами подготовленные линии обороны.
– В который раз, кстати! Вспомни Минск, Кавказ, Ростов, Новгород.… Сколько наших парней остается в распоряжении у Паулюса?
– Точной цифры пока нет. Многие подразделения смешались, кто-то все еще пытается прорваться через линию окружения или не вышел на связь с командованием.
В штабе считают, что в окружении может находиться более полумиллиона человек. Тринадцать и остатки еще двух дивизий в районе Россоши. Около 20 наших и 3-4 дивизии наших союзников в районе Воронеж – Старй Оскол – Касторное. В том числе из состава 6 Полевой армии - порядка 300 тысяч, в том числе 232 тысяч немцев, от 50 до 52 тыс. русских перебежчиков, украинцев и казаков. Сюда же надо добавить примерно 100 тысяч человек из числа 2 венгерской армии (6, 7, 9, 10, 12, 13, 19, 20, 23-я пехотные дивизии, лыжные батальоны 8-й и 22-й кавалерийских дивизий и 1-й бронетанковой венгерской дивизии) и около 10 тысяч румын из состава 4 румынской армии.
До сих пор нет сведений о количестве попавших в окружение солдат из частей 8-й итальянской армии, точнее из ее Альпийского корпуса – а это 4 дивизии (всего 57 тыс. человек). Нашего 24-го танкового корпуса, в состав которого входили 5 пехотных (19, 213, 298, 385, 387-я) и 27-я танковая дивизия, а также несколько отдельных пехотных полков.
Но опять-таки это примерные и не подтвержденные цифры. Можно с уверенностью утверждать, что в первые десять дней русского наступления 2 венгерская армия потеряла 105 085 человек убитыми, ранеными или пропавшими без вести. То есть примерно половину от имевшегося на начало русского наступления личного состава этой армии. Примерно такие же потери у итальянцев и румын.
– Впечатляюще!
– Не то слово. Потери армии Паулюса уточняются, но по всему выходит, что в процентном отношении она понесла потери несколько меньше союзников. Это обусловлено тем, что основной удар русскими был нанесен по нашим союзникам. Паулюс предполагая возможность русского наступления сделал довольно умно - разместив наши части на второй линии обороны и в тылу союзников и подставив их под русских.
– Что думает наше командование по поводу организации выхода 6 Полевой армии из окружения?
– Берлин требует от Паулюса держаться. Обещает помощь. Да и Паулюс, надеюсь, не будет сидеть, сложа руки. Он просто обязан нанести удар по окружившим его войскам и прорваться к нам. Кроме того формируется ударный кулак из срочно возвращаемой под Харьков 4 Танковой армии, 4 румынской и 8 Итальянской армий.
- Спохватились. Это надо было делать раньше, когда только вскрылась подготовка русских к наступлению, а теперь поздно. Сейчас надо думать, как остановить русских у Харькова и Курска с Орлом.
– Штабные проговорились, что Клюге уже думает, чем заткнуть 300 километровую дыру на нашем правом фланге. Он пригласил к себе Моделя и дал команду бросить все тыловые части и охранные части на орловское направление. Кроме того туда же направляются прибывающие с Запада резервы. Снимаются части и из под Минска.
– Это может быть очень опасным! Русские там могут вновь перейти в наступление и в очередной раз перерезать нам коммуникации.
– Конечно, но это лучшее что можно сделать в этой ситуации. Боюсь, что русские, размолотив наши отступающие части 2-й Полевой армии и остатков 6 Полевой в ближайшие дни смогут прорваться к Курску и Белгороду. Этим они еще больше увеличат разрыв между окруженными и линией фронта.
– Тогда я думаю, нам стоит заказать панихиду по павшим.
– Не шути так Вильгельм!
– Я и не шучу. Посмотри правде в глаза Карл. Русские на Острогожско- Россошанском направлении ввели в бой всего несколько своих ударных армий и сразу же добились огромных результатов. Не только окружили наши войска, но и успешно добивают их. Прости, ты недавно говорил, сколько они там окружили дивизий?
– Тринадцать и остатки еще двух.
– Это из 21-й дивизии, в том числе 6 немецких, 10 венгерских и 5 итальянских находившихся на южном фланге Паулюса. Все попытки Паулюса пробить к ним коридор от Воронежа закончились прахом. Его атаки были отражены резервами Воронежского фронта. Ты же сам читал мне данные, предоставленные нашими агентами по ту сторону фронта. Русские следом за 40 армией ввели в прорыв еще две своих армии, которые и встретили наши контрудары. Донской фронт также вслед за 3-й Танковой армией ввел две армии. Они образовали внешнее и внутреннее кольцо окружения и занялись ликвидацией котла. Разве не так?
– Так.
– То есть, если не случится чудо, то мы уже сейчас можем списать эти дивизии со своих счетов. Русские не выпустят из своих лап такой лаковый кусочек. Разве не так?
– Так, – нехотя признался подполковник.
– Теперь в отношении Паулюса. Он был абсолютно прав, с началом русского наступления прося разрешение у Берлина начать отвод своих войск из возможного котла. Но он всегда был слишком исполнительным офицером, чтобы ослушаться приказов из Берлина как Клейст. Чем и обрек свою армию на полное поражение и уничтожение. А это как-никак около 24 дивизий.
– Пока этого не произошло. У него еще достаточно сил для организации прорыва из котла. Русским просто не хватит сил удержать внутреннее и внешнее кольцо окружения. Да и мы надеюсь, поможем окруженным. Так что говорить о крахе его армии еще рано.
– Поверь мне, скоро это будет. Фронт окружения постоянно сужается, русские уплотняют свои порядки за счет свежих резервов и вводимых в прорыв армий. Как только русские окончательно добью союзников под Россошью, они примутся за Паулюса. Внешнее кольцо окружения все отодвигается все дальше на запад и даже если Паулюсу удастся прорвать внутреннее кольцо, то нашим окруженным солдатам придется пройти слишком много километров по снежной целине под вой сталинских «органов» и «соколов». Русские просто так их не выпустят из своих когтей. Слишком много наших парней останется в степи.
Кроме того есть такая проблема как наличие в армии запасов продовольствия и ГСМ. Они у Паулюса очень быстро закончатся, а поставки новых ему никто не обеспечит. Тогда наступит крах. Германии после этого поражения уже не оправиться, а наши союзники поспешат заключить сепаратный мир если не с СССР, то с Великобританией и США. (В Реальной истории так и произошло. Весной 1943 года Турция отказалась от вторжения в СССР, Япония не начала планируемый «Сибирский поход», Румыния (Михай I), Италия (Бадольо), Венгрия (Каллаи) стали искать возможности для выхода из войны и заключения сепаратного мира с Великобританией и США).
– Ты думаешь, что Люфтваффе не сможет организовать снабжение окруженных?
– Нет! И ты об этом прекрасно знаешь. Они не смогли справиться с этой задачей под Демянском да и в других местах. А «птинцы Геринга» единственная надежда для наших парней под Воронежем. Другой я не вижу. Потому и предлагаю заказать панихиду по павшим прямо сейчас.
– Я бы не спешил делать такие пессимистические выводы и главное их озвучивать. Мне бы не хотелось тебя потерять из-за чего то доноса. Сейчас все усиленно начнут искать козла отпущения...
– Согласен. Мне бы не хотелось им быть, но и молчать в не моих правилах.
– Я знаю, и все же поостерегись.
– Постараюсь. Ты заметил, что русские снова применили один и тот же хорошо отработанный тактический прием?
– Ты имеешь ввиду - высадку сильного десанта в нашем тылу, нацеленного на захват и удержание ключевой станции снабжения фронта, перерезания коммуникаций и ликвидацию штабов уровня корпус - армия?
– Да. Для русских это становится шаблоном.
– Как и использование конно–механизированных групп вводимых в прорыв!
–Да. Не зря они это отрабатывали еще до войны. Но меня больше интересует, то, что в качестве ударной силы десанта выступают войска НКВД.
– Точнее одна небезызвестная бригада.
– Да. Заметь что она словно феникс возрождается из пепла. Всего полтора месяца назад ее в связи с большими потерями под Невинномысском выводили на переформирование, а две недели назад она уже действует в нашем тылу.
– Раз она так быстро восстановилась, значит, для нее где-то готовят резервы?
– Но этого так и не смогли установить. Наша агентура кроме базы бригады не нашла другого учебного центра под Москвой. Мы не смогли и отследить, как она была переброшена из под Сталинграда в Алексеевку. Понятно, что по воздуху – самолетами и планерами, но почему наши проверенные агенты, до этого времени бесперебойно сообщавшие чуть ли о не каждом самолете, прибывшем в город, не смогли отследить концентрацию специальных транспортников и планеров на аэродроме в Сталинграде! Вот в чем вопрос!
– Согласен. Тогда еще один вопрос на эту же тему – а была ли Брестская бригада в Сталинграде и не была ли это дезинформацией специально запущенной НКВД знающей о нашем интересе к бригаде?
– Тут ответ один - была. Это доказано сообщениями сразу нескольких наших старых агентов, специально ориентированных на отслеживание бригады. Она прибыла сразу после Нового года. Сначала в город приехала группа офицеров штаба во главе с Акимовым, а затем несколькими жд. составами и остальной личный состав бригады. Офицеры бригады засветились в штабе Сталинградского фронта, областном управлении НКВД, ресторанах и гостинице. Размещались они вместе с подразделениями 10 дивизии НКВД. Солдат этой бригады часто видели в городе – на рынке и кабаках. Они всегда передвигались по городу в составе небольших групп, во главе с унтер-офицерами. Тем не менее, с ними в неформальной обстановке общались местные жители и наши агенты.
По сообщению агентов даже после того как нам стало известно об участии бригаде в новом десанте в городе еще находятся солдаты этой части, в том числе и те что прибывают из госпиталей. Так что говорить о целенаправленной дезинформации нас противником я думаю, не стоит.
– Но факт участия бригады в десанте остается фактом.
–Я думаю, что в захвате штаба 2 венгерской армии участвовала не вся бригада, а только какие-то отдельные штурмовые или егерские подразделения, которых специально перебросили из Сталинграда под Воронеж. Возможно, поэтому наши агенты и не смогли отследить передвижение бригады.
– Может быть. Тем не менее, войти в плотный контакт или завязать хорошие знакомства в бригаде не получилось. Как и захватить, или уничтожить ее комбрига в Москве.
– Я не знал об этой операции!
– Я сам был не в курсе. Операцию разрабатывали в Кенигсберге в штабе Валли. Группа захвата была тоже оттуда, а вот агент наш – завербованный тобой еще летом 1941 года. Сведения из Москвы поступили только сегодня. Наш агент выступал в качестве проводника спецгруппы и не участвовал в нападении на Седова. Он и его группа должны были не вмешиваться в происходящее, вести наблюдение со стороны и при необходимости обеспечить отход остальных. Потому они и выжили. Так вот по сообщению агента весь личный состав спецгруппы, а это 10 хорошо натасканных и проведших несколько успешных операций в тылу русских человек уничтожен. Подробностей пока нет.
– Одни неудачи преследуют нас.
– И не говори.
http://samlib.ru/s/sizow_w_n/
master_iuda M
Автор темы, Новичок
Возраст: 53
Откуда: Тамбов
Репутация: 7566 (+7575/−9)
Лояльность: 14818 (+14844/−26)
Сообщения: 1710
Зарегистрирован: 06.06.2011
С нами: 7 лет 6 месяцев
Имя: Вячеслав

#3280 Ронин » 26.06.2017, 20:57

master_iuda писал(а):Слишком много наших парней останется в степи.
Немцы не говорили так. Скорее сказали бы "солдат". Парней это скорее из американского менталитета.
Разум без отваги есть свойство женщины, отвага без разума есть свойство скотины. (с.) Конфуций
Ронин M
Новичок
Возраст: 45
Откуда: Москва
Репутация: 1176 (+1191/−15)
Лояльность: 2470 (+2520/−50)
Сообщения: 377
Зарегистрирован: 12.09.2011
С нами: 7 лет 2 месяца
Имя: Олег

Пред.След.

Вернуться в Сизов Вячеслав Николаевич.

Кто сейчас на форуме (по активности за 5 минут)

Сейчас этот раздел просматривают: 1 гость