Вечерний Чарльстон

Описание: ...для тех, кто только начинает...

Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Возраст: 60
Репутация: 9967 (+10279/−312)
Лояльность: 28771 (+29526/−755)
Сообщения: 4087
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 11 лет 6 месяцев
Имя: Макс
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Отправить личное сообщение

#61 Road Warrior » 14.04.2023, 00:07

26 марта 1855 года. Елагин остров.
Джон Джеймс Бакстон Катберт, перед дальней дорогой.


– Давайте, по нашему русскому обычаю, присядем на дорогу, – улыбнулась доктор Синицына, наш добрый ангел. Через минуту, она вздохнула, перекрестилась, мы последовали ее примеру, как умели – все-таки у нас крестятся практически только одни католики, да и те по-другому – мелко, только в районе сердца, и слева направо. Затем мы обнялись и расцеловались с нашей хозяйкой, и отправились в ожидающие нас экипажи, в которые Джимми с Ником уже уложили наши многочисленные вещи. В два, потому что в одном мы бы не поместились, особенно если учесть, сколько всего успела накупить моя любимая супруга…

Было нас шестеро – мы с Мередит возвращались на нашу плантацию вместе с Джимми, а провожали нас Ник, Мейбел и Василиса – так звали новую жену нашего сына, чью свадьбу мы отметили через три недели после Ника и Мейбел. Вообще-то и она собиралась поехать с нами, но незадолго до нашего ухода выяснилось, что она ждет ребенка. Джимми порывался было остаться, но Вася втолковала ему, что он обещал полковнику Березину отправиться с нами в Америку – ведь если работать с людьми моего возраста и постарше придется мне, то Джимми будет намного проще общаться со своими сверстниками.

Но вот последние объятия остались позади, и мы с Мередит стояли на палубе и усиленно махали провожающим, а также острову и стране, ставшими для нас вторым домом. Стране, спасшей и жизни моих детей, и, наверное, мою собственную. И я начал вспоминать, с чего все начиналось.

Да, кто мог даже подумать, что мы отправимся в путь в далекую Россию, которая в наших местах представлялась огромной заснеженной равниной, покрытой толстым саваном снега практически весь год. Из этого снега кое-где виднеются покосившиеся избы, в которых живут крестьяне-рабы. Пару месяцев в году снег тает, и эти несчастные ухитряются выращивать хоть что-нибудь, а оставшуюся часть года сидят дома и пьют водку, которую сами же гонят из картофеля. Это когда их не бьют помещики, которые, конечно, живут в точно таких же избах, разве что чуть побольше… И даже их столица, так нас уверяли знакомые, состоит из точно таких же лачуг, разве что повыше и украшенных картофельной ботвой.

Прошлым летом наши старшие дети – дочь Мейбел и сын Джимми – отправились к родственникам в Англию. Когда же англичане с французами начали войну, именуемую англичанами Восточной, а в России Второй Отечественной, один их знакомый – некто Альфред Черчилль – уговорил их присоединиться к компании, которая отправилась на его яхте на Балтику, чтобы лицезреть, как англичане с французами бьют русских. Только получилось все несколько по-другому, и их яхту потопили свои же. Спаслись лишь трое – Мейбел, Джимми и проклятый Черчилль.

Тогда наша Мередит и решила попытаться найти наших детей, и, если они попали в русский плен, спасти их. И мы отправились в дальнюю дорогу – из Саванны в Нью-Йорк, из Нью-Йорка в Лондон, оттуда в Копенгаген, и далее в Петербург.

Реальность оказалась совсем иной. Как оказалось, русские спасли и вылечили и Мейбел, и Джимми, и те решили остаться в этой стране. Тем более что такого прекрасного города, как русская столица, мы нигде не видели. Да, климат в Питере, как его ласково называют местные жители, не самый лучший, но получше, чем в Англии, а в большей части этой страны намного теплее.

Убедившись, что с нашими детьми все хорошо, мы пытались вернуться обратно в Америку, но, когда в ожидании парохода мы сделали остановку в Копенгагене, город обстреляла англо-французская эскадра, и мы лишь чудом спаслись. Подоспевшая русская эскадра уничтожила флот союзников, а русские врачи спасли мою ногу. Я до сих пор чуть хромаю, но только «чуть». Будь же на месте русских наши врачи, то мне бы ногу ампутировали, и не факт, что я бы при этом выжил. Так что русским я обязан по гроб жизни.

А теперь нам предстоит дальняя дорога – снова в Копенгаген, оттуда на пароходе в Нью-Йорк, далее в Чарльстон, к родне моей Мередит, и в Саванну, точнее, на нашу плантацию. И в Чарльстоне, и в Саванне пройдут торжественные празднования, посвященные свадьбам Ника и Мейбел, а также Джимми и Василисы. Одновременно мы попытаемся найти единомышленников, ведь с тех пор, как я узнал о том, что ждет наш многострадальный Юг, я понял, что нужно сделать все, чтобы история нашей страны пошла по другому пути. Как сказал на смертном одре величайший из южных политиков, Джон Колдвелл Калхун, «Мой Юг! Мой бедный Юг!» Но на сей раз мы не будем одни – нам помогут наши русские друзья, да спасет их Господь за это!

Uksus M
Администратор
Uksus M
Администратор
Возраст: 60
Репутация: 21466 (+21538/−72)
Лояльность: 1527 (+1527/−0)
Сообщения: 11704
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 13 лет 4 месяца
Имя: Сергей
Откуда: СПб
Отправить личное сообщение Сайт

#62 Uksus » 14.04.2023, 04:57

Road Warrior писал(а):– так звали новую жену нашего сына,

А была старая?
Да, я зануда, я знаю...

Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Возраст: 60
Репутация: 9967 (+10279/−312)
Лояльность: 28771 (+29526/−755)
Сообщения: 4087
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 11 лет 6 месяцев
Имя: Макс
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Отправить личное сообщение

#63 Road Warrior » 17.04.2023, 11:44

Изображение

Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Возраст: 60
Репутация: 9967 (+10279/−312)
Лояльность: 28771 (+29526/−755)
Сообщения: 4087
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 11 лет 6 месяцев
Имя: Макс
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Отправить личное сообщение

#64 Road Warrior » 17.04.2023, 11:47

16 марта 1855 года. Османская империя. Эрегли.
Майор Гвардейского Флотского экипажа и офицер по особым поручениям Министерства иностранных дел Российской империи Павел Никитич Филиппов.


В этот городок, когда-то носивший красивое греческое название Гераклея, я прибыл с флигель-адъютантом императора Николаем Шеншиным не для того, чтобы полюбоваться на здешние достопримечательности и живописные руины. Нас отправил сюда министр иностранных дел Василий Перовский и генерал Березин. В Эрегли мы должны были встретиться с Мустафой Решид-пашой, великим визирем и доверенным лицом султана Абдул-Меджида.

Тема нашей беседы была настолько секретной, что мы с общего согласия решили встретиться с великим визирем не в Эскишехире – временной столице Османской империи, а в Эрегли. В этом порту на Черном море временно базировалась эскадра кораблей русского Черноморского флота, и доступ туда посторонним был затруднен. В свою очередь, Мустафа Решид-паша прибыл в Эрегли инкогнито, под видом богатого торговца коврами, доставившего в город товар, который пользовался большим спросом у русских офицеров.

В доме богатого купца – старого знакомого великого визиря, мы и встретились, дабы обсудить новый внешнеполитический вектор империи Османов.

Хотя Мустафе Решид-паше уже было за пятьдесят, но выглядел он неплохо. Лишь темная борода и усы великого визиря сильно поседели, да под глазами турецкого вельможи можно было заметить отеки. Похоже, что недавние события все же сказались на его здоровье.

Тем не менее, великий визирь тепло приветствовал нас, а его кахфеджи уста* (*в Турции мастер по приготовлению кофе) поспешил угостить нас этим благородным напитком, не забыв поставить на резной столик стаканы с холодной водой и блюдечки с рахат-лукумом.

Мы, соблюдая восточный этикет, не стали спешить с делами, а отдали должное ароматному кофе и мастерству кахфеджи уста. Потом, когда чашечки с кофе опустели, наш гостеприимные хозяин предложил кальян. Я, не имея дурной привычки портить воздух табачным дымом, вежливо отказался, а Шеншин, достав из кармана папиросы, щелкнул бензиновой зажигалкой, и с удовольствием сделал несколько затяжек.

Дождавшись окончания «кофейной церемонии», мы устроились поудобней на мягкой оттоманке* (*так в Европе называли небольшой диванчик без спинки на маленьких ножках, накрытый ковром и украшенный вышитыми подушками) и приготовились к разговору, который, возможно, на долгие годы определит направление внешней политики Турции.

– Господа, – произнес великий визирь, – мой повелитель, султан Абдул-Меджид – да будут долгими годы его жизни – окончательно решил, что участие Великой Порты в запутанных европейских делах только наносит вред державе османов. Многие пользуются доверчивостью и неопытностью турок и заставляют их таскать для себя каштаны из огня.

Наглядный тому пример – последняя война, которая по милости Аллаха недавно закончилась. Так ли было важно для нас, кто из европейских христиан будет владеть святыми местами в Иерусалиме? Для нас, мусульман, важнее Аль-Акса, мечеть, построенная на том месте, куда пророк Мухаммед – да благословит его Аллах и приветствует – попал, совершив чудесное путешествие из Мекки в Иерусалим, и откуда он вознесся на небо.* (* В Коране не сказано, откуда именно Мухаммед вознесся на небо, сказано лишь, что это произошло из некой «самой далекой мечети», но с какого-то момента стало принято считать, что это был Иерусалим. Масжид Аль-Аксаи означает «самая далекая мечеть», хотя построена она была уже после смерти Мухаммеда. Интересно и то, что в Медине в мечети Масжид аль-Набави под Зеленым куполом находится могила Мухаммеда.)

Мустафа Решид-паша вознес глаза вверх и стал перебирать янтарные четки. Мы с Шеншиным переглянулись. Главное, то, что мы хотели узнать, нами было услышано. Но, как оказалось, сказанное великим визирем было лишь прелюдией к дальнейшему разговору.

– Я хочу, чтобы вы передали вашему повелителю, – произнес наш собеседник, – что Российской империи теперь не следует опасаться империи османов. Скажу больше – ваши враги стали и нашими врагами. Мы никогда не простим коварным британцам предательское нападение на нашу столицу. Разрушенные минареты Айя-Софии взывают к мести. И мы найдем способ отомстить этой подлой нации, которой управляет распутница на троне.

– Эфендим, – Шеншин первым прервал молчание, наступившее после гневных слов великого визиря, – вы намерены объявить войну Британии?

– А разве то, что произошло в Стамбуле, не является объявлением войны? – спросил великий визирь. – Мы не собираемся, как Дания, терпеть подлые нападения на наши города. И англичане стали для нас врагом, которого следует истреблять при первой же возможности.

– Да, но сама Англия находится на острове, а Османская империя не располагает большим флотом, с помощью которого можно было бы нанести смертельный удар Британии, – сказал я.

– У Англии достаточно чувствительных мест и вне островов, на которых она расположена, – хитро улыбнулся Мустафа Решид-паша. – Например, Индия…

– Или Афганистан… – добавил я. – На днях в Пешаваре представитель афганского эмира Дост-Мухаммед-хана подпишет мирный договор с британской Ост-Индской компанией, согласно которому Англия и Афганистан обяжутся быть «другом друзей» и «врагом врагов» друг друга. А ведь афганцы не забыли разграбление Кабула английскими войсками в 1842 году.

– Но и англичане вряд ли забыли полное уничтожение отряда Эльфинстоуна, – усмехнулся великий визирь. – Из шестнадцати тысяч человек, вышедших из Кабула к афганской границе, до нее добрался лишь один – военный врач Уильям Брайден.

Афганский эмир согласился заключить мир с афганцами лишь потому, что боится потерять Герат, на который нацелился персидский шах Наср-эд-Дин Каджар. Персы уже не раз захватывали этот город, который является ничем иным, как ключом к Индии.

– России было бы желательно, чтобы Герат достался Персии, – произнес Шеншин. – В 1838 году персы уже осаждали его…

– Как же, как же, – усмехнулся великий визирь, – я помню, что осадой Герата фактически руководил русский генерал и посол в Персии Иван Симонич…

– А гарнизоном Герата фактически командовал британский офицер Элдред Поттинджер, – добавил Шеншин. – Персы наверняка бы взяли Герат, если бы не предательство русского министра иностранных дел Карла Нессельроде. Он отозвал из Персии Симонича и отказался завизировать уже заключенный и весьма выгодный для России договор между Афганистаном, Персией и Гератом.

– Что будет сейчас, если персы снова решат захватить Герат? – спросил Мустафа Решид-паша.

– Я полагаю, что Британии на этот раз не удастся заставить афганцев защищать город, – ответил я. – А Османская империя вряд ли окажет помощь своим врагам – британцам.

– Но это будет означать, что мы своим нейтралитетом окажем помощь другим своим врагам – персам.

– Да, но если персидский шах и турецкий султан смогут договориться… – произнес я. – В самое ближайшее время в Индии вспыхнет восстание против власти британской Ост-Индской компании. Ваш падишах, – я внимательно посмотрел на великого визиря – может взять под покровительство мусульманские княжества в Индии. Вы, уважаемый друг, прекрасно знаете, насколько богаты земли Индии. С другой стороны, отобрав у бесстыдной развратницы «жемчужину ее короны», вы поразите Британию в самое сердце.

– Вы правы, – задумчиво произнес великий визирь. – То, что вы предлагаете нам, весьма заманчиво. Я думаю, что мне потребуется какое-то время для того, чтобы обсудить все здесь сказанное с моим повелителем. Поэтому я попросил бы вас задержаться на какое-то время в Эрегли. Ожидаю, что уже скоро я смогу сообщить вам решение падишаха. Смею надеяться, что оно вас полностью устроит.

Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Возраст: 60
Репутация: 9967 (+10279/−312)
Лояльность: 28771 (+29526/−755)
Сообщения: 4087
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 11 лет 6 месяцев
Имя: Макс
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Отправить личное сообщение

#65 Road Warrior » 18.04.2023, 02:12

27 марта 1855 года. Нью-Йорк, ротонда отеля Астор-Хаус.
Хорас Грили, редактор «Нью-Йорк Геральд Трибьюн».


Напротив меня сидел высокий молодой человек, одетый в модный европейский костюм. Женщинам, наверное, понравилось бы его лицо – правильное, мужественное, хоть и без тени смазливости – и атлетическая фигура; впрочем, и я бы в молодости дорого дал, чтобы хоть немного походить на него.

– Угощайтесь, мистер Грили, – улыбнулся он. – Не стесняйтесь, вы мой гость. Здесь, как оказалось, неплохо готовят.

– Это да, хотя, конечно, есть гостиницы и пофешенебельнее. Например, «Сент-Николас» или «Метрополитан», обе они чуть севернее. В них имеется паровое отопление во всех номерах.

– А мне таможенники порекомендовали именно эту, – пожал плечами мой собеседник.

– Скорее всего, они получили за это комиссию, – усмехнулся я.

За обедом сэр Теодор расспрашивал меня про жизнь в Нью-Йорке, про американские и мировые новости, а то, как он сказал, «на корабле живешь в своем мирке, разве что в очередном порту купишь газету». Меня поразило, насколько хорошо он говорил по-английски – и, хоть иностранный акцент и прослеживался, он вполне мог бы сойти за иммигранта, много лет живущего в Америке. А потом, когда принесли кофе и, по моему совету, сэр Теодор заказал неплохой виски из графства Бурбон в Кентукки, он наконец-то улыбнулся и сказал:

– Позвольте полюбопытствовать, почему столь знаменитый – причем заслуженно знаменитый – мэтр журналистики искал встречи именно со мной.

– Ну, насчет «заслуженно знаменитого» я бы, наверное, поспорил… – Не скрою, мне было приятно, что и в Старом свете мое имя известно читателям.

– Ну как же… про вас я читал в России. Вы родились в Нью-Гемпшире, потом жили в Вермонте, бежали из дома, чтобы стать подмастерьем в типографии…

– Не думал, что в России так хорошо знают мою биографию…

– А вы полагали, что у нас там вообще медвежий угол? – улыбнулся Фэллон. Мне понравилось само выражение – в английском его нет, но по смыслу оно было вполне понятно. И я перешел к главному:

– Знаете, для меня о вашей стране пишет некто Фридрих Энгельс.

– Знаю, имел сомнительное удовольствие обедать с ним за одним столом пару дней, пока его в очередной раз не пересадили еще куда-то. Только пишет он, насколько мне известно, под именем своего друга Карлсона… простите, Карла Маркса.

– Именно так. Так вот, мы опубликовали серию его статей про Восточную войну и про Россию. Должен сказать, что мне они показали несколько тенденциозными, и, кроме того, ни один его прогноз так и не сбылся.

– И вам, наверно, пришлось достаточно серьезно редактировать язык этих статей, – усмехнулся Фэллон.

– Не без этого, – кивнул я. – Но мы привыкли, ведь немцы, даже после многих лет жизни в Америке, часто все еще строят предложения, как в немецком. Но я не об этом. Двадцать второго вечером к нам пришла от него телеграмма из Галифакса – длинная телеграмма. Со статьей про вас. Подумав, я ее напечатал, несколько подсократив и убрав из нее слишком уж неприличные личные выпады. Вы, возможно, уже успели с ней ознакомиться?

– Да, мне здесь в гостинице подарили один экземпляр. Должен сказать, что, как ни странно, с тех пор я стал местной знаменитостью, а если бы вы знали, сколько надушенных записок от леди, желающих со мной познакомиться, мне теперь приносят каждый день…

– Конечно, ведь Энгельс упомянул, что вы заявляли, что были любовником королевы.

– Ничего такого я не говорил, поверьте мне. Даже если бы у меня что-либо где-нибудь и было с какой-либо дамой, я бы никому и никогда об этом не рассказал. Но в данном случае то, что написал Энгельс, поверьте мне, не соответствует действительности. Хотя аудиенции у Ее величества я действительно удостаивался.

– Но вы же бежали из Тауэра.

– Было такое. Почему меня туда заключили, сказать не могу, возможно, меня в чем-то заподозрили. Не забывайте, что Россия и Британия находятся в состоянии войны. Но даже там у меня было достаточно много свободы, и мне разрешалось совершать небольшие прогулки в близлежащем парке. Я сумел оторваться от своего эскорта и ушел, а затем нанял рыболовное судно и бежал в Голландию.

– А что у вас было в Дании?

– Вот об этом я предпочел бы не говорить, – голос его погрустнел. – Поверьте мне, впрочем, что и здесь то, что написал Энгельс, вранье от первого и последнего слова.

– Понятно…– вздохнул я. Энгельс написал, что якобы Фэллон жил там под вымышленным именем с женщиной, которую он выдавал за свою супругу. И что потом она, возможно, погибла.

– Мистер Грили, а не хотели бы вы, чтобы я написал пару статей для вашей газеты? Можно и бесплатно – деньги у меня есть, – неожиданно предложил мне мой собеседник.

– Вот только не бесплатно! – решительно возразил я. – Все мои репортеры получают ровно столько, сколько положено. Только о чем вы хотели бы написать?

– О Восточной войне в первую очередь, а также о России, – сэр Теодор внимательно посмотрел мне в глаза.

Я чуть подумал – не обидится ли – и спросил:

– А вот некто Алекс Герцен пишет весьма нелицеприятные вещи о России.

– Сидя в Лондоне и получая деньги от британского правительства, – усмехнулся этот странный русский.

– Но вы тоже бежали из России.

– По собственной глупости, увы. Влюбился не в ту даму, которая, как оказалось, работала на англичан. Мы и бежали к ним – а потом они ее убили. Точнее, не они, а поляки, работавшие на них. Но об этом я писать, с вашего позволения, не буду.

– Даже так… Примите мои соболезнования.

– Спасибо.

– А что вы скажете об узаконенном рабстве в России?

– Рабства в России нет. Есть крепостное право – примерно такое же, которое совсем недавно существовало в ряде европейских стран. Могу рассказать, в чем разница.

– Да, но ведь ваши крестьяне не имеют свободы.

– Крепостными являются примерно пятнадцать процентов крестьян. Почти все из них, кстати, платят нечто вроде налога своим помещикам – и многие открыли свое дело, а некоторые давно уже миллионеры. Но я согласен, что каждый человек должен обладать личной свободой. И сейчас правительство работает над реформой, которая даст им эту самую свободу, а также землю. Но нужно сделать так, чтобы и помещики получили за эту землю компенсацию. И я полагаю, что в скором времени эта реформа состоится.

– А что вы скажете о рабстве в наших южных штатах?

– Я лично против любого рабства, мистер Грили. Но и здесь нужно сделать так, чтобы при его отмене все остались более или менее довольны. Кстати, насколько мне известно, северные торговые компании наживаются на южанах, скупая выращенный на их плантациях хлопок и табак за бесценок и реализуя их втридорога, а также продавая импортные товары, да и продукцию северных мануфактур южанам, немилосердно поднимая цены на эту самую продукцию.

Я задумался, а затем медленно произнес:

– Вы знаете, я никогда не задумывался об этом. Но вы правы. Вот только вряд ли финансовые круги согласятся с вами.

– Мое согласие им и не требуется. Только хочу вас предупредить – если не будет найдено приемлемое для всех решение, то все может закончиться большой войной. А она абсолютно не нужна ни северянам, ни южанам. Кроме, конечно, тех самых финансовых кругов, для которых война – это бизнес, приносящий огромный доход.

– Сэр Теодор, – сказал я, протянув ему руку. – Мне сейчас пора, но я пришлю вам проект договора о написании вами серии статей. А еще я хотел бы продолжить наш разговор – как вы смотрите на то, чтобы навестить нас с Мэри? Например, завтра или послезавтра? Мы обычно ужинаем в шесть часов вечера и будем очень рады, если вы составите нам компанию.

– Огромное спасибо за приглашение! Буду рад познакомиться с вашей очаровательной супругой, – улыбнулся сэр Теодор, пожимая мне руку. – Давайте, может, завтра?

Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Возраст: 60
Репутация: 9967 (+10279/−312)
Лояльность: 28771 (+29526/−755)
Сообщения: 4087
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 11 лет 6 месяцев
Имя: Макс
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Отправить личное сообщение

#66 Road Warrior » 21.04.2023, 04:02

18 марта 1855 года. Османская империя. Эрегли.
Майор Гвардейского Флотского экипажа и офицер по особым поручениям Министерства иностранных дел Российской империи Павел Никитич Филиппов.


Мы с Николаем Шеншиным уже второй день откровенно валяли дурака в ожидании приглашения на аудиенцию к великому визирю. Я уже успел привыкнуть к тому, что у турок все государственные дела идут не спеша, можно сказать даже, с ленцой. Недаром османские чиновники снисходительно посмеивались над нами, европейцами. Дескать, куда вы спешите, неразумные, любое важное решение должно вызреть, и лишь потом вынесено на всеобщее обозрение. Может, в их рассуждениях и есть некая сермяжная правда, но, все равно, иметь дело с османами – сущая мука.

Мы побродили по городу, посетили местную достопримечательность – хеттский барельеф, на котором был изображен какой-то древний царь, преклонивший колени перед верховным божеством древних хеттов. Полюбовавшись на творение древних каменотесов, мы вернулись в Эрегли, где решили посетить местный базар и приобрести несколько безделушек – сувениров для своих знакомых.

Понятно, что передвигались мы вне пределов нашей резиденции с охраной – «Большая игра» была в самом разгаре, и инглизы с преогромнейшим удовольствием напакостили бы нам при первой же возможности. Обычно нас сопровождали трое-четверо бойцов из числа морпехов и несколько надежных джигитов из кавказских народностей, знающих турецкий язык. Двигались мы, конечно, не толпой, дабы не привлекать к себе лишнего внимания. Соответственно проинструктированные охранники шли впереди, сбоку и позади нас. Мы же в обычном цивильном костюме изображали двух состоятельных вояжеров, путешествующих по Турции в поисках восточной экзотики.

Помимо нашей охраны, нас сопровождали и люди Мустафы Решид-паши. Великому визирю отнюдь ни к чему были какие-либо неприятности, которые вполне могли случиться с посланниками «Ак-падишаха». Мы прекрасно понимали нашего гостеприимного хозяина, но вертящиеся вокруг нас якобы «водоносы» и якобы «продавцы лепешек» порядком нас нервировали.

– Послушай, Павел, – проворчал Шеншин, в очередной раз едва не столкнувшись с очередным турецким «секьюрити», – еще немного, и я начну раздавать им подзатыльники. Нажаловаться на них, что ли, великому визирю?

– Николай, – вздохнул я, – помнится, в салунах американского Дикого Запада на стенах висела такая вот табличка: «Не стреляйте в пианиста – он играет как умеет». Примерно такое же можно сказать и о здешних охранниках – они работают, как их учили. А, судя по всему, учили их очень скверно.

Шеншин рассмеялся и перестал бросать косые взгляды на турок, которые продолжали виться возле него, словно мухи вокруг кружки со сладким чаем.

Мы зашли в кофейную и выпили по чашечке обжигающего и ароматного кофе. По совету хозяина мы, прежде чем начать дегустировать сам кофе, для начала сделали по глотку холодной, удивительно чистой воды.

– Пусть вкус моего кофе вспомниться вам и через сорок лет, – с поклоном произнес старый турок.

Мы с Николаем с удовольствием выпили божественный напиток, после чего направились в сторону базару. Как оказалось, нас там уже поджидали…

Все же в том, что турецкие охранники несли свою службу из рук вон плохо, были и определенные преимущества. Мы успели запомнить их в лицо, и потому появление новых персонажей нас насторожило. Я постучал пальцем по микрофону гарнитуры портативной радиостанции и предупредил наших парней:

– Внимание, похоже, что на сцене появились новые действующие лица.

Незаметно толкнув в бок Шеншина, я расстегнул сюртук и сунул руку под мышку, нащупав рукоятку «Грача»* (*Пистолет Ярыгина «Грач» – 9-мм самозарядный пистолет российского производства).Турки весьма бандитского вида, выхватив из рукавов короткие кривые кинжалы – «ханджары» – расталкивая народ, снующий у базара, бросились к нам. То, что они не издавали, как это было принято у местных уголовников, душераздирающие вопли, как и то, что почти ни у кого из них в руках не было пистолетов, говорило о том, что они решили взять нас живыми, не поднимая лишнего шума. Только мы с Шеншиным не были согласны на подобное развитие событий.

Спасибо людям великого визиря – они не испугались и вступили в схватку с нападавшими, коих оказалось довольно много – примерно два десятка. Почти все они погибли, но своим сопротивлением они позволили нам приготовиться к отражению нападения.

Нашим морпехам было очень трудно вести бой среди толпы насмерть перепуганных людей, метавшихся перед ними и служившими чем-то вроде живого щита для бандитов. Мы же с Николаем, прижавшись друг к другу спинами, одиночными выстрелами валили тех из нападавших, кому удавалось прорваться через толпу к нам.

Вот передо мной возникло искаженное от ярости лицо турка, размахивавшего двумя ханджарами. Одет он был достаточно прилично, из чего я сделал вывод, что это один из главарей бандитов.

«Хорошо бы взять живым этого красавчика и узнать, кто ему велел нас захватить, – подумал я».

Я всадил несколько пуль в плечи нападавшего, после чего тот выронил свои кинжалы и мешком свалился на землю. А вот Шеншин, не страдая приступами гуманизма, всадил пулю из французского револьвера в лоб краснорожего громилы, который, выставив здоровенный нож, словно таран, пытался пробить к нам.

Схватка с подосланными англичанами бандитами (а кто еще мог их науськать на нас?) продолжалась всего несколько минут и закончилась почти полным истреблением неприятеля. Вполне возможно, что среди поверженных злодеев были и «двухсотые», но это выяснится позже, когда здешние компетентные органы совместно с нашими ребятами проведут селекцию и первоначальный обыск участников покушения.

«Надо будет попросить наших сходу изолировать всех раненых бандюков, – подумал я, – а то, боюсь, они могут скоропостижно загнуть ласты».

– Надо сообщить о случившемся великому визирю, – озабоченно произнес Шеншин. – Если британские агенты пронюхали о нашем появлении здесь, то они могут разузнать и о том, что Мустафа Решид-паша снова приедет сюда. И они не упустят шанс его убить. Что было бы очень прискорбно для нас.

– Да, пожалуй, ты прав, – кивнул я. – Пойдем-ка домой, и по рации свяжемся с Эскишехиром. Как говорили древние: «Praemonitus, praemunitus»* (* предупрежден – значит вооружен (лат). На самом деле выражение это появилось лишь в шестнадцатом веке.) А оружие всем нам теперь нужно держать наготове…

Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Возраст: 60
Репутация: 9967 (+10279/−312)
Лояльность: 28771 (+29526/−755)
Сообщения: 4087
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 11 лет 6 месяцев
Имя: Макс
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Отправить личное сообщение

#67 Road Warrior » 21.04.2023, 11:20

Кстати, что такое ханджар (خنجر). Это не просто кинжал, а примерно такой:
Изображение

Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Возраст: 60
Репутация: 9967 (+10279/−312)
Лояльность: 28771 (+29526/−755)
Сообщения: 4087
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 11 лет 6 месяцев
Имя: Макс
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Отправить личное сообщение

#68 Road Warrior » 21.04.2023, 17:55

28 марта 1855 года. Нью-Йорк, Восточная 19-я улица, дом 36, резиденция семьи Грили.
Мэри Янг Чейни Грили, супруга.


– Ну что скажешь про молодого человека, милая? – спросил меня мой Хорас после того, как сэр Теодор откланялся. Он нередко спрашивает меня о моих впечатлениях о том или ином человеке, чтобы сравнить их со своими собственными. Впрочем, человек, побывавший у нас сегодня в гостях, был одним из самых интересных посетителей, которые когда-либо к нам приходили.

– Очень умен. Скромный, но не боится выразить свою точку зрения, даже если он чувствует, что она не совпадает с таковой собеседника. Подарки, которые он принес – цветы и русский платок для меня, линейный аквавит и шампанское для тебя – были именно тем, что было нужно. Да, и не стал кривиться, увидев, что стол у нас вегетарианский, хотя, как мне кажется, он предпочитает совсем другую пищу.

– А что ты скажешь с точки зрения представительницы прекрасного пола?

– Если бы у меня не было тебя, я бы нашла его необыкновенно привлекательным внешне, и не только внешне.

Тут я не кривила душой – столь интересного молодого человека я давно уже не видела. Впрочем, я не боялась, что Хорас обидится – он знает, что я храню ему верность, и я уверена, что и он отвечает мне взаимностью. Недавно я сказала ему в шутку, что, когда я умру, пусть найдет себе другую – такую, которая сможет ему родить здорового сына; здоровье мое не очень, и это, похоже, передалось и детям – из девяти наших чад выжили только две девочки, и они все время болеют. Он же ответил, причем совершенно серьезно, что не представляет себе жизни без меня, и вряд ли долго проживет, если я умру.* (* Так оно и случилось. Грили был кандидатом в президенты в 1872 году, и во время выборной кампании Мэри неожиданно заболела и умерла. Грили прервал кампанию и удалился к себе домой, а через месяц скончался и сам.)

А вот многие мои подруги – включая жен весьма высокопоставленных лиц – не прочь завести интрижку на стороне. И, узнав, что у нас в гостях будет сам Фэллон, стали усиленно напрашиваться. Пришлось пообещать, что мы устроим прием и пригласим и его, и их. Хотя, конечно, жалко сэра Теодора, слишком уж он мне симпатичен, а подруги мои сродни голодным акулам…

– А как тебе понравились его взгляды на рабство, и на проблему Севера и Юга?

– Я, конечно, аболиционистка, но этот молодой человек рассуждал весьма здраво. Надо бы проверить, на самом ли деле то, что написала Хэрриэт Бичер Стоу в своей «Хижине дяди Тома», не соответствует действительности. Но его аргументация меня вполне убедила.

– Ну да, действительно, если здоровый молодой раб стоит свыше двух тысяч долларов* (*около восьмидесяти тысяч долларов на сегодняшние деньги), то издеваться над ними себе может позволить только весьма жестокий и расточительный человек. Да и у них есть какие-никакие, но, как выразился наш гость, социальные гарантии – кров над головой, питание (достаточно хорошее, или рабы будут хуже работать и болеть), медицинская помощь. А пожилых рабов хозяева обязаны кормить, поить и лечить. Так что мало будет просто освободить невольников – нужно создать систему, которая гарантирует им достойную жизнь как в молодости, так и в старости. Кстати, нечто подобное неплохо было бы придумать и для малоимущего белого населения.

– Не поспоришь. Да и про свою Россию он рассказал много такого, что действительно заставило задуматься. Как же мы мало знаем про эту страну! Кстати, а как тебе понравилась его статья? Вы же с ним уединились, чтобы обсудить то, что он написал.

– Две статьи, одна вводная про Россию, другая – о предыстории Восточной войны, как ее именуют англичане. Написаны они весьма профессионально, да и язык у него на высоте – ошибок почти не было. Одну из них я напечатаю завтра, другую послезавтра. Обещал писать по статье каждые два-три дня.

– И тебе это только на руку.

– Именно так. Все-таки у моей газеты самая лучшая репутация в городе – репутация, которой я добился тяжелым трудом и требованиями к качеству написанного. Теперь я сожалею, что печатал этого Энгельса, но что поделаешь – зато теперь мои читатели получат действительно хорошего автора. Похоже, что сам Господь послал мне сэра Теодора… Кстати, как ты думаешь, у него правда ничего не было с королевой?

– Ты знаешь, я совсем не удивлюсь, если что-то и было. Но мне понравилось, что он отказывается об этом говорить. Кстати, милый, а ты не против, если я приглашу подружек и устрою своего рода салон?

– И почетным гостем там будет сам Фэллон, – рассмеялся муж.

– Именно так.

– А тебе его не жалко? А то знаю я твоих подруг. Хорошо еще, их мужья ни о чем не догадываются, но, такое впечатление, кроме них, об их, скажем так, развлечениях знают буквально все.

– Не бойся, сэр Теодор сможет за себя постоять, во всяком случае, так мне кажется.

– Тогда пожалуйста. А когда?

– Может быть, в следующий вторник, третьего апреля? Это мне даст время подготовиться.

– Вот и хорошо. Только ты не против, если мне незадолго до начала салона придется срочно отправиться в редакцию?

Я рассмеялась – мне было хорошо известно, что мой Хорас терпеть не может женские посиделки, когда пришедшие ко мне дамы сидят и часами говорят самую настоящую ерунду.

– Конечно, милый! Тогда я приглашу сэра Теодора чуть раньше, чтобы он успел пообщаться и с тобой.

Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Возраст: 60
Репутация: 9967 (+10279/−312)
Лояльность: 28771 (+29526/−755)
Сообщения: 4087
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 11 лет 6 месяцев
Имя: Макс
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Отправить личное сообщение

#69 Road Warrior » 24.04.2023, 20:18

28 марта 1855 года. Плоэшти, княжество Валахия. Штаб группы русских войск на Балканах.
Флигель-адъютант Игнатьев Николай Павлович.


Так уж получилось, что, отправившись по поручению моего прямого начальника графа Перовского в штаб генерала Хрулева, я застрял в этой валашской дыре, насквозь пропахшей земляным маслом, на неизвестный мне срок. В связи с очередным резким изменением политического курса Австрии, в здешней части Европы возникли весьма неприятные для нас пертурбации, которые могли стать поводом для абсолютно ненужной для России войны.

Незадачливый монарх, которого наш император буквально за шкирку вытащит из выгребной ямы в 1849 году, куда он угодил во время Венгерского мятежа, решил продемонстрировать всему миру свою решимость защищать интересы Австрии. Только кажется мне, что этот юнец Франц Иосиф взбодрился после очередного визита Ансельма Соломона Ротшильда. Именно этот зловредный банкир посоветовал венскому императору не подписывать уже согласованный договор с нами, заменить глав внешнеполитических ведомств, и попытаться пригрозить нам применением военной силы.

Подтверждением может послужить вчерашний визит в штаб генерала Хрулева посланца из Вены в чине подполковника. Лично на меня сей хлыщ произвел весьма неприятное впечатление. Он снисходительно поглядывал на наших солдат и даже на некоторых офицеров, которые, не имея возможности возить с собой в обозе парадные мундиры, вынуждены были донашивать изрядно обветшалые шинели, сюртуки и панталоны. Сам же австриец, наряженный в белоснежный мундир с аксельбантами, был похож на попугая.

Подполковник привез генералу Хрулеву бумагу, подписанную, правда факсимиле, императором Францем Иосифом. В ней предлагалось «всем российским силам незамедлительно очистить территорию Дунайских княжеств, и восстановить статус-кво, существовавший до начала войны с англо-франко-турецкой коалицией.» Сказать, что требование сие являлось вопиющей наглостью, означало не сказать ничего.

Степан Александрович был человеком спокойным, которого не каждый наглец мог бы вывести из равновесия. Но, внимательно прочитав «венскую меморию», он с большим трудом удержался от резкого ответа австрияку. По беспроволочному телеграфу он тут же связался с Петербургом и доложил императору Николаю о визите посланца Франца Иосифа в его штаб.

Мне довелось поприсутствовать в «святая святых», именуемой радиорубкой, и своими ушами услышать переговоры Хрулева с царем. Похоже, что государь уже располагал сведениями о странных выкрутасах «мудрецов» из здания на Балльхаусплац* (*на этой площади в Вене располагались главные правительственные учреждения Австрийской империи). Ответ императора был однозначен и тверд:

– Степан Александрович, ни в коем случае не соглашайтесь на предложения венцев! Я решил твердой ногой стать на Дунае и вернуть Черному морю его прежнее название – Русское море! А этот молокосос Франц Иосиф пусть меньше слушает венских банкиров. Боюсь, что с подобными советчиками от его империи скоро останутся лишь рожки до ножки. Венгры не успокоятся, и они добьются своего – Габсбурги вылетят с треском из Венгрии. Только я на этот раз не стану их спасать.

Хрулев внимательно выслушал монолог государя, кивая его словам в знак согласия. Он только поинтересовался, как следует поступить в случае, если австрийцы попытаются силой выдавить русские войска из Дунайских княжеств. Император дал генералу полный карт-бланш:

– Ежели австрийцы попытаются силой заставить нас выполнить их требования, то на эту силу я разрешаю применить нашу силу. Помнится, вы докладывали мне о возможных контрмерах в отношении австрийцев. В вашем штабе еще раз обсудите их, и незамедлительно нанесите этим венским наглецам встречный удар. Помните, что империя Франца Иосифа чем-то напоминает карточный домик. Не думаю, чтобы народы, населяющие ее, сломя голову бросились защищать свою тюрьму.

– Государь, – спросил Хрулев, – могу ли я привлечь к удару по австрийцам части Корпуса морской пехоты Гвардейского Флотского экипажа?

– Полагаю, что да, – согласился император. – Удар по австрийцам должен быть максимально сильным и чувствительным, чтобы он запомнился им надолго. После этого венцы не один раз подумают, прежде чем снова решатся напасть на нас.

– А что передать посланнику Франца Иосифа?

– Думаю, что вам следует вернуть присланную бумагу, сославшись на то, что русский император строго-настрого запретил своим военным вести какие-либо переговоры с иностранцами. В том, что наше посольство в Вене осталось в самый неподходящий момент без посла, вина австрийских дипломатов. В конце концов, не мне же и не вам руководить их министерством иностранных дел.

Да, и без промедления начните подготовку к возможной войне с Австрией. Почему-то мне кажется, что золото Ротшильдов сделает свое дело, и те, кто вправе объявлять войны, их объявят.
Последний раз редактировалось Road Warrior 24.04.2023, 20:51, всего редактировалось 2 раза.

Uksus M
Администратор
Uksus M
Администратор
Возраст: 60
Репутация: 21466 (+21538/−72)
Лояльность: 1527 (+1527/−0)
Сообщения: 11704
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 13 лет 4 месяца
Имя: Сергей
Откуда: СПб
Отправить личное сообщение Сайт

#70 Uksus » 24.04.2023, 20:25

Road Warrior писал(а):которые стать поводом для войны, которая России была абсолютно ни к чему.
Да, я зануда, я знаю...

Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Возраст: 60
Репутация: 9967 (+10279/−312)
Лояльность: 28771 (+29526/−755)
Сообщения: 4087
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 11 лет 6 месяцев
Имя: Макс
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Отправить личное сообщение

#71 Road Warrior » 25.04.2023, 20:45

3 апреля1855 года. Нью-Йорк, Восточная 19-я улица, дом 36. Резиденция семьи Грили.
Сэр Тед Фэллон, дичь.


– Вы не сопроводите меня обратно в гостиницу, сэр Теодор? – промурлыкала миссис Натаниэль Бэнкс* (* до недавнего времени, жен в Америке часто называли по имени супруга), она же Мэри Теодосия Пальмер Бэнкс. – А то мы с вами, как оказалось, в одном отеле. И никогда не знаешь, какой сброд может встретиться тебе на улице…

Я еще подумал, сама она еще не так давно работала на той же фабрике, что и ее муж, а теперь, видите ли, простые люди для нее «сброд». Но я обрадовался – все-таки вечер для меня был малоприятным. В гостях у Мэри Грили было с десяток жен местных политиков, в основном из Нью-Йорка, но среди них оказалась и жена члена Палаты представителей от Массачусетса, Мэри Бэнкс. Я прекрасно знал, что ее муж в ближайшем будущем станет спикером нижней палаты Конгресса, и что они оба – и жена, и муж – ярые аболиционисты. Более того, Натаниэль ранее избирался от ксенофобской и антикатолической партии «Ничего не знаю».* (* Know Nothing Party, названная так потому, что на вопросы посторонних о внутрипартийных делах полагалось отвечать I know nothing – «Я ничего не знаю».)

Эта партия выступала за то, чтобы только граждане, рожденные в САСШ, могли избираться на любую должность – и что иммигранты должны были лишиться права голоса, пока не проживут двадцать один год в САСШ. А еще у них были свои молодежные банды, избивавшие ирландцев и прочих католиков. Как ни странно, к евреям они относились терпимее – мол, те не пытаются заставить всех плясать под свою дудку, в отличие от «папистов». А негров стоит немедленно освободить, но по неожиданной причине – чтобы они не занимали рабочие места, которые по праву принадлежат малоимущим белым, родившимся в Америке.

Перед выборами в Конгресс Бэнкс и ряд других выходцев из «Ничего не знаю» создали новую партию – Американскую. Они несколько смягчили риторику, но на деле изменилось довольно мало. А перед выборами 1860 года они, равно как и Оппозиционная партия, вышедшая из обломков либеральной Партии вигов, влились в состав Республиканской партии.

И несколько дам из тех, с которыми я имел сомнительное удовольствие общаться в салоне миссис Грили, являлись женами высокопоставленных членов Американской партии. Ко мне, впрочем, отношение было внешне восторженным, а на самом деле я ощущал себя дичью, за которой охотились с десяток охотниц. Перед тем, как я покинул гостеприимный дом Мэри, она даже отвела меня в сторону и попросила у меня прощения – ей тоже мало понравились взгляды, бросаемые ее подругами (и просто знакомыми). Но, как бы то ни было, первой подсуетилась именно миссис Бэнкс, приехавшая на пару недель в Нью-Йорк «развеяться», пока ее муж встречался с однопартийцами в Коннектикуте.

Кэб мы нашли сразу – он был высшей категории, с мягкими сиденьями и огромным подушками, а также теплым одеялом – почему-то одним. День был весьма холодным; еще неделю назад все цвело, а теперь накатились морозы, и цветы магнолии, росшей перед домом четы Грили, были покрыты толстым слоем льда.* (* Такое случается нередко – к северу от Нью-Йорка нет высоких гор, и зачастую из Канады в апреле приходят морозы.) Поэтому мадам накрылась одеялом и настояла на том, чтобы укрыть и меня, а под одеялом прижалась ко мне, прошептав, что так, мол, теплее. Даже если бы я был женат, никакого желания она бы у меня не вызвала, но я понимал, что лучше не ссориться не только с сильными мира сего, но и с их женами, и размышлял, как бы выйти из ситуации без того, чтобы оказаться с этой дамой в одной постели, при этом ее не обидев.

Мы уже подъезжали к гостинице, когда я увидел, что Бродвей был перегорожен упавшим набок грузовым экипажем, которые двое пытались вновь поставить на колеса. Кэбмэн посмотрел на нас грустно и сказал:

– Можно объехать, но это будет еще минут пять-десять. Или, если хотите, отсюда пешком тридцать ярдов, не больше.

– Давайте прогуляемся! – предложила миссис Бэнкс, пока я не успел попросить возницу все-таки объехать это место по соседним улицам. Не понравилось мне увиденное, а еще один из этих двоих мне показался смутно знакомым.

Не успели мы пройти мимо кэба, как эта парочка перестала возиться с повозкой и бросилась на нас сзади, а еще один появился из темноты с ножом в руке и попытался схватить миссис Бэнкс. Я протиснулся между ним и ней и закричал:

– Бегите!

Но сзади на меня навалился второй, а третий достал револьвер и страховал их чуть поодаль. И тут я вспомнил, где я видел этого третьего. Узнал я его не по физиономии – ее я не рассмотрел ни тогда, ни сейчас – а по росту и походке. Именно он следил за мной на борту «Роскильде» после Христиании.

– Пойдешь с нами или сначала порезать тебя? – с ярко выраженным ирландским акцентом произнес тот, с ножом.

Но от входа в гостиницу уже бежали двое охранников с кольтами наперевес. Ирландец попытался меня достать своим оружием, я же упал ему под ноги и постарался его сбить, но послышались два выстрела, и он упал рядом со мной, а другой заорал, тоже с ирландским акцентом:

– Они меня подстрелили! Побежали поскорее!

– Мистер Фэллон! – закричал подбежавший охранник. – Мистер Фэллон! У вас на боку кровь!

– Наверное, не моя…

Но оказалось, что проклятый жмур успел-таки меня подрезать перед тем, как сам ушел в страну вечной охоты, или как это называется у ирландцев. Меня бережно отнесли в гостиничный медпункт, где мне промыли рану – по моей просьбе, это сделали алкоголем, хоть фельдшер и удивился моей просьбе – и зашили ее. После чего меня доставили в мой собственный номер, а миссис Бэнкс пообещала прислать служанку, чтобы та заботилась обо мне, пока я не выздоровею.

Да, подумал я, когда Мэри, подоткнув мое одеяло, вышла, вообще-то мужчина должен быть охотником, а сегодня я оказался дичью – как для посетительниц салона, а особенно для Мэри, так и для ирландцев. А я, как колобок, и от бабушки ушел, и от дедушки ушел, и от разнообразных животных… Вот только мне и дальше придется держать ухо востро – а то колобка все-таки съели.

Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Возраст: 60
Репутация: 9967 (+10279/−312)
Лояльность: 28771 (+29526/−755)
Сообщения: 4087
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 11 лет 6 месяцев
Имя: Макс
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Отправить личное сообщение

#72 Road Warrior » 27.04.2023, 01:02

31 марта 1855 года. Плоешти, княжество Валахия.
Поручик Евгений Львович Коган, начальник артиллерии Первой самоходной батареи Корпуса морской пехоты Гвардейского Флотского экипажа.

Забегали, запрыгали, заскакали. Это я о своем начальстве, которое получило приказ из Питера и приступило к его реализации. Мне о задаче поставленной российским войскам расквартированным в Валахии доложили лишь в том объеме, который посчитали нужным. Только я ведь не за печкой найденный, и сразу сообразил, что снова придется повоевать.

Может, оно и к лучшему – от безделья мои подчиненные совсем разленились, и больше думали о походах к здешним дамам, которое благосклонно принимали их ухаживания. А что – бравые офицеры – нижних чинов у нас почти что и не было, все с наградами (надо отметить – заслуженными), культурные – в скатерть не сморкаются и за столом не рыгают. С такими можно не только бутылочку здешнего винца распить, но и поговорить о политике и о том, как живут люди в таких городах, как Санкт-Петербург и Москва.

Мои парни в любовных похождениях могли дать сто очков форы даже гусарам. И потому у некоторых из них, похоже, взаимоотношения с местными красавицами зашли слишком далеко. Мне уже вручили несколько рапортов, в которых чины вверенной мне части просили разрешения вступить в брак с девицами из приличных семей. Почти все кандидаты в женихи подчеркивали, что их невесты самого что ни на есть благородного происхождения, непорочны (гм!) и достойны стать супругами морских пехотинцев Гвардейского Флотского экипажа.

Я доложил о поступивших рапортах по инстанции, на что мне посоветовали решать сей вопрос на месте. Ну не в Петербурге же лучше знать, можно ли санкционировать той или иной прелестнице допуск к телу секретоносителя из будущего.

Так что известие о возможных боевых действиях принесло для меня даже некоторое облегчение. Все же на войне многое решается с ходу, тем более что я никогда не боялся брать ответственность на себя.

По замыслу руководства, мы должны будем совместно с русскими войсками, которыми в Дунайских княжествах командовал генерал Хрулев, нанести короткий по мощный удар по австрийским частям, которые подтягивались к границам княжеств, рассчитывая снова вытеснить нас за пределы этих границ. Большая война, похоже, для императора Николая была нежелательна, но осадить венских наглецов стоило.

Участие моих самоходок в рейде по вражеской территории могло принести немалую пользу. Только следовало взять поправку на наличие запаса горючего для дизелей моих «ноночек», а также возможность его пополнения. Смешно – в Плоешти, в котором мы сейчас находимся, уже начали добывать нефть. Но ее надо превратить в солярку, а вот с этим здесь совсем труба. Так что три сотни литров горючки в баке – это 350-400 верст ходу по здешним неасфальтированным дорогам. А что потом?

Можно было взять еще литров триста в обоз – самопальные канистры и железные баки мы делать научились. Значит, еще 350-400 верст мы имеем в запасе. А вдруг зловредные австрияки спалят наши наливники? Или они сломаются...

Мы тут с ребятами долго ломали головы над сей проблемой. Костя Чобану, молдаванин из Бендер, предложил цеплять наши САУ к упряжкам волов или лошадей.

– А что, запросто можно запрячь цугом восемь волов, зацепить тросами упряжь к буксирным клыкам «Ноны», и пусть скотинка неспешно тянет машину по дороге. Всего-то четырнадцать тонн – да это для здешних волов или битюгов вполне по силам. В случае чего упряжь отцепим, движок запустим – и в бой!

Мы дружно поржали над предложением Кости, а потом задумались – действительно, а почему бы и нет? Я засел за расчеты, вроде все сходилось, и на выдумке нашего главного «чумака» – как его тут же прозвали наши доморощенные остряки – мы сможем сэкономить как минимум половину солярки.

Далее я распорядился выгрузить бронебойные снаряды (с танками и даже с бронированными кораблями нам воевать на пыльных дорогах Трансильвании не придется) и загрузить боеукладку осколочно-фугасными снарядами и минами, в том числе зажигательными и осветительными. Для «особо одаренных» австрийцев мы взяли по две упаковки на каждую машину термобарических снарядов 3ОФ74. Запасной БК нам придется тоже везти в обозе. Из наиболее толковых солдат русской армии мы создали комендантскую команду, которая должна была в походе вести наблюдение и охранять фуры с горючим и БК, а в бою по нашему требованию доставлять боезапас к месту его загрузки.

Не забыли мы взять и парочку коптеров, которые во время рейдов станут нашими «глазами, ввинченными в небо». Связисты отладили и проверили радиостанции, с помощью которых мы могли бы получать нужную информацию и поддерживать связь со штабом рейдовой группы.

Подготовка к выходу заняла немало времени, но мы справились со всеми проблемами вовремя. Я лично проверил боевые машины и наш обоз, еще раз провел инструктаж личного состава и вольнонаемных, вплоть до последнего ездового. Вроде все было в порядке. Осталось лишь получить боевой приказ и приступить к его выполнению. Он поступил, как всегда, неожиданно…

Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Возраст: 60
Репутация: 9967 (+10279/−312)
Лояльность: 28771 (+29526/−755)
Сообщения: 4087
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 11 лет 6 месяцев
Имя: Макс
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Отправить личное сообщение

#73 Road Warrior » 01.05.2023, 14:09

1 aпреля 1855 года. Гаага, харчевня «’t Goude Hooft» («Золотой двор»).
Сэр Чарльз Каттлей, на спецзадании.

В этой мрачной таверне мне еще ни разу не довелось побывать – я предпочитал в Гааге более современные и роскошные заведения. А здесь, такое у меня возникло впечатление, время остановилось с тех пор, как сей трактир был построен в шестнадцатом веке – темный зал с небольшими окнами (но свет не горит, голландцы, как известно, весьма экономны), длинные обшарпанные столы со скамьями, неприветливая по-голландски обслуга.

Я осмотрелся – мелкие торговцы и люд поскромнее, и все местные. Мне даже было показалось, что некто со мной просто глупо пошутил – ведь сегодня, как известно, День дурака. Ну да ладно… Я подошел к бармену и сообщил ему:

– Уважаемый, я здесь по приглашению майнхеера Хаугенса.

Тот кивнул, подозвал к себе одного из разносчиков пива, и что-то ему буркнул на местном наречии. Халдей отвел меня на второй этаж к неприметной двери, постучался и, когда оттуда раздалось: «kom binnen!»* (*«войдите» (голл.)), пропустил меня в комнатушку, добавив неприветливо на ломаном английском:

– Ваш друг заказал.

Внутри плохо освещенной комнатушки с низким потолком находился небольшой столик, на котором стоял большой кувшин пива, тарелка с холодной свининой, и еще одна с лапшой. Перед обоими стульями стояло по оловянной кружке и оловянной же тарелкой с ножами и вилками. За столом восседал человек в партикулярном платье, который, увидев меня, встал, пожал мне руку, и представился на весьма неплохом английском:

– Здравствуйте, сэр Чарльз. Можете меня и далее именовать «Хаугенс».

– Здравствуйте, господин Хаугенс, – ответил я по-русски. – Спасибо, что вы нашли время для встречи со мной.

В прошлый раз я встречался с их послом и его советником, и происходила эта встреча в русском посольстве. Но это было тогда, когда многие из нас еще лелеяли надежду, что наша вражда с Россией позади, по крайней мере, в ближайшей перспективе. Кое-какие шаги наше правительство после этой встречи сделало, и русские ослабили блокаду Великобритании. Казалось, что дело пошло на лад. Но этот болван Палмерстон – уж простите меня, по-другому я его не могу характеризовать – с помощью Альфреда Черчилля убедил Ее величество, что мы проиграли битву, но не войну. Тем более что главная опасность для короны – восстание в Ирландии – было практически полностью подавлено после того, как мы получили возможность перебросить в Ирландию войска, первоначально предназначавшиеся для Крыма.

А вот сейчас мне было поручено передать русским, что новых договоренностей не будет, что я и сделал, скрепя сердце. А когда я вернулся, мне была дана новая и унизительная задача – найти Филонова, пардон, сэра Теодора Фэллона, бежавшего из Тауэра в ноябре, и доставить его на его новую английскую родину. Почему-то Ее величество рвет и мечет при одной только мысли о том, что тот сумел от нее сбежать, и что вместе с ним исчезла некая Катриона Фрейзер, которую королева подозревает в романе с нашим героем. Тьфу ты, я превратился из человека, помогавшего вершить судьбы мира, в сыщика, выслеживающего неверного любовника. Знаю, что за подобные высказывания можно и голову потерять (в самом прямом смысле этого слова), но я слишком хорошо знаю Ее величество и полностью уверен в том, что Филонов был ее парамуром* (*paramour – любовник, особенно замужней женщины (фр., устаревшее в англ.).) И что ему придется плохо, если на него наложит лапы наша немка-королева.* (*Виктория происходила из рода курфюрстов Ганновера, первым ее языком был немецкий, и на нем она, в частности, общалась с Альбертом.)

Как мне сообщили, в Англии следы Фэллона исчезли, словно этого человека никогда не было в Британии. Когда же заметили его исчезновение, то проверили все корабли, уходившие в тот и следующие дни в Америку и Европу. Два корабля, ушедшие, пока не была замечена пропажа, зашли перед дальним переходом через Атлантику в Корк в Ирландии, где агенты обыскали каждый дюйм каждой палубы от киля до клотика. Бесполезно – они нашли лишь кучу контрабанды, парочку безбилетных пассажиров, но никакого Фэллона там и близко не оказалось. Следовательно, подумал я, он либо до сих пор либо в Англии, либо покинул королевство каким-нибудь другим путем. Но поисками в Англии занялись другие, а я стал ломать голову над тем, куда он мог еще сбежать. По всему выходило, что это могло случиться лишь на каком-либо небольшом кораблике, перевозящем контрабанду. А таковой, вполне вероятно, направился бы либо в Норвегию – она теперь стала главным перевалочным пунктом для Балтики – либо в Голландию или Бельгию. Конечно, оставалась еще Франция, но оттуда его сразу же передали бы русским.

Я решил начать с Голландии – во-первых, она являлась самым логичным перевалочным пунктом для моего русского друга, а, во-вторых, у меня была и другая цель. То, что этот болван Палмерстон позволил своей иррациональной ненависти к русским взять вверх над рассудком и вновь начал мутить воду, то для Англии это стало бы настоящей катастрофой, и я решил хоть как-то попробовать разрядить ситуацию. Тем более что и Россия мне была не безразлична – все-таки я вырос в Одессе, хоть и оставался при этом британским подданным. Да, я причинил своей второй родине немало вреда, но я это делал по приказу свыше, и при этом верил в то, что это нужно Англии. Теперь же я вижу, что Англии от нового курса Палмерстона будет только хуже. И решил попробовать хоть что-нибудь наладить в частном порядке.

Поэтому, прибыв в Гаагу, я послал уличного мальчишку в русское посольство с запиской, в которой говорилось, что человек, встречавшийся в декабре прошлого года с послом и господином Сидоровым, еще раз просит о подобной встрече. Мальчишка, вернувшись, передал мне на словах (пришлось несколько раз его переспросить, прежде чем я с помощью немецкого понял, что он хотел сказать), что я могу явиться в этот самый «Золотой двор» в пять часов вечера, где меня будет ждать некто Хаугенс. Что это имя не настоящее, было понятно сразу – так звали великого голландского физика, жившего около двух столетий назад.* (*На русском его фамилию обычно приводят как Гюйгенс, но произносилась она примерно как Хаугенс, с фрикативным «г».)

– Так чем же я могу вам помочь? – спросил тот меня. По манере общения мне показалось, что и этот молодой человек прибыл на той самой таинственной эскадре, и потому я решил ничего не скрывать, и рассказал ему про Палмерстона и про то, что мне было известно про его планы, а также про его связи с Ротшильдами.

– Вот, значит, как, – покачал головой мой собеседник. – Ну что ж, благодарю вас. Вот только… вы не скажете, зачем вам это нужно? И почему вы вообще в Гааге?

– Насчет второго проще – я прибыл, чтобы попробовать найти некого Филонова, бежавшего из Тауэра в прошлом году.

– Мы бы тоже хотели его найти, – усмехнулся «Хаугенс». – Сказать честно, мне лично на него наплевать, невелика потеря. Но мое командование не любит предателей. А что по первому пункту?

Я глубоко вздохнул, чуть помедлил, и все же решился выложить этому странному русскому все начистоту:

– Я считаю, что ненависть Палмерстона к России пагубна для нашей страны. То, что нам предложили в декабре, было достаточно щедро с вашей стороны. Я понимаю, что в будущем условия будут только хуже, но чем раньше мы заключим мирное соглашение, тем лучше для Англии. Да и для России – все-таки я родился в этой стране.

– Ну что ж, спасибо. Мне тоже так кажется. Я передам ваши слова дальше. Вы долго еще будете в Гааге?

– Полагаю, что еще два-три дня. Попробую найти след Филонова.

– Тут я смогу вам немного помочь. Он действительно был в Гааге в конце ноября – по нашей информации, в отеле «Дулен». Мы об этом узнали слишком поздно, уже после вашей встречи с нашим послом, и направили туда группу захвата, но его уже след простыл. И куда он после этого делся, мне доподлинно неизвестно.

– Хорошо, спасибо. Попробую узнать побольше в гостинице.

Если будут для вас какие-либо новости, я оставлю записку у бармена снизу. Скажете, что вы «отрок с пуговицей», он вам ее и передаст.

– «Отрок с пуговицей?»

– Ах, да… это еще не… ладно, не берите в голову.* (*Именно так представлялся Дэвид Бэлфур, герой книги «Похищенный» Роберта Льюиса Стивенсона, когда искал своего спутника Алана Брека Стюарта – но книга эта вышла из печати лишь в 1886 году). И от себя скажу, что и я надеюсь, что в Англии преобладает благоразумие. Но после того как Палмерстон загубил на корню мирную инициативу, я отношусь к этому несколько пессимистически.

– Все равно посмотрим, что можно будет сделать. В крайнем случае… Никто не вечен – и Палмерстон в том числе. Равно как и Черчилль. А если их каким-то чудесным образом не станет, то вполне вероятно, что королева одумается.

Я боялся, что моему собеседнику это не понравится, но тот лишь кивнул мне:

– Тоже верно. Вот только мы этим заниматься не будем.

– Конечно.

– Ну хорошо. Значит, так. Канал связи будет именно здесь, в Гааге – можете передать записку тому же бармену, но для «мистера Стюарта». Ну что ж, давайте выпьем за мир между нашими странами.

И мы чокнулись тяжелыми оловянными кружками. Я допил свое пиво, пожал руку русскому, и отправился в «Дулен».

Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Возраст: 60
Репутация: 9967 (+10279/−312)
Лояльность: 28771 (+29526/−755)
Сообщения: 4087
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 11 лет 6 месяцев
Имя: Макс
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Отправить личное сообщение

#74 Road Warrior » 03.05.2023, 03:01

4 апреля 1855 года. Нью-Йорк, гостиница «Астор Хаус».
Сэр Тед Фэллон, раненый и не выспавшийся.


Я уже засыпал, когда в дверь тихо постучали.

– Войдите! – сказал я, вспомнив, что дверь так никто и не запер. И подумав запоздало, что это после случившегося не есть хорошо.

Дверь открылась, и я увидел в свете тусклого газового освещения коридора стройный женский силуэт со свечою в руке. Моя неизвестная посетительница тихонько вошла и закрыла за собой дверь, прошептав:

– Мистер Фэллон, меня зовут Агнес. Я – служанка миссис Бэнкс. Она просила поухаживать за вами, пока вы не оправились от вашей раны.

– Вон там, мисс Агнес, комната для прислуги. Вы можете зажечь газовый рожок, он у двери – если вы приоткроете дверь на секунду, вы его сможете лучше рассмотреть. Спички рядом. И… спасибо вам большое.

Девушка сделала, как я ей сказал, и я увидел, к своему удивлению, что она была негритянкой – точнее, светло-коричневой мулаткой. Такой цвет кожи часто именуется café au lait – кофе с молоком. Черты лица ее были почти европейскими, только губы и кудрявые волосы выдавали ее частично африканское происхождение. А еще мне показалось, что она мне напоминает кого-то из моих знакомых.

Девушка ушла в соседнюю каморку и через полминуты вернулась с тряпочкой и тазиком. Взяв с моего позволения один из ключей от комнаты, она вышла на минуту, вернулась с теплой водой, после чего сняла с меня одеяло и простыню, а затем, не обращая внимания на мои протесты, и пижаму, и начала протирать мое обнаженное тело. Увы, она чуть задержалась в районе моих чресел, и определенная часть моего тела, несмотря на команды, посылаемые моим мозгом, возбудилась. Та как бы не обратила внимания, протирая меня дальше, но явственно прижалась своим весьма красивым бюстом к моему телу. Я наконец-то понял, что пора обозначить границы, и сказал:

– Агнес, милая, я очень благодарен за заботу, но более ничего не надо.

– А миссис просила проявить о вас всяческую… заботу. Очень просила.

«Вот оно как, – подумал я. – Такого я не ожидал.» И сказал вслух, чуть покривив душой:

– Подобная забота мне противопоказана – рана может открыться. Но все равно спасибо!

– Вы… не хотите спать со мной потому, что я черная?

Ну, блин, подумал я. И здесь, чуть что, с ходу обвиняют в расизме.

– Вот уж нет. Ты мне очень нравишься. Но, опять же, мне сейчас лучше этим не заниматься. Тем более не по твоей собственной воле, а по чужому приказу.

– Но я… увидев вас, и сама… была бы рада, – выдавила она из себя.

– Мне сейчас не нужна любовница, – покачал я головой. – А вот от друга я бы не отказался. Но давай поговорим завтра, сегодня уже поздно. Впрочем… у меня там стоит бутылка ржаного виски.

Ее мне подарили при заселении. Я тогда из любопытства ее открыл – вещь оказалась очень даже ничего, но я не большой любитель виски. А теперь Агнес принесла мне ее вместе со стаканом.

– Стакан не понадобится, – улыбнулся я. – Не могла бы ты смочить тряпочку виски и протереть мне рану. Это способствует ее заживлению.

Та удивилась, но сделала, что я от нее просил, после чего укрыла меня, вновь подоткнула одеяло, и сказала:

– Тогда я… пойду спать? Позовите меня, если я вам понадоблюсь, сплю я чутко.

– Хорошо, так и сделаю. Можешь выключить газ.

Что она и сделала. А я теперь никак не мог заснуть, раздумывая над пикантной ситуацией, в которой я оказался. Под утро, когда окно уже начало сереть, я наконец-то забылся – но ненадолго.

Скрипнула дверь, и я проснулся, приготовившись к худшему. Но это была Агнес, на сей раз одетая в строгое платье. В руках у нее был поднос с яйцами, толстым беконом, чайником и чашкой.

– Принесла вам из ресторана. Не бойтесь, миссис сказала, что все расходы берет на себе после того, как вы ее спасли.

«Знала бы ты, милая, что эти ребятки охотились не за ней, а за мной», – усмехнулся я про себя, а вслух сказал:

– Но у меня вполне достаточно своих денег.

– Миссис поручила вам сказать, что очень на вас обидится, если вы ей откажете. Скажите, мистер Фэллон, могу я вам задать один вопрос?

– С условием, что ты будешь называть меня «Тед» – мы же друзья!

– Хорошо, мистер... Тед.

Но вопрос она мне так и не успела задать – проведать меня пришла ее хозяйка. Осмотрев меня – и, да, бесцеремонно откинув мое одеяло – она вышла в каморку для прислуги и начала шепотом расспрашивать Агнес, а после чего вышла, еще раз придирчиво осмотрела мое обнаженное тело (к счастью, на сей раз признаков возбуждения не было), и спросила, как моя рана. Не успел я ей сказать, что рана нуждается в покое, как в дверь вновь постучали, на сей раз весьма требовательно, и вошедший человек в униформе попросил обеих дам выйти из помещения.

– Здравствуйте, мистер Фэллон, – сказал он, пожимая мне руку. – Меня зовут Дэниэль Карпентер, я – детектив Нью-Йоркской полиции. Именно мне поручили расследовать нападение на миссис Бэнкс, которой вы столь галантно пришли на помощь. Скажите, вы можете говорить, или мне прийти к вам, например, завтра или послезавтра?

– Конечно, могу.

– Тогда расскажите сначала, кто вы и чем вы занимаетесь. Это для протокола, не более того.

Я и рассказал официальную версию – зовут так-то, прибыл тогда-то, собираюсь заняться бизнесом, не знаю, останусь я в стране или нет (я, конечно, не собирался, но зачем об этом говорить местному копу?) Но тот неожиданно перебил меня:

– Неужто вы… тот самый Фэллон? Жена мне все уши прожужжала – любовник самой королевы Виктории…

– Не верьте всему, что пишут газеты, детектив Карпентер! – усмехнулся я. – С тех пор, как какой-то глупый писака опубликовал не менее глупую статейку, где про меня разнообразные чудеса рассказывают, меня все об этом спрашивают.

– Ну, так я и думал, – кивнул тот. – А я читал ваши статьи в «Геральд-Трибьюн». Очень познавательно и интересно написано, надеюсь, что вы продолжите серию.

– Мы так с мистером Грили и договорились. Только дальнейшая работа будет зависеть от моего самочувствия после всего случившегося со мной.

– Тогда позвольте мне задать вам пару вопросов. Как именно вы оказались в то самое время и в том самом месте? И почему вы вступились за миссис Бэнкс – ведь злоумышленников было, как я слышал, двое?

– Трое, детектив Карпентер. Как я там оказался? Я был на приеме у мистера и миссис Грили, где присутствовали и другие гости. И когда оказалось, что я поселился в той же гостинице, как и миссис Бэнкс, та попросила меня сопроводить ее до гостиницы – времена, по ее словам, сейчас весьма опасные для честных людей, рискнувших в позднее время появится на улице.

– Увы, так оно и есть, могу вам сказать, как детектив, занимающийся подобными делами. Но один против троих… Миссис Бэнкс вчера рассказала мне, что вы бросились между ней и человеком с ножом, и крикнули ей, чтобы она убегала.

– У нас в России считается, что истинный джентльмен обязан защищать даму, даже если он с ней незнаком. Именно так меня воспитали мои родители. Поэтому я ни секунды не думал – все было на уровне инстинкта.

– А это были весьма нехорошие люди. Тех двоих мы опознали – убитого зовут – звали – Джон Байден, а второй, судя по всему, был Джо Маккейном. Оба прибыли не так давно из Ирландии и вступили в банду под названием «Мертвые кролики». А этой бандой я уже несколько лет как занимаюсь. Вот только одно странно – они ненавидят партию «Ничего не знаю» – если честно, мне она тоже весьма несимпатична – но они никогда еще не нападали на женщин, даже жен высокопоставленных членов партии.

– Как говорится, все бывает в первый раз. Ведь убийца тоже когда-то впервые режет глотку своей жертве.

– Именно так. Но хотелось бы знать, кто был тот… третий. Вы не разглядели его? Может быть вы запомнили его лицо, особые приметы? Ну, или, на худой конец, во что он был одет?

– Высокий… пониже меня, конечно, но намного выше среднего роста. Это все, что я сумел разглядеть – было слишком темно. И, что интересно, он ничего не говорил, хотя обычно преступники стараются громкими криками подбодрить себя. Я даже не знаю, как они бежали – все-таки дырка в боку от этого вашего… Байдена?

– Именно так.

– … не располагала к наблюдению за ситуацией.

Тот рассмеялся.

– Мистер Фэллон, опишите все, что произошло.

Я и рассказал – скрывать мне было нечего. Кроме, конечно, того факта, что этот высокий с большой вероятностью был тем самым несостоявшимся похитителем – или убийцей? – с «Роскильде».

– Ну что ж, все это примерно совпадает с тем, что мне рассказали другие свидетели. Разве что здорово, что вы разглядели третьего. Премного вам благодарен за ваше время. Если вы еще что-нибудь узнаете либо вспомните, дайте мне знать – вы меня найдете на Пятом полицейском участке Нью-Йорка.

– Детектив, не могли бы вы открыть вон тот чемодан? Видите, там несколько бутылок? Возьмите одну из них в подарок – это настоящий датский линейный аквавит. Его посылают через экватор и обратно, чтобы он получил свой неповторимый аромат.

– Премного благодарен, мистер Фэллон! – улыбнулся сыщик. – С большим удовольствием выпью его за ваше здоровье. Позвольте вам сказать – именно такие новые иммигранты, как вы, и нужны нашему городу и нашей стране. Было очень приятно с вами познакомиться. И жду ваших новых статей.

(продолжение следует)

Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Возраст: 60
Репутация: 9967 (+10279/−312)
Лояльность: 28771 (+29526/−755)
Сообщения: 4087
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 11 лет 6 месяцев
Имя: Макс
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Отправить личное сообщение

#75 Road Warrior » 03.05.2023, 10:42

(продолжение предыдущей проды)


Пожав мне руку, Карпентер вышел. Дам все еще не было, и я решил поспать немного, когда в дверь вновь постучали. Вошел человек, одетый в строгий костюм; я бы принял его за бизнесмена, если бы не уши и чуть скошенный набок нос, выдававшие в нем человека, занимавшегося боксом.

– Здравствуйте, мистер Фэллон, – сказал тот. – Позвольте вам представиться, меня зовут Джон Моррисси. Я представляю организацию, известную как «мальчики с Малберри-стрит» либо «Мертвые кролики».

Я посмотрел на него с недоумением, пытаясь понять, будут ли меня сейчас убивать или просто угрожать, но Моррисси лишь сказал:

– Я слышал, что вы защитили некую даму от двух наших собратьев. Поверьте, эта операция никак не была санкционирована нашей организацией, и примите мое заверение в моем почтении. Человек, бросившийся спасать даму от таких опасных людей, как Байден и Маккейн, достоин истинного уважения.

Конечно, дама эта – супруга весьма неприятного человека, Натаниэля Бэнкса из партии «Ничего не знаю». Эта партия – и банды, которые ей служат, такие, как Бауэри-Бойз – ненавидят ирландцев, бежавших от голодной смерти и английского произвола в страну, где они надеялись на убежище и свободу, а вместо этого подвергаются насилию и ущемлению в правах. И мистер Бэнкс – один из лидеров этой партии в Массачусетсе, где ненависть к нам, ирландцам, достигла своего апогея. Они жгут наши церкви, убивают наших людей, заставляют детей учить всякие гадости про Святую церковь и Ирландию… Да, мы защищаемся, как можем, но мы никогда не посмели бы поднять руку на женщину.

– Мистер Моррисси, поверьте, мне лично Ирландия и ирландцы весьма импонируют, и против Католической церкви я ничего не имею, когда они не нападают на православие. И я вполне могу вас понять.

– Я и не подозревал вас ни в чем. Давайте я расскажу вам про эту парочку. Два дня назад к одному из наших людей подошел некий иностранец – он не был ирландцем, и акцент его был весьма странным. Он хотел нанять несколько человек из нашей организации для какого-то деликатного, как он выразился, дела. Какого именно, он не сказал. Наш человек отказался с ним разговаривать – ведь мы не наемники, мы борцы за наш ирландский народ – но Байден находился рядом, и я подозреваю, что он и этот непонятный человек договорились в частном порядке. А Маккейн с Байденом подружились еще в Ирландии.

– Понятно, мистер Моррисси. Спасибо за то, что вы меня навестили, и за вашу информацию.

И я протянул ему руку. Он пожал ее и сказал:

– Так как вас порезали наши люди, мы теперь ваши должники, мистер Фэллон. Кстати, я вижу, что вы не ирландец, но Фэллон – добрая ирландская фамилия.

– На самом деле я русский, мистер Моррисси. Но уважаю Ирландию с тех пор, как в молодости ознакомился с вашей историей.

– Вы первый человек не ирландской крови, кто на моей памяти сказал что-либо подобное. И если все русские такие, как вы, то я надеюсь, что ваш народ и наш народ созданы для дружбы. До свидания, мистер Фэллон.

И, чуть поклонившись, он вышел. Я закрыл глаза и, наверное, вздремнул, но стук в дверь вновь разбудил меня.

Новый визитер чем-то напоминал предыдущего – в недешевом костюме, с такими же боксерскими ушами, вот только лицо его было более тонким, а над верхней губой были холеные усики.

– Мистер Фэллон, рад с вами познакомиться. Меня зовут Уильям Пул, я представляю организацию под названием Бауэри-Бойз.

Я пожал ему руку, усиленно соображая, зачем злейший враг Морисси пожаловал ко мне. Впрочем, тот почти сразу перешел к делу:

– Позвольте выразить вам свое восхищение – вы бросились на защиту не просто дамы, а еще и супруги одного из лидеров «Ничего не знаю» – партии, чью политику и чьи взгляды мы разделяем. И хотел бы вам передать, что, несмотря на то, что вы не родились в Америке, мы считаем вас образцовым американцем, и готовы в любой момент посодействовать вам – только скажите.

– Благодарю вас, мистер Пул.

– Не смею больше вас задерживать, но вы меня всегда найдете в моем салуне «Бэнк-Эксчейндж». У нас, кстати, лучшее пиво и виски во всем городе. Приходите, заодно попробуете то виски, которое я держу для друзей!

– Как только мне позволит самочувствие и разрешат врачи, я навещу вас, мистер Пул!

– Зовите меня попросту Билл!

– А вы меня Тед.

– До свидания, Тед! Рад был познакомиться.

И, пожав мне руку, Пул вышел. Так, подумал я. Ну и дела! Моей задачей-максимум здесь было внедриться в местные элиты, а вместо этого я стал рукопожатным у одних бандитов, а также у их конкурентов. Это не считая местной полиции.

В дверь вновь робко постучали. Господи, когда же закончится этот «день открытых дверей». Нескончаемый поток посетителей мне уже порядком поднадоел, и мне в данный момент хотелось лишь одного – плотно пообедать и поспать минуток этак триста.

– Войдите! – раздраженно крикнул я.

На пороге стояла Агнес с подносом, заставленным тарелками, а еще там были кувшин пива и бутылка вина.

– Ваш обед, мистер Фэллон! – робко произнесла она. – Прошу меня извинить, но мне не хотелось, чтобы вас мучил голод.

– Не забывай – для тебя я Тед. Кстати, не хочешь разделить со мной трапезу? А то там слишком много.

– Но вы же белый… Мне не пристало сидеть за одним столом с вами. Госпожа будет ругать…

– А мы ей об этом не скажем. Запри только на всякий случай дверь. А что касается меня, то мне все равно, какого цвета мои друзья – главное, они мои друзья.

Та смутилась, затем поцеловала меня в щеку и села рядом со мной. Потом спохватилась:

– У меня еще два конверта для вас, дали на стойке. Давайте я перейду в другую комнату, пока вы их читаете.

– Да какие там секреты… – махнул я рукой. – Я человек простой, и не люблю заниматься разными тайными делами.

– Нет-нет, давайте так, а то госпожа потребует ей рассказать, что там было написано, а я не смогу ей врать...

В первом конверте было письмо без подписи, но я без труда узнал почерк. Написано оно было на немецком, возможно, чтобы не каждый смог его прочитать.

«Дорогой мой сэр Теодор! Надеюсь, что у вас все хорошо.

У меня есть причины подозревать, что мой кузен Лионель узнал про ваш отъезд в САСШ, и что он может попытаться вас похитить и передать королеве в качестве подарка. Поэтому будьте весьма осторожны. Мне стало известно, что один из его людей по имени Пер Эноксен отправился в САСШ. Ваш друг.»

Однако… Не иначе как мой друг Маффи действительно хочет мне помочь. Конечно, письмо это несколько запоздало, но теперь я хотя бы знаю, кто мой таинственный противник, натравивший на меня местную сволочь.

А во втором конверте находилась телеграмма. «Дорогой мистер Фэллон! Благодарю вас за спасение моей жены. Надеюсь познакомиться с вами лично, дабы отблагодарить вас. Слышал, что вы располагаете определенными средствами и хотите заняться торговыми делами, и готов вам в этом посодействовать. Ваш покорный слуга конгрессмен Натаниэль Прентисс Бэнкс.»

Однако, подумал я. Столько лишних слов – а, как известно, янки из Массачусетса весьма прижимисты. Ну что ж, похоже, я и к местным элитам смог подобраться, и даже не через постель. Я позвал Агнес, попросил ее принести мне конверт, перо и бумагу, и накатал ответ – мол, будут рад с вами встретиться – и только хотел попросить мулатку отнести его к стойке, как осекся и сказал:

– Давай, подруга, поедим, а то остывает. Кстати, о чем ты хотела меня спросить?

– Спали ли вы на самом деле с королевой? – спросила Агнес, покраснев так, что румянец был заметен даже сквозь ее темную кожу.

– Не верь всему, что пишут в газетах! – наставительно произнес я. – К тому же, как говорил один мой знакомый, какое кому дело, кто с кем спит? Лишь бы сосед по постели громко не храпел и не брыкался во сне.

– Тед, а я думаю, что все-таки спали с королевой, – Агнес лукаво посмотрела на меня. – У вас меняется голос, когда вы об этом говорите. А еще как Ее величество могло устоять перед вашим обаянием? Не бойтесь, я не скажу ничего госпоже, хотя ей, как мне кажется, очень хочется узнать подробности вашего романа с Ее величеством.

– Агнес, милая, я же тебе говорил, что никогда не обсуждаю мои отношения с дамами. Кстати, позволь и мне задать тебе один вопрос. Кого-то ты мне очень напоминаешь. Не скажешь, как твоя фамилия?

– Катберт. Моя бабушка… В общем, она спала со своим хозяином, а он продал ее вместе с дочерью массе Катберту. А его младший сын спал с мамой, и когда об этом узнал старый масса, он даровал маме вольную, и я родилась уже свободной. Под фамилией массы – он дал нам и свою фамилию.

«Однако, интересно девки пляшут, – с удивлением подумал я. – Неужто она – сводная сестра Мейбел? А что, похожа!»

– А где было поместье этого Катберта?

– В Миссисипи, масса. Больше я ничего не знаю.

«Наверное, однофамильцы…» – немного успокоился я.

Но тут Агнес добавила:

– Мама, впрочем, рассказывала, что у них была родня где-то в Джорджии.

Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Возраст: 60
Репутация: 9967 (+10279/−312)
Лояльность: 28771 (+29526/−755)
Сообщения: 4087
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 11 лет 6 месяцев
Имя: Макс
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Отправить личное сообщение

#76 Road Warrior » 05.05.2023, 22:44

24 апреля 1855 года. САСШ, Нью-Йорк, офис газеты «Нью-Йорк Геральд Трибюн».
Хорас Грили, хозяин и главный редактор газеты.


Мой друг Тед, он же сэр Теодор, выглядел даже хуже, чем тогда, когда, после его ранения, мы с Мэри навестили его в его гостинице. Мешки под глазами, выражение бесконечной усталости на лице… Но, увидев меня, он радостно улыбнулся и сказал:

– Хорас, друг мой, я не хотел тревожить Мэри, поэтому решил навестить тебя здесь. Тем более что я хочу попросить тебя об огромном одолжении.

– Конечно, друг мой, я сделаю все, что в моих силах.

– Так вот. То, что я тебе сейчас сообщу – весьма конфиденциальная информация. Дело в том, что я в последнее время заметил за собой слежку. Причем слежку вполне профессиональную. Кто этим занимается – не знаю.

– Может, это те, кто стоял за Маккейном, Байденом и Маккарти, и которые хотят тебе отомстить? – спросил я.

Когда Тед бросился под нож преступника, дабы защитить миссис Бэнкс, он еще не знал, сколь злопамятными могут быть ирландцы. Хотя, как он мне рассказал по секрету, к нему наведался сам Моррисси и даже принес извинения от лица своих людей. Более того, неделей спустя Маккейна и некого Патрика Маккарти нашли повешенными на зеленых веревках в роще на землях, недавно приобретенных городом для создания нового парка.* (*Территория будущего Центрального парка выкупалась с 1853 года, но создавать его начали лишь в 1858 году.) Зелеными веревками пользовались «Мертвые кролики», когда казнили предателей, ведь зеленый – исторический цвет Ирландии.* (* Исторический флаг Ирландии – зеленое полотнище с золотым изображением лиры. Современный зелено-бело-оранжевый флаг был создан как флаг всех ирландцев, зеленый символизирует католиков, оранжевый – протестантов, а белый – мир между ними.) Маккарти, член одной из банд верхнего Манхеттена, был большого роста, и довольно точно соответствовал тому довольно-таки скудному описанию, которое дал Тед третьему из нападавших. Именно поэтому полиция и закрыла дело, а Нэт Бэнкс решил несколько смягчить антиирландскую риторику своей партии.

– Может быть, и они. Не исключено, конечно, и то, что за мной охотятся мои русские соотечественники, хотя, насколько мне известно, их в этих краях практически нет. Но я подозреваю, что это могут быть либо агенты Ее крючконосого величества…

Я расхохотался. Я никогда не видел английской королевы, но знаю, что хотя на портретах ее нос обычно изображается достаточно правильным, те, кто наблюдал ее воочию, рассказывают, что он у нее и правда напоминает клюв попугая. А мой друг продолжал:

– Ну да, она, пожалуй, не простила мне, что я пренебрег ее гостеприимством в Тауэре и ушел, как у нас говорят, «по-английски», не попрощавшись.

– У нас это, кстати, именуют «taking French leave» – уходить по-французски.

– Интересно, – усмехнулся Тед. – А с момента моего приезда в «землю свободных, дом смелых»* (* так именуются САСШ в «Обороне форта Мак-Генри» Фрэнсиса Скотта Ки. Современный американский гимн – отрывок из этой поэмы.) в Англию попали не только американские газеты, включая «Геральд-Трибюн»…

Я хотел извиниться, понимая, что напечатав статью Энгельса, я подверг своего друга опасности. Но Тед лишь отмахнулся:

– … но и собственно господин Энгельс, которого вместе с Марксом финансирует в том числе и английское правительство. А Энгельс очень уж был на меня зол. И не только за то, что, как он это видит, я унизил его во время вояжа, но еще и за то, что статьи в твою газету теперь пишу я, а не он.

Но есть и другая возможность. Видишь ли, я вложил деньги в акции кое-каких торговых фирм по рекомендации как банка, так и Натаниэля Бэнкса и его друзей, и кое-кто меня дружески предупредил, что торговля с Югом – дело весьма опасное. Рынок там давно уже поделен, и они сделают все, чтобы не допустить конкуренции. А именно ее, родимую, я и хотел организовать, и вполне вероятно, что у кого-то из этих людей есть шпионы среди тех, с кем я вел разговоры.

– Это вполне возможно, друг мой, – кивнул я.

– Так вот. Голыми руками меня взять трудно, но сам знаешь, что случиться может все.

– А ты не думал обратиться в полицию?

– И что я им скажу? Что мне мерещится, будто меня вот-вот схватят какие-то неизвестные мне злые дяди? Копы просто посмеются надо мной, и правильно сделают.

Так что, друг мой, у меня к тебе такая просьба. Во-первых, если я вдруг исчезну, не поставив тебя в известность о цели моей поездки, забери, пожалуйста, мои вещи из «Астор-Хауса». Я оставил на стойке доверенность на твое имя. Оплачен номер до конца мая, так что проблем не будет – более того, пусть они вернут тебе оставшиеся деньги. Я с ними так договорился. Вещей у меня мало. Кстати, в одном из чемоданов осталась пара бутылок линейного аквавита, возьми их себе.

– Хорошо, сделаю, хотя я надеюсь, что с тобой ничего не случится.

– Но есть и более важный момент. В этом портфеле – мои акции, большая часть моих банковских бумаг, а также кое-какие записки. Я думал оставить их в сейфе отеля, но не уверен, что это безопасно – ведь тамошний персонал всего лишь люди, и часть активов может исчезнуть. А тебе я полностью доверяю. Если все со мной будет нормально, то я заберу их у тебя со временем. В противном случае прошу передать их, вместе с моими вещами из гостиницы, моему другу Нику Домбровскому, который в скором времени прибудет в Нью-Йорк. Кстати, думаю, что тебе Ник понравится – он тоже журналист, и всяко получше меня. И человек весьма душевный.

– А он русский или поляк?

– Ты не поверишь. Родился он где-то в штате Нью-Йорк. Но он русский частично польского происхождения. А невеста его – полагаю, кстати, что она уже стала его супругой – из Джорджии.

– А как ее девичья фамилия?

– Катберт.

– Слыхал я про Катбертов… Их много, и все они рабовладельцы.

– У жены Ника рабов нет, у него самого тем более. А еще она во время войны с турками добровольно пошла медсестрой в русскую армию. И даже была награждена.

– А ты уверен, что они приедут?

– Видишь ли… Время от времени я хожу в порт и узнаю, не передал ли мне кто письмо или устное известие. И вот пару дней назад я получил послание от Ника. Это был точно он, – вновь отмахнулся я, увидев, как мое лицо посерьезнело. – Вряд ли местные агенты знают русский, а если и так, то вряд ли они умеют писать, как Ник. И знают некоторые моменты из моей биографии, известные только нам двоим. Он пишет, что с женой приедет в Нью-Йорк ориентировочно в середине июня, а потом они отправятся к родне Мейбел на Юг.

– Понятно… Все сделаю, как ты просишь. Вот только не ходил бы ты, друг мой, в порт без охраны.

– Там меня знают – ведь я подружился не только с Моррисси, но и с Вильямом Пулом, а его Баури-Бойз смотрят за портом.

– Ну тогда, наверное, ладно. Но, все равно, будь осторожен. Если с тобой что-нибудь случится, то не только мне будет весьма грустно – для Мэри это будет трагедией. Очень она к тебе привязалась.

Насчет Мэри – это я про мою супругу, а не про ту шлюху, на которой женат Нэт Бэнкс. Мэри очень хорошо умеет дружить, но я знаю доподлинно, что она мне никогда не изменит, и я ее не ревную – знаю, что нет причины.* (* Насколько известно, так оно и было – ни Хорас никогда не изменял, ни Мэри. Не дошло до наших дней даже слухов – а они были бы, если был бы малейший намек на измену, даже без факта таковой.)

– Как говорят у нас, не берите в голову. Ладно, друг мой, благодарю тебя. Я тогда пойду, пока светло, и еще раз наведаюсь в район замка Клинтон.

– Иди, и да хранит тебя Господь!

Тед обнял меня (чего за ним обычно не водилось) и вышел из моего кабинета, я же положил оставленный им портфель не в общий сейф редакции, а в мой собственный «сейф-саламандру»* (* «сейф Уайлдера», известный своей повышенной огнеупорностью), вмурованный в стену за письменным столом. Тщательно его заперев, я перешел к рутинной работе. Только меня все время подспудно беспокоили тревожные мысли о нашем друге.

Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Возраст: 60
Репутация: 9967 (+10279/−312)
Лояльность: 28771 (+29526/−755)
Сообщения: 4087
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 11 лет 6 месяцев
Имя: Макс
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Отправить личное сообщение

#77 Road Warrior » 08.05.2023, 22:05

24 апреля 1855 года. Нью-Йорк, улица недалеко от замка Клинтон.
Пер Эноксен, агент Лионеля Ротшильда.

«Ну… ну… ну…» – взмолился я, увидев, шагающую между домами долговязую фигуру проклятого русского баронета. Он то и дело озирался по сторонам, но в сумерках разглядеть меня было непросто. «Иди, иди, милый», – злорадно подумал я, и приготовился к захвату.

Мне так хотелось просто грохнуть этого гада, выпившего столько моей крови, но я не мог позволить себя такое удовольствие. Барон – хотя барон он ненастоящий, австрийский, и не имеет права на место в Палате лордов – настоял на этом. Ни один волос не должен упасть с головы русского ублюдка – это он повторил несколько раз. Мол, если он у тебя умрет или даже будет покалечен, я тебе обещаю самую лютую смерть, какая только возможна.

Сначала этот баронет ушел от меня на «Роскильде», потом эти ирландцы оказались неспособны его захватить – и зачем-то напали еще и на придурочную бабу – жену какой-то крупной местной шишки. Результат? Все сходу пошло не так. В итоге мы получили раненого Фэллона – хорошо еще, не убитого – и одного дохлого ирландца. Другой, когда я его чуть не прибил, запел мне, что, мол, он найдет другого исполнителя – у него есть знакомые в другой части города. Я наблюдал за их разговором издалека. Тут, откуда не возьмись, появились какие-то люди, скрутили обоих и уволокли – явно не на веселую пирушку. Потом, как писали в газетах, трупы этой парочки нашли болтающимися в петле в какой-то роще. Но то, что в газетах написали со ссылкой на полицию, что, мол, были убиты оба участника «нападения на миссис Бэнкс», развязало мне руки – меня не искали ни полиция, ни ирландцы.

А я залег на время у двоюродного брата в Бруклине. Да, там есть целая колония норвежцев – жизнь на моей родине весьма трудна, и те, кто смог скопить денег на переезд, зачастую отчаливали на другую сторону Атлантики. Я бы, наверное, тоже сюда отправился, если бы меня не разыскал в свое время человек барона и не предложил мне поработать на него. Должен сказать, что до истории с Фэллоном все поручения я успешно выполнял, и потихоньку стал получать задания лично от босса. А теперь этот проклятый русский грозит мне спутать все карты.

Была у меня мысль попросту раствориться в здешней норвежской диаспоре, а то взять и отправиться куда-нибудь на Дикий Запад, например в Канзас, где, по словам моего кузена Арвида, были нужны люди, умеющие не задавать вопросов и стрелять – как по индейцам, так и по представителям конкурирующих группировок. Но я отдавал себе отчет, что у барона длинные руки, и что меня рано или поздно найдут и прикончат. Так что, мистер Фэллон, наконец-то пришло ваше времечко – если я вас доставлю по нужному адресу, то все мои неудачи будут забыты.

Я пару раз выслеживал этого баронета, сопровождая его от гостиницы, в которой он остановился. Взять его без шума было непросто, и любой срыв акции заставил бы местную полицию встать на уши. Да, я теперь обитал в другом городе – Бруклине, неподвластном полиции Нью-Йорка* (* Бруклин, находящийся на другой стороне реки Ист-Ривер, на тот момент являлся отдельным городом, частью Нью-Йорка он стал лишь в 1898 году.), а своих полицейских там было всего две дюжины, и их не интересовали преступления вне их территории.* (* В конце 1855 года из-за быстро растущей преступности численность полицейских увеличили до 150 человек. Но преступность продолжала расти в том числе и из-за того, что бруклинские преступники нередко орудовали в Нью-Йорке, а нью-йоркские – в Бруклине. Поэтому властями штата Нью-Йорк в 1857 году было принято решение объединить полицию обоих городов.)

На дело я подговорил своего кузена Энока и двоих его дружков – они, как оказалось, любили «работать» в Манхеттене и знали его как свои пять пальцев. Если бы это мне было известно заранее, то я не стал бы обращаться к этим проклятым ирландцам… А еще они знали, когда в город прибудет очередной корабль с новыми иммигрантами, и кто-то из их шайки постоянно дежурил у выхода из замка Клинтон, чтобы завербовать кого-нибудь из новоприбывших на тяжелую и низкооплачиваемую работу на заводах и в мастерских Бруклина. И сегодня с утра английский корабль под названием «Веселая вдова» пришел в Манхеттен. А мой кузен был лично знаком с частью его команды, и договорился о том, что на обратном их вояже – который, как правило, был практически пустым, потому что на нем возвращались те, кого в Америку не пустили – будем присутствовать я, мой кузен, и некий знакомый, которого поместят в корабельный карцер – был, оказывается, такой и на «Веселой вдовушке».

Ну вот, наконец-то я дождался… Лишь только баронет подошел к нише в стене, в которой я затаился поджидая его, я неожиданно набросился на него сзади и прижал к его носу и рту тряпку, смоченную какой-то гадостью из бутылки, выданной мне бароном. Эта дрянь называлась то ли «формохлор», то ли «хлороформ», мне ее название было ни к чему, лишь бы она подействовала так, как мне рассказал барон. Он не обманул – проклятый русский чуть потрепыхался и обмяк, словно он был тряпичной куклой. Я облил его дешевым виски, и мы с Эноком поволокли Фэллона к «Веселой вдове». Со стороны посмотреть – обычное дело – три подгулявших моряка возвращаются из кабака. Только один из них оказался слабаком, и не может даже переставлять ноги. Чтобы все выглядело натурально, мы облачились в матросскую форму, а на русского напялили матросский колпак. Если бы мы выходили с корабля, то у нас наверняка проверили бы документы, а так никому до нас не было дела.

Ну что ж, подумал я, дело сделано. Я спросил у знакомого Энока, когда корабль уходит в море – ранее нам было обещано, что это произойдет не позднее, чем через день. Но ответ меня сразил наповал – выход ожидался только через неделю, не меньше. Дескать, механик обнаружил в паровой машине какие-то неполадки, и корабль будет исправлять их в порту, где всегда есть возможность пригласить толкового механика и заказать нужные запчасти.

Так что пришлось нам теперь куковать на «Веселой вдове», жрать их отвратную даже по норвежским меркам английскую еду и пить дешевый джин и разбавленное водой пиво. Ну да ладно, зато дело сделано, и меня скоро ждет заслуженная награда. Даже если придется делить ее с Эноком…

Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Возраст: 60
Репутация: 9967 (+10279/−312)
Лояльность: 28771 (+29526/−755)
Сообщения: 4087
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 11 лет 6 месяцев
Имя: Макс
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Отправить личное сообщение

#78 Road Warrior » 11.05.2023, 18:58

25 апреля 1855 года. Плоешти, княжество Валахия.
Поручик Евгений Львович Коган, начальник артиллерии Первой самоходной батареи Корпуса морской пехоты Гвардейского Флотского экипажа.


Австрияки все рассчитали прекрасно. Они решили мягко выдавить нас из Дунайских княжеств, при этом втравив в обычный межнациональный конфликт. Тем более, что почва для такого конфликта была заранее подготовлена – только поднеси спичку, и полыхнет так, что мама не горюй.

В здешних краях издавна селились люди разных национальностей и конфессий. А «неправильный» сосед – это вполне законная добыча. Русские войска и русское начальство, которое не один год руководило Дунайскими княжествами, сумело найти зыбкий компромисс между соперничавшими группировками, и не давало скрытой вражде перерасти в кровавую резню. Австрийцы же, заполучив княжества, с ходу разрушили довольно хрупкий механизм балансирования на грани. И скрытые, загнанные в глубокое подполье взаимные обиды поперли наружу. Венские же провокаторы старательно подливали масло в огонь.

Словом, первыми через границу Трансильвании в Валахию полезли воинственные секеи. Эти потомки гуннов или авар (ученые до сих пор не могут сказать – кого именно) в свое время активно помогали венграм во время Венгерского восстания 1848-1849 годов, воюя на стороне мятежников Кошута. Естественно, большой любви они к русским не питали. А равно, как и к тем из обитателей Трансильвании и Валахии, кто не поддержал венгерских «самостийников».

Агентура австрийцев распространила слух среди секеев, что в княжестве Молдавия местные власти и русское воинское начальство притесняют чангошей – субэтническую группу, родственную секеям. Кстати, я к своему удивлению узнал, что Молдавией именуется одно из Дунайских княжеств, а то, что у нас было Молдавской ССР, здесь называется Бессарабией. Как бы то ни было, дальше раздался всем хорошо известный клич: «Наших бьют!», и из Трансильвании в Валахию почти месяц назад начали вторгаться вооруженные отряды потомков гуннов, которые грабили и жгли села тех, кто не принадлежал к их племени.

Секеи в империи Габсбургов были кем-то вроде сербских и хорватских пандуров или наших казаков. То есть воевать они умели, и оружием владели отменно. К тому же секеи во все времена были храбрыми воинами – достаточно сказать, что представителями этого воинственного племени был вождь восставших «куруцев» Дьёрдь Дожа, польский король Стефан Баторий и князь Трансильвании Ференц Ракоци. Так что с таким противником нашим гарнизонам, стоявшим в Валахии, приходилось воевать всерьез, без дураков.

Конечно, большая часть работы досталась казачкам, которые выслеживали летучие отряды секеев, нападали на них на марше и старались уничтожить раньше, чем воинственные потомки гуннов войдут вглубь Валахии. Но через пару недель после начала смуты мелкие отряды секеев стали объединяться в крупные, с которыми казакам было просто не справиться. К тому же среди иррегулярной конницы попадались и вполне регулярные отряды австрийских гусар со значками и всеми атрибутами воинских частей.

Через французское посольство – наше в Австрии больше не наличествовало – венцы были предупреждены о том, что подобная необъявленная война может легко превратиться в объявленную. И русские полки могут перейти границы Австрийской империи и совершить туристический вояж на берега Дуная с посещением Вены. Дипломаты школы Меттерниха всячески открещивались от участия имперских войск в нападении на подконтрольную России территорию и валили все на секеев, которые «суть дикари, и никакого понятия о дисциплине не имеют».

Обсудив сложившуюся обстановку, генерал Хрулев принял решение – перейти границы Трансильвании и существенно подсократить количество разбойников, которые буквально затерроризировали население приграничных сел Валахии. Что же касается меня, то было решено отправить в поход не целиком всю мою батарею, а лишь ее половину. Начальство посчитало, что для того, чтобы нагнать страха на секеев и венгерских гусар, вполне достаточно будет трех боевых машин. Главное, что появится возможность поддерживать связь на марше, и во время боя, в случае необходимости, рвануть вслед за шайкой разбойников – по нормальной дороге НОНА может разогнаться до 60 км/час – и с помощью коптера обнаружить и накрыть огнем группу противника.

Словом, наши машины станут своего рода мощным подвижным резервом мобильных отрядов казачков. А хитрозадым австрийцам резко поплохеет от того, что ими займется боевая техника из будущего. К тому же, вместе с нашим отрядом Гвардейского Флотского экипажа в рейд отправятся несколько особистов. Уж они-то постараются отловить среди обычных грабителей и насильников тех, кто может с чувством, с толком, с расстановкой рассказать о том, кто именно из военного руководства Австрии организовал набеги на территорию Дунайских княжеств, и не просматриваются ли тут уши Ротшильдов. Мне почему-то кажется, что без этой мерзопакостной семейки здесь не обошлось.

Итак, сегодня мы начали свой рейд. Перемахнув через границу (точнее, то, что должно было обозначить эту самую границу), мы запылили по дорогам Трансильвании. Когда-то в этих краях злодействовал некто Влад Цепеш, впоследствии более известный под прозвищем «Дракончик», что на валашском звучит как «Дракула». Должен, кстати, сказать, что в дегустации человеческой крови сей персонах ужастиков в действительности замечен не был, а то, что характер имел суровый и к излишнему гуманизму склонности не имел, так времена тогда были такие. Ну, надеюсь, что Ван-Хельсинга мне изображать не придется, как и отбиваться от полчищ разного рода кровососов. Не считая, конечно, комаров. Так что вперед, без страха и упрека!

Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Аватара
Road Warrior M
Автор темы, Новичок
Возраст: 60
Репутация: 9967 (+10279/−312)
Лояльность: 28771 (+29526/−755)
Сообщения: 4087
Зарегистрирован: 01.10.2012
С нами: 11 лет 6 месяцев
Имя: Макс
Откуда: то ли из штата NY, то ли из Германии...
Отправить личное сообщение

#79 Road Warrior » 12.05.2023, 18:34

3 мая 1855 года Санкт-Петербург. Зимний дворец.
Генерал-майор Гвардейского Флотского экипажа Березин Андрей Борисович, советник Министерства иностранных дел Российской империи.

Сегодняшний мой вызов в царский дворец был связан с возвращением из изрядно затянувшегося плаванья главы русского посольства в Японию адмирала Евфимия Васильевича Путятина. Надо сказать, что судьба изрядно помотала его по белу свету. Отправленный в Страну восходящего солнца из Кронштадта еще осенью 1852 года, он вернулся в столицу Российской империи лишь через два с лишним года.

Причем выходил он в свой вояж на воспетом писателем Гончаровым фрегате «Паллада», а вернулся в Авачинскую бухту на Камчатке на построенной в Японии шхуне «Хэда». А все из-за того, что в дела людские вмешались силы небесные, которые едва не угробили российское посольство. Я знал о подробностях этого вояжа по тетралогии нашего замечательного писателя Николая Задорнова (отца юмориста Михаила Задорнова) «Цунами», «Симода», «Хэда» и «Гонконг». Так что сегодня мне предстоит встреча с одним из главных героев этих книг адмиралом Путятиным.

Надо сказать, что адмирал Путятин возвращался домой не пустыми руками: он сумел-таки подписать с японцами Симодский трактат, который стал первым дипломатическим соглашением между Россией и Страной восходящего солнца. Путятин считал этот трактат успехом отечественной дипломатии. Только вот, мягко говоря, «послевкусие» сей бумаги отрыгивается нам даже в начале XXI века.* (* Именно Симодский трактат передал Японии Южные Курилы в обмен на довольно-таки расплывчатый торговый договор.) Но обо всем по порядку.

Евфимий Васильевич выглядел уставшим с дороги (что немудрено!), но старался держаться бодрячком. По возрасту он был еще не старым – ему было чуть больше «полтинника» – но в его волосах уже пробивалась седина. В своем адмиральском мундире с погонами генерал-адъютанта он выглядел весьма импозантно.

Император представил меня, и Путятин с любопытством посмотрел на одного из тех незнакомцев, появившихся недавно у трона, но уже успевших завоевать доверие царя.

– Андрей Борисович, – с улыбкой сказал царь, – вы, наверное, слышали о посольстве вице-адмирала Путятина. Ему пришлось, подобно легендарному Одиссею, испытать множество трудностей и невзгод, прежде чем вернуться на родину.

– Да, ваше величество, – ответил я. – Евфимий Васильевич с честью выполнил все, что вы поручили ему. Правда, первый договор, который подписала Япония, наглухо закупоренная от всего внешнего мира, все же оказался подписан не с Россией, а с Соединенными Североамериканскими штатами. Коммодор Мэттью Перри сумел-таки с помощью своей эскадры заставить сёгуна Токугава Иэёси отступиться от политики «сакоку»* (*политика самоизоляции Японии, которой Страна восходящего солнца придерживалась долгое время) и подписать Канагавское соглашение.

Император кивнул, а Путятин изумленно вытаращил на меня глаза.

– Простите, господин генерал, – наконец произнес он, – а вы, оказывается, неплохо знаете о том, что сейчас происходит в Японии. Я не все время служил во флоте, и какое-то время мне приходилось заниматься дипломатией. Но я не могу припомнить вашу фамилию в списке тех, кто имел отношение Министерства иностранных дел.

– Евфимий Васильевич, – царь улыбнулся и положил руку на плечо Путятину, – господин генерал совсем недавно стал моим советником по дипломатическим делам. Раньше он служил… гм… в несколько другом ведомстве.

Я не стал раскрывать все карты перед Путятиным, не получив на то отмашки царя. Наступит время, и мы с ним, возможно, будем более откровенными. Кроме всего прочего, меня останавливало еще и то, что супругой адмирала была англичанка Мари Ноульс. Правда, она со временем обрусела, и в 1873 году перешла в православие, став Марией Васильевной. Случилось это в Штутгарте, причем ее крестной матерью стала Века Константиновна – дочь великого князя Константина Николаевича и воспитанница королевы Вюртемберга Ольги Николаевны.* (* Король Карл, муж королевы Ольги, исповедовал «европейские ценности» и предпочитал супруге «фаворитов». Так что детей у королевской четы не было, но Карл согласился удочерить племянницу королевы Веру Константиновну.)

– Евфимий Васильевич, – я внимательно посмотрел на адмирала, – да, мне кое-что известно о делах восточных. Откуда и при каких обстоятельствах я с ними познакомился – разговор особый. Могу только сказать, а государь это подтвердит, что мне и моим товарищам удалось в свое время немного изменить ход европейской политики. Россию сумела справиться с нашествием европейцев на ее рубежи и дать им достойный отбор.

– Скажите, уважаемый Андрей Борисович, – осторожно спросил Путятин, – а не имеете ли вы отношение к таинственной эскадре адмирала Кольцова, которая разгромила английский и французский флот у Бомарзунда и под Севастополем?

– Имею, – кивнул я, и вопросительно посмотрел на императора. Тот лишь едва заметно пожал плечами, дескать, вы уж сами решайте, как вам поступить в данном случае.

Я все же решил не рисковать, и постарался перевести разговор на более доступные темы. В частности, меня интересовало положение дел на Дальнем Востоке, и возможность повторного нападения, только на этот раз без содействия французов, английского флота на Петропавловск.

Адмирал сказал, что без союзников британцы вряд ли решаться снова атаковать Камчатку, тем более, что у них из-за действия наших крейсеров в Атлантике и без того хлопот полон рот. К тому же еще не закончена война с тайпинами, которая требует у правительства королевы Виктории немало сил и средств.

Император заметил, что вопросы российской политики на Тихом океане желательно было обсудить в присутствии дипломатов. Заодно при этом могла бы быть проведена, как выразился царь: «работа над ошибками». При этом он выразительно посмотрел на Путятина, из чего я сделал вывод, что и император не совсем доволен заключенным адмиралом договором в Симодо. Впрочем, в дипломатии случается всякое. Я знал, что достаточно будет показать один иероглиф в этом договоре, который относился к России, и подписанная с таким трудом адмиралом Путятиным бумага может быть смело отправлена в мусорную квартиру. А дело заключалось в том, что первый иероглиф в названии Россия имел значение «глупый». То есть, в дипломатическом документе нашу страну прямо назвали дурой. Ошибка (?) была исправлена лишь через двадцать с лишним лет после подписания это злосчастного трактата…

Uksus M
Администратор
Uksus M
Администратор
Возраст: 60
Репутация: 21466 (+21538/−72)
Лояльность: 1527 (+1527/−0)
Сообщения: 11704
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 13 лет 4 месяца
Имя: Сергей
Откуда: СПб
Отправить личное сообщение Сайт

#80 Uksus » 12.05.2023, 19:57

Road Warrior писал(а):причем ее крестной матерью стала Века Константиновна

Хм?
Да, я зануда, я знаю...


Вернуться в «"Песочница"»

Кто сейчас на форуме (по активности за 5 минут)

Сейчас этот раздел просматривают: 6 гостей