Дела Восточные или Восток - дело тонкое.

Описание: О событиях в стране и мире. Допустима лёгкая ругань, но выход за рамки разумного будет караться с удвоенной жестокостью.

Ольгерт Иванов
Новичок
Аватара
Ольгерт Иванов
Новичок
Возраст: 60
Репутация: 24717 (+24817/−100)
Лояльность: 2005 (+2209/−204)
Сообщения: 5327
Зарегистрирован: 13.12.2010
С нами: 13 лет 4 месяца
Имя: Ольгерт Иванов
Откуда: Украина Чернигов
Отправить личное сообщение

#341 Ольгерт Иванов » 28.11.2022, 20:29

Сообщается, что турецкая армия практически закончила подготовку к наземной операции в Сирии. Подчеркну — это не привычные уже авиаудары, а именно наземная операция. Дело попахивает «окончательным решением курдского вопроса»
Корни тянутся ещё в османскую эпоху, когда все, кто мог, восставали против Османской империи и в итоге получали свои государства. Арабы, греки, армяне, сербы, другие народы — все боролись за свою независимость и бунтовали против турок. Курды же туркам помогали — например, участвовали в геноциде армян и потом заселили историческую Западную Армению (Восточную Анатолию). (Позже они, конечно, иногда поднимали мятежи — будучи в составе современной Турции.).
Затем — уже в первой половине XX в. — аналогичная история была в Королевстве Ирак. Курды резали ассирийцев под руководством своего соплеменника Бакра Сидки, приближённого к правящей династии Хашимитов.
Теперь курдов поддерживают США — но Вашингтон лишь выражает озабоченность, когда турки бьют по их протеже, причём на территориях других государств — Ирака и Сирии. Аналогичную реакцию у американцев вызывают и удары по курдам со стороны Ирана.
Курды, безусловно, сыграли немаловажную роль в Сирийской гражданской войне — например, сражались против игиловцев. Однако в настоящее время они не хотят договариваться с теми немногочисленными игроками, которые вообще предлагают им договориться, — с Башаром Асадом и, соответственно, с Россией. При этом курды прекрасно знают, что турки с ними церемониться не будут. Но и с семьёй Асадов у них связаны, мягко говоря, не лучшие воспоминания, — да и вступили курдские силы в сирийскую «гражданку» изначально на стороне оппозиции.
Параллельно иракским курдам прилетает со стороны Ирана. Иранский Курдистан, граничащий с Иракским, — один из эпицентров нынешних протестов (собственно, оттуда они и начались, Махса Амини была курдянкой), и Тегеран утверждает, что иранские курды получают помощь из Ирака. Иран тоже заявил о готовности своих вооружённых сил к наземной операции.
Так курды оказались под перекрёстным огнём. Поэтому не исключено, что скоро их просто вырежут.
Всё это — наглядная иллюстрация того, что на Ближнем Востоке нет вообще никого белого и пушистого.
Альтернативка - книга о том, что могло бы быть.
Прежде, чем писать альтернативку - вспомни, чьи танки стояли в Берлине?
Я-شوروی — šûravî-Шурави
生が終わって死が始まるのではない。生が終われば死もまた終わってしまうのだ。
«Когда кончается жизнь, смерть не начинается, смерть кончается вместе с ней»
寺山修司 Тэраяма Сюудзи
Лучшая месть - забвение, оно похоронит врага в прахе его ничтожества. (с) Бальтасар Грасиан-и-Моралес

Ольгерт Иванов
Новичок
Аватара
Ольгерт Иванов
Новичок
Возраст: 60
Репутация: 24717 (+24817/−100)
Лояльность: 2005 (+2209/−204)
Сообщения: 5327
Зарегистрирован: 13.12.2010
С нами: 13 лет 4 месяца
Имя: Ольгерт Иванов
Откуда: Украина Чернигов
Отправить личное сообщение

#342 Ольгерт Иванов » 24.03.2023, 18:54

А сейчас я расскажу вам совершенно чудовищную историю
Всё началось в июле 2015 г. на Западном берегу реки Иордан. Летней ночью 21-летний еврейский поселенец Амирам Бен-Улиэль (сын раввина, религиозный сионист) и его несовершеннолетний пособник (тоже израильтянин) сожгли дом арабской семьи Давабше в палестинской деревне Дума. Погибли три человека. Взрослые — Саад Мухаммед Хасан Давабше и его жена Рихам — скончались в больнице. Их сын, 18-месячный Али, то ли задохнулся от дыма, то ли сгорел заживо. Спасся только старший ребёнок, Ахмед, которому тогда было 4 года; по рассказам свидетелей, объятый пламенем отец успел вынести его на улицу. Мальчик получил серьёзные ожоги более 60% тела, но выжил — единственный из всей семьи.
Израильская полиция сразу же запретила СМИ писать об этом преступлении и начала расследование. Наконец, подозреваемые были выявлены и задержаны. В Израиле и американской еврейской диаспоре (откуда происходил поджигатель Амирам Бен-Улиэль) шли жаркие споры о том, что молодых евреев якобы оклеветали — и что на самом деле поджог дома был результатом вражды арабских кланов на Западном берегу. Раввины утверждали, что «путь террора — это не наш [еврейский] путь», а тому, кто так поступил, явно не хватает познаний в религии (подобная риторика вам ничего не напоминает?). Параллельно назревал конфликт между израильскими евреями и еврейскими репатриантами / поселенцами из США — первые упрекали вторых в том, что они «понаехавшие» американцы. К тому же, по словам тогдашнего министра обороны Израиля, Моше Яалона, для задержания и судебного преследования подозреваемых было «недостаточно доказательств» — хотя израильские силовики изначально характеризовали случившееся как «акт еврейского террора». Реувин Ривлин, занимавший пост президента Израиля, публично осудил еврейский террор, чем резко выделился на фоне прочих израильских политиков, — и многие соотечественники стали угрожать ему убийством, а также называли президента «предателем» и «арабским террористом». Палестинцы отреагировали на происходящее протестами и серией терактов. Также палестинская сторона обратила внимание на то, что с арабами израильтяне расправляются быстро, а вот расследование преступления еврейских поселенцев затягивается. Кроме того, несовершеннолетнего подозреваемого отпустили под домашний арест. В общем, шума было много, дело даже попало в поле зрения ООН.
Но, как вы понимаете, это ещё не всё…
В соцсетях появились видео со свадеб, где гости протыкают ножами фотографию маленького Али (младшего члена семьи Давабше, погибшего при пожаре), выкрикивают проклятия в адрес палестинцев, а потом сжигают снимок. Первый подобный ролик, естественно, оказался самым скандальным — и адвокат Итамар Бен-Гвир (сейчас он известный израильский политик), защищая своих сородичей, заявил: «Никто не понял, что это были фотографии члена семьи Давабше».
Параллельно еврейские поселенцы, поддерживавшие подсудимого Амирама Бен-Улиэля, прямо во дворе суда издевались над Хусейном Давабше — стариком, который потерял сына, невестку и младшего внука, а старший обгорел. Поселенцы кричали Хусейну Давабши на арабском: «Где Али? Али нет. Али сожжён. В огне. Али на гриле» и «Где Али? Где Рихам? Где Саад? Жаль, что Ахмед тоже не сгорел!» Присутствовавшие сотрудники полиции и суда не вмешивались.
Эти видеоролики, кстати, активно публиковали в своих соцсетях Ахмед Тиби и прочие арабские депутаты Кнессета — те самые, что призывают уничтожить Израиль. Существование их арабской партии РААМ обычно изображается как подтверждение израильской демократии.
Но и это ещё не всё.
Сейчас пристегнитесь, сядьте, а лучше — лягте.
Еврейского поселенца Амирама Бен-Улиэля судили за поджог, покушение на убийство и сговор с целью совершения преступления на расовой почве. Также ему инкриминировали членство в террористической организации, но данный состав доказать не удалось. Суд в Лоде вынес приговор — пожизненное заключение (точнее, три пожизненных срока). Но адвокаты Бен-Улиэля подали апелляцию в БАГАЦ (Верховный Суд Израиля, который часто называют «судом справедливости»). По утверждениям адвокатов, юноша оговорил себя под пытками — и пытали его сотрудники ШАБАК (Общей службы безопасности Израиля). Генеральный прокурор и даже премьер-министр Биньямин Нетаньяху якобы были в курсе и одобрили действия ШАБАК.
А теперь самое интересное.
Израиль — единственное государство в мире, где пытки легализованы. Не в том смысле, что пытают только в Израиле (конечно, нет). А в том, что только израильское законодательство закрепляет законное использование так называемых «специальных средств» при проведении допросов — при этом полностью снимая какую-либо ответственность с правоохранителей.
Официально всё упирается в решение БАГАЦ (Верховного Суда) от 1999 г., которое санкционирует применение пыток по отношению к лицам, подозреваемым в терроризме, — например, в «случае часовой бомбы» (если дело касается заложенной бомбы с часовым механизмом, которая может взорваться через несколько дней).
Тут логика, казалось бы, жестока, но понятна — к чёрту гуманность, мучаем террориста, чтобы он рассказал, где спрятана бомба, — и спасаем кучу невинных людей. Но я напоминаю, что пытают на допросах лиц, подозреваемых в терроризме, чья вина не доказана, — и что при отсутствии ответственности израильские силовики могут придумывать и творить что угодно, всё равно им за это ничего не будет. За всю историю существования Израиля не было ни одного судебного процесса над силовиком, который превысил свои полномочия или мучил невиновного. Это отдельная тема, она активно обсуждается и за пределами Израиля (в частности, на уровне ООН), и я напишу о ней подробнее как-нибудь позже, но в общих чертах — вот. В принципе, именно об этом говорят палестинцы, когда жалуются на истязания в израильских тюрьмах. Но случай с Амирамом Бен-Улиэлем примечателен тем, что «под ударом» оказался не араб, а еврей.
ШАБАК, к слову, известен своим жестоким обращением с людьми. Дело Бен-Улиэля прекрасно показывает, как вообще действует правоохранительная система Израиля и…
И как вы уже догадались, это ещё не всё.
Итак, адвокаты Бен-Улиэля подали аппеляцию, заявив, что их подзащитного пытали часами — и именно под пытками он признался в поджоге дома. Однако мы помним, что «специальные средства» при проведении допроса, согласно закону, могут использоваться в отношении того, кто подозревается в терроризме. Но Бен-Улиэля оправдали, не сумев доказать его причастность к террористической организации.
Тем не менее, в сентябре 2022 г. БАГАЦ отклонил апелляцию, оставив приговор о пожизненном заключении Бен-Улиэля без изменений. «Суд справедливости» даже не усомнился в правдивости признания, полученного под пытками (а факта их применения, собственно, никто и не скрывал, это же легальная практика, не подразумевающая никакой ответственности). И израильское общество внезапно осознало, что Бен-Улиэля пытали… просто потому что пытали. И терроризм тут оказался ни при чём.
Более того — прецедент, созданный БАГАЦ, фактически означает, что теперь можно «выбивать» любые признания по любым преступлениям, не связанным с терроризмом.
Это открытие шокировало всех, даже вечных соперников — израильских левых и правых.
Левая НПО «Общественный комитет против пыток в Израиле» (PCATI) назвала решение БАГАЦ «монументальной ошибкой» и отметила, что, несмотря на тяжесть преступления, суд должен был отклонить такое признание.
Правая организация юридической помощи Honenu заявила: «Каждый, кто читает постановление, заметит, что оно изобилует повесткой дня и ненавистью. Судьи Верховного Суда забыли, что такое закон и доказательства».
Что мы имеем в сухом остатке:
три палестинца, включая полуторагодовалого младенца, погибли ужасной мучительной смертью;
родственники погибших не имеют права на компенсацию за теракт (это было подчёркнуто ещё в 2015 г.) — поскольку финансовые средства зарезервированы исключительно для израильских жертв палестинского терроризма. В апреле 2017 г. Авигдор Либерман (тогда министр обороны Израиля) подтвердил это, ответив на запрос Юсефа Джабарина (арабского депутата Кнессета). То есть несовершеннолетний Ахмед Давабше — единственный выживший в результате пожара, получивший серьёзные ожоги, потерявший отца, мать, младшего брата и, наконец, дом, — может даже не надеяться хоть на какую-либо денежную компенсацию;
Амирама Бен-Улиэля пытали согласно израильскому законодательству, заставили признаться в поджоге, частично оправдали, но в итоге всё равно приговорили к пожизненному заключению — а потом Верховный Суд, зная о легализованной практике пыток, отклонил апелляцию, оставив приговор без изменения;
Израиль — демократическое правовое государство.
Альтернативка - книга о том, что могло бы быть.
Прежде, чем писать альтернативку - вспомни, чьи танки стояли в Берлине?
Я-شوروی — šûravî-Шурави
生が終わって死が始まるのではない。生が終われば死もまた終わってしまうのだ。
«Когда кончается жизнь, смерть не начинается, смерть кончается вместе с ней»
寺山修司 Тэраяма Сюудзи
Лучшая месть - забвение, оно похоронит врага в прахе его ничтожества. (с) Бальтасар Грасиан-и-Моралес

Ольгерт Иванов
Новичок
Аватара
Ольгерт Иванов
Новичок
Возраст: 60
Репутация: 24717 (+24817/−100)
Лояльность: 2005 (+2209/−204)
Сообщения: 5327
Зарегистрирован: 13.12.2010
С нами: 13 лет 4 месяца
Имя: Ольгерт Иванов
Откуда: Украина Чернигов
Отправить личное сообщение

#343 Ольгерт Иванов » 03.10.2023, 18:33

Чёрный Сентябрь 1970-го и последовавшая за ним почти полуторогодовая Гражданская Война в Иордании между режимом Короля Хуссейна и палестинцами (которые тогда составляли примерно 2/3 населения королевства) отличалась выдающимися по всем меркам даже для Ближнего Востока выходками политиканов.
Приведу только несколько наиболее вопиющих примеров того, что "ворон ворону глаз не выклюет", и "для кого - война, а для кого - мать родна":
Так, когда палестинцы слишком сильно прижали короля Хуссейна, он на полном серьёзе обратился за помощью к Израилю, с которым его страна всё ещё находилась в состоянии войны, и Израиль с готовность согласился и развернул войска у границы.
В начале войны сирийцы решили послать на помощь палестинцам целую танковую дивизию "ихтамнетов", для близира разбавленную палестинцами, но после первоначального успеха сирийцев иорданцы бросили против них всю свою авиацию, которая как глиняных уток в тире расстреляла 120 сирийских танков и бронемашин. Однако, Хафес Асад (папа), который тогда был министром обороны и командующим ВВС, запретил использовать сирийские самолёты, преспокойно наблюдая, как иорданцы мочат его сослуживцев - с целью подставить своего политического конкурента Салаха Джадида, возглавившего вторжение. Что весьма помогло Хафезу Асаду вскоре встать во главе Сирии.
Реальным же апофигеем, очень символично увенчавшим кровавую бойню, унёсшую жизни десятков тысяч человек, стал произошедший в конце 1971 г переход 72 палестинских бойцов, бежавших от иорданских войск, на Израильскую территорию, где они предпочли сдаться и спастись от "братушек" под защитой Армии Обороны Израиля...
Альтернативка - книга о том, что могло бы быть.
Прежде, чем писать альтернативку - вспомни, чьи танки стояли в Берлине?
Я-شوروی — šûravî-Шурави
生が終わって死が始まるのではない。生が終われば死もまた終わってしまうのだ。
«Когда кончается жизнь, смерть не начинается, смерть кончается вместе с ней»
寺山修司 Тэраяма Сюудзи
Лучшая месть - забвение, оно похоронит врага в прахе его ничтожества. (с) Бальтасар Грасиан-и-Моралес

Ольгерт Иванов
Новичок
Аватара
Ольгерт Иванов
Новичок
Возраст: 60
Репутация: 24717 (+24817/−100)
Лояльность: 2005 (+2209/−204)
Сообщения: 5327
Зарегистрирован: 13.12.2010
С нами: 13 лет 4 месяца
Имя: Ольгерт Иванов
Откуда: Украина Чернигов
Отправить личное сообщение

#344 Ольгерт Иванов » 04.12.2023, 12:21

При обсуждении арабо-израильского конфликта часто забывают про весьма примечательное эссе одного интересного человека .
✡ Этот человек был знаменитым сионистским деятелем, создателем нескольких еврейских организаций (в том числе, «Иргун» и «Бейтар»). Он стал основателем и идеологом движения сионистов-ревизионистов, которые декларировали следующие цели:
установление еврейского большинства в Палестине;
восстановление распущенных после Первой мировой войны еврейских вооружённых формирований;
создание еврейского государства на обоих берегах реки Иордан.
Отец Биньямина Нетаньяху, Бенцион Милейковский, работал у этого человека секретарём.
В приведённом ниже эссе этот человек описал принципы, на основе которых надо строить еврейское государство в Палестине; принципы, которые реализуются десятилетиями.
Итак, Владимир (Зеэв) Жаботинский — «О железной стене» (1924).
Спойлер
«Вопреки доброму правилу — начинать статью с существа — приходится начать эту с предисловия, притом ещё личного. Автора этих строк считают недругом арабов, сторонником вытеснения и т.д. Это неправда. Эмоциональное моё отношение к арабам — то же, что и ко всем другим народам: учтивое равнодушие. Политическое отношение — определяет двумя принципами. Во-первых, вытеснение арабов Палестины, в какой бы то ни было форме, считаю, абсолютно невозможным; в Палестине всегда будет два народа. Во-вторых, горжусь принадлежностью к той группе, которая формулировала Гельсингфорскую программу. Мы её формулировали не для евреев только, а для всех народов; и основа её — равноправие наций. Как и все, я готов присягнуть за нас и потомков наших, что мы никогда этого равноправия не нарушим и на вытеснение или притеснение не покусимся. Credo, как видит читатель, вполне мирное. Но совершенно в другой плоскости лежит вопрос о том, можно ли добиться осуществления мирных замыслов мирными путями. Ибо это зависит не от нашего отношения к арабам, а исключительно от отношения арабов к сионизму.
После этого предисловия перейдём к существу.
О добровольном примирении между палестинскими арабами и нами не может быть никакой речи ни теперь, ни в пределах обозримого будущего. Высказываю это убеждение в такой резкой форме не потому, что мне нравится огорчать добрых людей, а просто потому, что они не огорчатся: все эти добрые люди, за исключением слепорожденных, уже давно сами поняли полную невозможность получить добровольное согласие арабов Палестины на превращение этой самой Палестины из арабской страны в страну с еврейским большинством.
Каждый читатель имеет некоторое общее понятие об истории колонизации других стран. Предлагаю ему вспомнить все известные примеры; и пусть, перебрав весь список, он попытается найти хотя бы один случай, когда колонизация происходила с согласия туземцев. Такого случая не было. Туземцы — всё равно, культурные или некультурные, — всегда упрямо боролись против колонизаторов — всё равно, культурных или некультурных. При этом образ действий колонизатора нисколько не влиял на отношение к нему туземца. Сподвижники Кортеса и Писарро или, допустим, наши предки во дни Иисуса Навина вели себя, как разбойники; но английские и шотландские “отцы-странники”, первые настоящие пионеры Северной Америки, были на подбор люди высокого нравственного пафоса, которые не то что краснокожего, но и мухи не хотели обидеть и искренне верили, что в прерии достаточно места и для белых, и для красных. Но туземец с одинаковой свирепостью воевал и против злых, и против добрых колонизаторов. Никакой роли при этом не играл и вопрос о том, много ли в той стране свободной земли. На территории Соединённых Штатов в 1921 году считалось 340 тысяч краснокожих; но и в лучшие времена их было не больше 3/4 миллиона на всём колоссальном пространстве от Лабрадора до Рио Гранде. Не было тогда на свете человека с такой сильной фантазией, чтобы всерьёз предвидеть опасность настоящего “вытеснения” туземцев пришельцами. Туземцы боролись не потому, что сознательно и определённо боялись вытеснения, а просто потому, что никакая колонизация нигде никогда и ни для какого туземца не может быть приемлема.
Каждый туземный народ, всё равно, цивилизованный или дикий, смотрит на свою страну как на свой национальный дом, где он хочет быть и навсегда остаться полным хозяином; не только новых хозяев, но и новых соучастников или партнеров по хозяйству он добровольно не допустит.
Это относится и к арабам. Примирители в нашей среде пытаются уговорить нас, будто арабы — или глупцы, которых можно обмануть “смягчённой” формулировкой наших истинных целей, или продажное племя, которое уступит нам своё первенство в Палестине за культурные и экономические выгоды. Отказываюсь наотрез принять этот взгляд на палестинских арабов. Культурно они отстали от нас на 500 лет, в духовном отношении они не обладают ни нашей выносливостью, ни нашей силой воли; но этим вся внутренняя разница и исчерпывается. Они такие же тонкие психологи, как и мы, и так же точно, как и мы, воспитаны на столетиях хитроумного пилпула: что бы мы им ни рассказывали, они так же хорошо понимают глубину нашей души, как мы понимаем глубину их души. И к Палестине они относятся по крайней мере с той же инстинктивной любовью и органической ревностью, с какой ацтеки относились к своей Мексике или сиуксы к своей прерии. Фантазия о том, что они добровольно согласятся на осуществление сионизма в обмен за культурные или материальные удобства, которые принесет им еврейский колонизатор, — эта детская фантазия вытекает у наших “арабофилов” из какого-то предвзятого презрения к арабскому народу, из какого-то огульного представления об этой расе как о сброде подкупном, готовом уступить свою родину за хорошую сеть железных дорог. Такое представление ни на чём не основано. Говорят, что отдельные арабы часто подкупны, но отсюда не следует, что палестинское арабство в целом способно продать свой ревнивый патриотизм, которого даже папуасы не продали. Каждый народ борется против колонизаторов, пока есть хоть искра надежды избавиться от колонизационной опасности. Так поступают и так будут поступать и палестинские арабы, пока есть хоть искра надежды.
Многие у нас всё ещё наивно думают, будто произошло какое-то недоразумение, арабы нас не поняли, и только потому они против нас; а вот если бы им можно было растолковать про то, какие у нас скромные намерения, то они протянули бы нам руку. Это ошибка, уже неоднократно доказанная. Напомню один случай из множества. Года три тому назад г-н Соколов, будучи в Палестине, произнёс там большую речь об этом самом недоразумении. Он ясно доказал, что жестоко арабы ошибаются, если думают, будто мы хотим отнять у них их собственность, или выселить их, или угнетать их; мы даже не хотим еврейского правительства, мы хотим только правительства, представляющего Лигу Наций. На эту речь арабская газета “Кармель” ответила тогда передовицей, смысл которой передаю на память, но точно. Сионисты напрасно волнуются: никакого недоразумения нет. Г-н Соколов говорит правду, но арабы её и без него прекрасно понимают. Конечно, сионисты теперь не мечтают ни о выселении арабов, ни об угнетении арабов, ни об еврейском правительстве; конечно, они в данный момент хотят только одного — чтобы арабы им не мешали иммигрировать. Сионисты уверяют, что они будут иммигрировать лишь в таких количествах, какие допускаются экономической ёмкостью Палестины. Но арабы и в этом никогда не сомневались: ведь это трюизм, иначе и немыслимо иммигрировать. Арабский редактор готов даже охотно допустить, что потенциальная ёмкость Палестины очень велика, т.е. что в стране можно поселить сколько угодно евреев, не вытеснив ни одного араба. “Только этого” сионисты и хотят — и именно этого арабы не хотят. Потому что тогда евреи станут большинством, и тогда само собой получится еврейское правительство, и тогда судьба арабского меньшинства будет зависеть от доброй воли евреев; а что меньшинством быть неудобно, про то сами евреи очень красноречиво рассказывают. Поэтому никакого недоразумения нет. Евреи хотят максимального развития иммиграции, а арабы именно еврейской иммиграции не хотят.
Это рассуждение арабского редактора так просто и ясно, что его следовало бы заучить наизусть и положить в основу всех наших дальнейших размышлений по арабскому вопросу. Дело вовсе не в том, какие слова — герцлевские или сэмюэлевские — будем мы говорить в объяснение наших колонизаторских усилий. Колонизация сама в себе несёт свое объяснение, единственное, неотъемлемое и понятное каждому здоровому еврею и каждому здоровому арабу. Колонизация может иметь только одну цель; для палестинских арабов эта цель неприемлема; все это в природе вещей, и изменить эту природу нельзя.
Многим кажется очень заманчивым следующий план: получить согласие на сионизм не от палестинских арабов, раз это невозможно, но от остального арабского мира, включая Сирию, Месопотамию, Геджас [Хиджаз] и чуть ли не Египет. Если бы это и было мыслимо, то и это не изменило бы основного положения: в самой Палестине настроение арабов по отношению к нам осталось бы то же самое. Объединение Италии было в своё время куплено той ценой, что, между прочим, Тренто и Триест остались под австрийской властью; но итальянские жители Тренто и Триеста не только не примирились с этим, а, напротив, с утроенной энергией продолжали бороться против Австрии. Если бы даже можно было (в чем сомневаюсь) уговорить арабов Багдада и Мекки, будто для них Палестина только маленькая, несущественная окраина, то и тогда для палестинских арабов Палестина осталась бы не окраиной, а их единственной родиной, центром и опорой их собственного национального существования. Поэтому и тогда колонизацию пришлось бы вести против согласия палестинских арабов, т.е. в тех же условиях, что и теперь.
Но и соглашение с непалестинскими арабами есть тоже фантазия неосуществимая. Для того, чтобы арабские националисты Багдада, Мекки, Дамаска согласились уплатить нам такую серьёзную цену, какой был бы для них отказ от сохранения арабского характера Палестины, т.е. страны, которая лежит в самом центре “федерации” и режет её пополам, — мы должны предложить им чрезвычайно крупный эквивалент. Ясно, что есть только две мыслимые формы такого эквивалента: или деньги, или политическая помощь, или то и другое вместе. Но мы не можем им предложить ни того, ни другого. Что касается до денег, то смешно даже думать о том, будто мы сможем финансировать Месопотамию или Геджас [Хиджаз], когда у нас и на Палестину не хватает. Для ребёнка ясно, что эти страны, с их дешёвым трудом, найдут капиталы просто на рынке, найдут гораздо легче, чем мы их найдем для Палестины. Всякие разговоры на эту тему о материальной поддержке суть или ребяческий самообман, или недобросовестное легкомыслие. И уже совсем недобросовестно с нашей стороны было бы всерьёз говорить о политической поддержке арабского национализма. Арабский национализм стремится к тому же, к чему стремился, скажем, итальянский до 1870 года: к объединению и государственной независимости. В переводе на простой язык это означает изгнание Англии из Месопотамии и Египта, изгнание Франции из Сирии, а потом, быть может, также из Туниса, Алжира и Марокко. С нашей стороны хотя бы отдаленно помогать этому было бы и самоубийством, и предательством. Мы опираемся на английский мандат; под декларацией Бальфура в Сан-Ремо подписалась Франция. Мы не можем участвовать в политической интриге, цель которой отогнать Англию от Суэцкого канала и Персидского залива, а Францию совершенно уничтожить как колониальную державу. Такую двойную игру не только нельзя играть: о ней даже и думать не полагается. Нас раздавят — и с заслуженным позором — прежде чем мы успеем шевельнуться в этом направлении.
Вывод: ни палестинским, ни остальным арабам мы никакой компенсации за Палестину предложить не можем. Поэтому добровольное соглашение немыслимо. Поэтому люди, которые считают такое соглашение за conditio sine qua non сионизма, могут уже теперь сказать non и отказаться от сионизма. Наша колонизация или должна прекратиться, или должна продолжаться наперекор воле туземного населения. А поэтому она может продолжаться и развиваться только под защитой силы, не зависящей от местного населения — железной стены, которую местное население не в силах прошибить.
В этом и заключается вся наша арабская политика: не только “должна заключаться”, но и на самом деле заключается, сколько бы мы ни лицемерили. Для чего декларация Бальфура? Для чего мандат? Смысл их для нас в том, что внешняя сила приняла на себя обязательство создать в стране такие условия управы и охраны, при которых местное население, сколько бы оно того ни желало, было бы лишено возможности мешать нашей колонизации административно или физически.
И мы все, все без исключения, каждый день понукаем эту внешнюю силу, чтобы она эту свою роль исполняла твёрдо и без поблажек. В этом отношении между нашими “милитаристами” и нашими “вегетарианцами” никакой существенной разницы нет. Одни предпочитают стену из еврейских штыков, другие из ирландских; третьи, сторонники соглашения с Багдадом, готовы удовлетвориться багдадскими штыками (вкус странный и рискованный); но все мы хлопочем денно и нощно о железной стене. Но при этом мы же сами зачем-то портим своё дело декларацией о соглашении, внушая мандатной державе, будто дело не в железной стене, а в ещё новых и новых разговорах. Эта декларация губит наше дело; поэтому дискредитировать её, показать и её фантастичность, и её неискренность — это есть не только удовольствие, но и долг.
Вопрос не исчерпан, я ещё вернусь к некоторым его сторонам в следующей статье. Но считаю нужным здесь же вкратце сделать еще два замечания.
Во-первых: на избитый упрёк, будто вышеизложенная точка зрения неэтична, отвечаю: неправда. Одно из двух: или сионизм морален, или он не морален. Этот вопрос мы должны были сами для себя решить раньше, чем взяли первый шекель, и решили положительно. А если сионизм морален, т.е. справедлив, то справедливость должна быть проведена в жизнь, независимо от чьего бы то ни было согласия или несогласия. И если А, В или С хотят силой помешать осуществлению справедливости, ибо находят ее для себя невыгодной, то нужно им в этом помешать, опять-таки силой. Это этика; никакой другой этики нет.
Во-вторых, всё это не значит, что с палестинскими арабами немыслимо никакое соглашение. Невозможно только соглашение добровольное. Покуда есть у арабов хоть искра надежды избавиться от нас, они этой надежды не продадут ни за какие сладкие слова и ни за какие питательные бутерброды, именно потому, что они не сброд, а народ, хотя бы и отсталый, но живой. Живой народ идёт на уступки в таких огромных, фатальных вопросах только тогда, когда никакой надежды не осталось, когда в железной стене не видно больше ни одной лазейки. Только тогда крайние группы, лозунг которых “ни за что”, теряют своё обаяние, и влияние переходит к группам умеренным. Только тогда придут эти умеренные к нам с предложением взаимных уступок; только тогда станут они с нами честно торговаться по практическим вопросам, как гарантия против вытеснения, или равноправие, или национальная самобытность; и верю, и надеюсь, что тогда мы сумеем дать им такие гарантии, которые их успокоят, и оба народа смогут жить бок о бок мирно и прилично. Но единственный путь к такому соглашению есть железная стена, т.е. укрепление в Палестине власти, недоступной никаким арабским влияниям, т.е. именно то, против чего арабы борются. Иными словами, для нас единственный путь к соглашению в будущем есть абсолютный отказ от всяких попыток к соглашению в настоящем».
Альтернативка - книга о том, что могло бы быть.
Прежде, чем писать альтернативку - вспомни, чьи танки стояли в Берлине?
Я-شوروی — šûravî-Шурави
生が終わって死が始まるのではない。生が終われば死もまた終わってしまうのだ。
«Когда кончается жизнь, смерть не начинается, смерть кончается вместе с ней»
寺山修司 Тэраяма Сюудзи
Лучшая месть - забвение, оно похоронит врага в прахе его ничтожества. (с) Бальтасар Грасиан-и-Моралес

Ольгерт Иванов
Новичок
Аватара
Ольгерт Иванов
Новичок
Возраст: 60
Репутация: 24717 (+24817/−100)
Лояльность: 2005 (+2209/−204)
Сообщения: 5327
Зарегистрирован: 13.12.2010
С нами: 13 лет 4 месяца
Имя: Ольгерт Иванов
Откуда: Украина Чернигов
Отправить личное сообщение

#345 Ольгерт Иванов » 13.03.2024, 18:00

Бойцы ХАМАС сожгли из старого советского РПГ-7 хвалёную израильскую боевую машину нового поколения, которая управляется с помощью искусственного интеллекта.
Carmel UGCV сделана на базе американского бронетранспортёра M113, оборудована лидарами и камерами. С помощью них машина выстраивает маршруты, выбирает цели для бортового оружия и в автономном режиме решает, по кому открыть огонь. Внутри умной железяки могут находиться два солдата — в основном их задача заключается в том, чтобы следить за работой искусственного интеллекта. Если система засбоит — управление берут на себя. :-):
На днях такая Carmel UGCV попала в засаду в Хан-Юнисе при прочёсывании территории Газы. Бойцы палестинской исламистской организации выстрелили по нему из 63-летнего советского ручного противотанкового гранатомёта. ::yaz-yk: ::yaz-yk: ::yaz-yk:
Изображение
Альтернативка - книга о том, что могло бы быть.
Прежде, чем писать альтернативку - вспомни, чьи танки стояли в Берлине?
Я-شوروی — šûravî-Шурави
生が終わって死が始まるのではない。生が終われば死もまた終わってしまうのだ。
«Когда кончается жизнь, смерть не начинается, смерть кончается вместе с ней»
寺山修司 Тэраяма Сюудзи
Лучшая месть - забвение, оно похоронит врага в прахе его ничтожества. (с) Бальтасар Грасиан-и-Моралес


Вернуться в «Политика»

Кто сейчас на форуме (по активности за 5 минут)

Сейчас этот раздел просматривают: 16 гостей