Всякое разное...Это не анекдоты!!!

Описание: ...для тех, кто только начинает...

Uksus M
Автор темы, Администратор
Uksus M
Автор темы, Администратор
Возраст: 55
Репутация: 9068 (+9125/−57)
Лояльность: 987 (+987/−0)
Сообщения: 7534
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 8 лет 6 месяцев
Имя: Сергей
Откуда: СПб
Отправить личное сообщение Сайт

#141 Uksus » 12.05.2019, 10:37

Издевательство это продолжалось почти час, потом князь, остановив бэтээр и заглушив мотор, приказал всем ждать и куда-то исчез на пятнадцать минут, а вернувшись, объявил, что всё, приехали. Можно выгружаться. Но от таратайки не отходить!..

Причину последнего требования Сергей понял, когда, выбравшись, огляделся по сторонам: машина стояла на небольшой площадке, которой заканчивалась дорога. Впереди, в метре от бампера, и в полутора метрах от левого борта уходящие круто вниз каменистые склоны, сорваться с которых в темноте — раз плюнуть. Справа тоже был такой же крутой и каменистый склон, но он, ради разнообразия, уходил вверх. Ну и, наконец, Кощей, уже с «языком» на плече, чуть ли не приплясывающий от нетерпения у правого переднего колеса.

Объяснив Пучкову и детям, в каком положении они находятся, Гусев предупредил, чтобы от машины не отходили (а кто очень стесняется, пусть терпит), и только потом подошёл к напарнику. Тот, довольно скалясь, посоветовал прихватить на всякий случай «кису» - пришлось капитану опять лезть в кузов — и они, провожаемые заинтересованными взглядами молодёжи, направились к обнаруженной князем тропинке.

Спуск занял чуть менее пяти минут — кто-то очень постарался, чтобы создать что-то похожее на лестницу, довольно безопасное даже в дождь или снег. Ещё бы перила...

Впрочем, Сергей справился и так. Князь, понятное дело, тоже, и вскоре они уже стояли внизу, на довольно широкой — метров десять — галечной полосе. Прямо перед ними на кольях сушились сети, а справа темнело какое-то строение.

Пока капитан осматривался, Кощей аккуратно сгрузил свою ношу на камни, после чего знаками объяснил, что нужно ждать здесь, причём тихо, и убежал. А ещё через пять минут появился снова, тоже с гансом на плече и со старшей девчонкой, несущей портфель с бутылками. Потом — с младшей, без груза и, наконец, с Пучковым, тащившим чемоданчик бухгалтера. Тот, что с рейхсмарками. Но перед этим всеми покинутый «Ганомаг» вдруг взрыкнул двигателем, включил фары, медленно прополз расстояние до обрыва и нырнул вниз. И спустя пару секунд до них донёсся грохот рухнувшей на камни кучи железа...


Любить море лучше всего с берега. Ну, или с большого корабля. Гусев знал это ещё до того, как они все сели в эту... лодочку и отплыли. И совершенно не понимал восторга своего напарника. Нет, ну правда: брызги, ветер, качка... А этот ненормальный, сидя на, гм, корме рядом со старым рыбаком (ага, рыбаком, как же) довольно скалится...

В отличие от старого, гм, рыбака. Но как раз это понятно: не хотел он куда-то везти их группу. Очень не хотел. Сергей его минут пять уговаривал безрезультатно. И если бы не Кощей, которому надоело ждать... В общем, поставили деда перед выбором: или он отвозит их, куда скажут, и получает пачку рейхсмарок, или та лодка, которая дальше по берегу в расщелине спрятана, она не его, и они обойдутся своими силами. На вопрос, а сколько в пачке, напарник только плечами пожал — его такие пустяки не волновали.

Едва отплыли, «рыбак» принялся жаловаться на ветер — мол, не туда дует. Раз пожаловался, другой, а потом князь просто подтащил к себе последнего ганса из НЗ, выпил его, а то, что осталось, выбросил за борт (Гусев тогда еле успел пересесть так, чтобы это от девчонок загородить). И ветер сразу стал дуть куда надо. «Рыбак» же, сообразив, что ненужных гансов больше нет, умолк и оставшееся время рулил туда, куда указывал Кощей. Ну и, в довершение, чувство времени сбоить стало, а часами Сергей уже больше месяца не пользовался — своих внутренних хватало.

Однако всё когда-нибудь заканчивается. И не только хорошее, но и плохое тоже. В том смысле, что князь вдруг отобрал руль у «рыбака», ветер поутих и... лодка, да. В общем, лодка заметно сбавила скорость. То есть явно почти приплыли, и теперь напарник подбирается к берегу — так, чтобы и не сильно искупаться при высадке, и эту... лодку не угробить. В общем, пора было готовиться, и Гусев достал из чемоданчика с валютой одну пачку рейхсмарок, осторожно перебрался поближе к... корме и передал её Кощею. «Рыбак» при виде денег слегка оживился, но и только. Стоило пачке исчезнуть из виду, как это оживление тут же прошло. Сергею даже стало его немножко жаль. Самую-самую малость: вот так живёшь в своём уголке, от всего спрятался. Ни война, ни революция тебя не касаются... И тут вдруг ка-ак...

На этом месте философские размышления капитана оказались прерваны голосом того самого отгородившегося:
- Нельзя дальше. Сядем. Здесь уже неглубоко.
- Хм? - повернулся к нему высматривавший что-то впереди Кощей.
- Неглубоко, говорю, - раздражённо повторил «рыбак» и уточнил: - По пояс.
- Понял, - кивнул князь и позвал: - Гусев, пройди на нос, проверь, - а пока капитан осторожно пробирался вперёд, опять перевёл взгляд на старика: - Если там будет глубже, чем по пояс Гусеву, ты выпадешь за борт.
- Погоди! - тут же вскинулся «рыбак». - Я вспомнил! Можно ещё вперед!
Да, я зануда, я знаю...

Uksus M
Автор темы, Администратор
Uksus M
Автор темы, Администратор
Возраст: 55
Репутация: 9068 (+9125/−57)
Лояльность: 987 (+987/−0)
Сообщения: 7534
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 8 лет 6 месяцев
Имя: Сергей
Откуда: СПб
Отправить личное сообщение Сайт

#142 Uksus » 15.05.2019, 16:03

«Ещё» составило около двадцати метров, и когда «рыбак» сказал, что теперь точно уже всё, дальше нельзя, Сергей своим ущербным ночным зрением мог разглядеть берег и бойца с винтовкой на нём. Но долго заниматься разглядыванием не получилось, потому что князь начал распоряжаться:
- Гусев, Пучков, слезаете в воду, берёте девчонок и несёте на берег.

Капитану досталась та, что постарше (и потяжелее), так что появился хороший повод проверить, смог бы он перетащить через фронт «языка», как планировал, или нет. Проверка, конечно, получалась так себе — и недалеко, и девчонка не генерал. Но зато — по пояс в воде, да и тело всё ещё в порядок не пришло. В общем, со сложностями.

Вот только не придуманы ещё те сложности, что могли бы остановить красного командира! Или, если проще, и дотащил, и аккуратно сгрузил, и...
- Гусев, там оставайся! Пучков, сюда иди!

Оставшись с детьми, Сергей хотел было окликнуть прячущегося за камнями бойца и попросить вызвать разводящего, но передумал. Слишком уж молодым тот был и, что греха таить, испуганным. Будь капитан один, его бы это не остановило, но вот девчонки... Пуля — она ведь, как известно, дура.

Вскоре на берег выбрались сначала Найдёныш, волокущий сразу три портфеля, а за ним и князь с «языком» на плече. Сгрузив пленного на гальку, напарник повёл плечами, разминая их, и начал проверку:
- Дети?
- Здесь, - отозвался Гусев. - Обе.
- Кисы?

Пучков, на которого Кощей уставился при этом своими горящими буркалами, замялся, не понимая, чего от него хотят, и Сергей, чтобы не терять времени, ответил сам:
- Здесь, княже. Все три.
- И ганс тоже здесь. Ничего не забыли, - подвёл итог князь. Довольно хмыкнул и повернулся в сторону продолжавшего прятаться за камнями бойца: - Эй, отрок, поклич старшого!
- Что? - переспросил боец, высовываясь из-за камня, и тут же спохватился: - Стой! Стрелять буду!
- Из чего? - возникший за его спиной Кощей выхватил у растерявшегося бедолаги трёхлинейку и теперь разглядывал её с таким видом, будто увидел первый раз в жизни. - Из этого дрына?
- Это винтовка! - предсказуемо обиделся боец.
- Вин-тов-ка, - повторил по слогам князь и повернулся к успевшему подойти капитану: - Так как тут старшого-то позвать?
- Да просто пальни в воздух, и всё, - посоветовал Сергей.

С прибывшим через три минуты после выстрела разводящим договорились быстро. Гусев просто назвал себя, и вскоре их привели в довольно просторный подвал под полуразрушенным домом, где обосновался особый отдел полка. Начальник этого особого отдела в звании лейтенанта госбезопасности, увидев, кого привели неурочные «гости», сначала потерял дар речи, потом всё же проверил наличие у Гусева особого опознавательного знака и тут же предложил располагаться на заменяющих стулья снарядных ящиках. Сам же, отослав бойца за чайником, принялся звонить по инстанциям.

Звонки заняли минут пятнадцать. За это время прибежавшая санинструктор, которую вызвали по просьбе Гусева, сводила девчонок проветриться, а остальные попили чаю. Правда, у гостеприимных хозяев нашлись только кипяток и, что удивительно, сахар, а вот заварки...

Положение спас Кощей - вытащил из-за пазухи небольшую деревянную коробочку, покрытую резьбой, и передал занимавшемуся угощением бойцу с предложением отсыпать, сколько надо.


В гостях хорошо, а дома всё-таки лучше...

Гусев вспоминал эту старую народную мудрость всякий раз, как возвращался на базу. Даже временную. Потому что домом считал не только и не столько здания, казармы, тренировочные площадки и тому подобное, а в первую очередь людей. Командира. Старшину Нечипоренко. Мишку Северова...

И эти люди дружной толпой сейчас стояли и смотрели, как уходившие в поиск не торопясь, совершенно бесстыдным образом растягивая удовольствие, сначала выгружают Пучкова. Потом — одну за другой, от младшей к старшей — найдёнышей. Потом — как их называет князь, «кисы», то есть два портфеля и чемоданчик. Тоже в определённом порядке: сначала с выпивкой, потом с рейхсмарками и только потом — с оперативными документами. Затем аккуратно спускается Гусев...

И только потом, после небольшой — секунд десять, а то прибьют — задержки Сергей с Найдёнышем принимают негнущееся тело «языка», завёрнутое для пущей таинственности в мотоциклетный плащ.

Хотели большого начальника?.. Получите!..

К сожалению, светает в это время года поздно, и хотя подъём уже был, на дворе пока ещё темно. И потому у Гусева мелькнула совершенно недостойная большевика и красного командира мысль, что можно было всё же задержаться у гостеприимного особиста. Поскольку в должной мере оценить «языка» в темноте сложно, а вот когда рассветёт...

Но тут же возникла другая мысль: какой пример получит молодёжь в лице красноармейца Пучкова и, того хуже, детей? Вот именно. И потому капитан, отбросив ненужные сожаления и подождав, пока слева от него встанет напарник, а за ним — упомянутый красноармеец Пучков, скомандовал «Смирно!» и чётко, хотя и негромко доложил: задание выполнено, группа вернулась, потерь нет!..
Да, я зануда, я знаю...

Uksus M
Автор темы, Администратор
Uksus M
Автор темы, Администратор
Возраст: 55
Репутация: 9068 (+9125/−57)
Лояльность: 987 (+987/−0)
Сообщения: 7534
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 8 лет 6 месяцев
Имя: Сергей
Откуда: СПб
Отправить личное сообщение Сайт

#143 Uksus » 18.05.2019, 13:44

И дальше — по давно сложившемуся порядку. С тем отличием, что сначала передали девчонок старшине — неизвестно, когда у Командира появится время, чтобы с ними поговорить. Но что этот разговор будет обязательно - к бабке не ходи. Слишком уж неприятное дело получилось.

В общем, выслушал товарищ полковник Колычев подробный доклад, поохал от восхищения, побродил вокруг вражьего генерала да и отпустил всех отдыхать до следующего дня. А там — отчёты. И свои — в смысле, Гусева и Пучкова (Командир ещё и на князя косился, но решил не связываться), и чужие, потому что с подачи Кощея Серёга оказался по меньшей мере на неделю отстранён от всяких физических нагрузок и переведён на лёгкую работу. Тут бы, конечно, повозмущаться и побить себя пяткой в грудь, однако выбор был простой: или так, или в госпиталь. Короче говоря, обложили. Правда, как сказал Иван Петрович, обязанность сопровождать князя, если тому взбредёт в голову прогуляться, с капитана не снимается.

На второй день после обеда у Командира нашлось время поговорить с девочками. С обеими сразу, в присутствии Пучкова в качестве моральной поддержки и Гусева, который вёл запись беседы. Именно беседы, а не опроса свидетелей и тем более не допроса. Ещё снаружи, так, что из кабинета его не видели, подпирал стенку князь, и Сергей был железно уверен, что напарник слышал не то что каждое слово, но даже каждый вздох.

На третий день с утра полковник попросил Гусева с Пучковым подробно описать, что происходило с проклинаемыми в том ауле, потом они что-то обсуждали с князем, и ближе к обеду (щи из квашеной капусты, макароны по-флотски и компот из сухофруктов) Колычев, собрав бумаги (в том числе и писанину Пучкова с Гусевым) укатил. Вернулся перед самым ужином (пшённая каша с тушёнкой и сладкий чай) и опять о чём-то переговорил с Кощеем. О чём — осталось неизвестным, потому что Сергей несмотря на обострившийся слух услышал только неразборчивое бубнение.

Дело немного прояснилось после ужина, когда Гусев, сытый и почти довольный жизнью, вышел из организованного старшиной пункта питания и остановился на крыльце, повернув лицо к скрытому облаками солнцу и опустив веки. Когда он спустя минуту открыл глаза, рядом стоял Кощей и с любопытством его разглядывал. Сергей хотел было сказать князю какую-нибудь гадость, но подумал и не стал. Во-первых, это было бы мелко и недостойно большевика и красного командира, а потом, как ни пыжься, а связки всё же болят. То есть пойди он сейчас в поиск, и станет обузой для товарищей. Вот и выходило, что прав напарник. Кругом прав. И говорить гадости ему просто не за что.

Кощей, увидев, что на него обратили внимание, предложил прогуляться. Недалеко. И не спеша. До зенитки. И Гусев, которому, если честно, до смерти надоело возиться с бумагами, с радостью согласился. В конце концов, после возвращения они зенитчиц ещё не проведывали. Правда, пока шли, князь объяснил, что дело не только и не столько в его желании пообщаться с женщинами, сколько в необходимости пристроить детей. Потому что родных у девочек в Севастополе не нашлось, а вывозить их на Большую Землю... Можно, конечно, но куда они там пойдут?

Сергей, тоже размышлявший об этом и пришедший к таким же выводам, кивнул. И решение напарника попробовать пристроить найдёнышей к зенитчицам одобрял целиком и полностью. Что же касается документов...
- А Командир что сказал?
- Поможет, - подтвердил Серёгину догадку князь и, поскольку они уже дошли, резко сменил тему:
- Гой еси, красны девицы!
- И вам поздорову, добры молодцы! - с усмешкой отозвалась старшая и неожиданно продолжила: - Дело* пытаете аль от дела лытаете?
- Дела, краса-девица. Дела, - вздохнул Кощей. - И рад бы просто так подойти, красой вашей полюбоваться, да куда от дел денешься?

*Вообще-то «ДелА», но делаем скидку на недостаточное знание предмета персонажем.

Командирша, уже открывшая рот, чтобы продолжить эту шутливую перепалку, нахмурилась и внимательно посмотрела сначала на князя, а потом и на Гусева:
- Случилось чего?
- Командир ваш нужен, - ответил Сергей.
- Сейчас, - сержантша, подозвав одну из подчинённых, шепнула ей на ухо, чтобы та срочно привела комбата (ну, это она думала, что шепнула и что никто не слышит), а потом опять повернулась к гостям: - Сейчас будет, он тут недалеко должен быть.
- Подождём, - вздохнул Кощей и, изобразив лицом и фигурой смирение, присел на мешки, которыми была обложена огневая позиция.

Гусев, немного подумав, остался стоять — всё равно скоро придёт Толстопузик (Серёга хотел назвать комбата Колобком, но напарник не оценил) и нужно будет куда-нибудь идти. Потому что кое-кто из зенитчиц, по словам князя, отличается ну просто очень чутким слухом...

Капитан Бабасян появился через три с половиной минуты после того, как посланная за ним зенитчица скрылась из глаз. Появился (вышел из-за угла), осмотрелся, увидел капитана с князем, набрал полную грудь воздуха...
Да, я зануда, я знаю...

Uksus M
Автор темы, Администратор
Uksus M
Автор темы, Администратор
Возраст: 55
Репутация: 9068 (+9125/−57)
Лояльность: 987 (+987/−0)
Сообщения: 7534
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 8 лет 6 месяцев
Имя: Сергей
Откуда: СПб
Отправить личное сообщение Сайт

#144 Uksus » 21.05.2019, 09:49

И сдулся. Немного постоял, явно приводя чувства в порядок, и быстрым шагом подошёл к ожидающим его Кощею с Гусевым:
- Здравия желаю, товарищи командиры!*

*Акцент у этого персонажа всё равно остался.

Князь, вставший ещё при приближении комбата, чуть склонил голову и ответил:
- И тебе поздорову, добрый молодец.

Толстопузик, услышав знакомые слова, покосился на командиршу расчёта, однако предпочёл заговорить о другом:
- Вы хотели меня видеть, товарищи командиры?

Прежде чем Кощей успел ответить, вмешался Сергей:
- Княже, дозволь мне? - и когда князь кивнул, повернулся к комбату: - Давайте отойдём в сторонку.

Хмыкнув, зенитчик снова покосился на подчинённую и снова ничего не сказал, а просто кивнул.

Отошли недалеко, метров на двадцать, к установленной ещё до войны самодельной скамье, некрашеные доски которой успели посереть от времени. Скамья была довольно удобной — широкой, со спинкой, не слишком высокой, но и не слишком низкой. Во всяком случае с точки зрения Гусева с его ростом. Что же касается Толстопузика — его она тоже не смутила. Капитан подошёл, потрогал рукой доски и, слегка подпрыгнув, уселся с довольным видом, откинувшись на спинку и болтая ногами. Потом хитро посмотрел на Сергея и сообщил:
- Как в детстве, да!

Первым захохотал Кощей. За ним, с небольшим отставанием, зенитчик, и последним — Гусев, перед этим мысленно прокрутивший ситуацию и всё же оценивший её юмор.

Когда все отсмеялись и перевели дух, слово взял Кощей. Коротко и чётко, без излишних подробностей он объяснил капитану сложившуюся ситуацию и попросил того «взять детей под крыло».

Зенитчик задумался. Надолго. Минут на пять. Потом вздохнул:
- У меня своё начальство есть. И когда оно спросит: «Капитан Бабасян! Почему посторонние на батарее? Двадцать четыре часа тебе сроку посадить их на корабль!» - что я ему скажу? И как я этим детям в глаза смотреть буду?

Секунд десять Гусев с Кощеем переваривали услышанное, потом князь, хлопнув по скамейке ладонью, скомандовал: «Ждите!» - и исчез. Оставив напарника объяснять раскрывшему рот от удивления Толстопузику, что, как и почему. Сергей, ругнувшись про себя, тем не менее отнёсся к внезапно свалившемуся делу ответственно, коротко рассказав комбату, что Кощей на самом деле — спецсотрудник госбезопасности. Что никакого воинского звания у него нет, и потому он плевать хотел на всех командиров и начальников, кроме Командира. В смысле, командира их группы. Что если бы не тяжёлая обстановка, никто бы не пустил такого специалиста на фронт, а попросили бы сидеть в тылу и готовить других специалистов. И, наконец, что всё, что капитан Бабасян уже увидел и увидит ещё — стр-рашная тайна. Причём даже не военная, а государственная...

Толстопузик слушал внимательно, кивая в нужных местах, и, судя по глазам, лицу и фигуре, готов был хоть сейчас дать все подписки, которые у него потребуют. И глядя на это, Серёга уже поздравлял себя с хорошо проведённой беседой, когда зенитчик вдруг сделал вывод:
- Немецкого генерала вы притащили.

Сначала Гусев открыл рот, чтобы поинтересоваться, откуда у простого командира зенитной батареи такие сведения, потом вспомнил, что об этом официально объявляли на утренней политинформации. Командование решило, что противник всё равно знает, а своим хорошая новость будет не лишней. Вот и объявили. Хотя Кощей, услышав об этом, буркнул, что для обитающих на его землях людов дурость — не беда, а народная забава. По его мнению объявлять об этом нужно было на пару дней позже, чтобы вороги ещё побегали да воеводу своего поискали. И Сергей, подумав, с ним согласился: пакость, конечно, мелкая, но когда таких вот пакостей случается много...

Но то — слова в политинформации. А тут – догадка. Точная...

С другой стороны, этот капитан и так уже увидел и почувствовал на своей шкуре вполне достаточно, да и девчонок зенитчицы рано или поздно разговорят. Не ради добычи сведений, а просто из женского любопытства. И, наконец, пример князя перед глазами: Кощей не только сам не врал, но и неодобрительно относился к тому, что врут другие. Потому отнекиваться по меньшей мере глупо. Так что...

Так что Гусев, немного подумав, просто попросил:
- Не говори никому. Хорошо?
Да, я зануда, я знаю...

Uksus M
Автор темы, Администратор
Uksus M
Автор темы, Администратор
Возраст: 55
Репутация: 9068 (+9125/−57)
Лояльность: 987 (+987/−0)
Сообщения: 7534
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 8 лет 6 месяцев
Имя: Сергей
Откуда: СПб
Отправить личное сообщение Сайт

#145 Uksus » 24.05.2019, 09:29

Как и думали («Надеялись!») князь с Гусевым, Командир в помощи не отказал и решил этот вопрос в тот же вечер несколькими разговорами по телефону. Так что уже на следующее утро, в половине десятого, к штабу группы подошли Бабасян с сержантшей и принялись оглядываться по сторонам в поисках кого-нибудь, кто мог бы сообщить полковнику Колычеву об их прибытии.

Помощь зенитчикам пришла откуда не ждали — сверху проскрипело:
- Гой еси, люди добрые! Потеряли кого?

Подняв глаза, зенитчики обнаружили на крыше дома сидящих рядом Кощея с Гусевым, держащих большие кружки.
- И вам поздорову, добры молодцы! - первой сориентировалась сержантша.

Недовольно покосившись на неё — мол, куда поперёд старших? - комбат поднёс руку к козырьку:
- Здравия желаю, товарищи командиры! А как бы мне товарища полковника увидеть?

Напарники переглянулись, потом князь забрал у Сергея кружку, встал и подошёл к краю.
- Смертельный номер! - не удержавшись, возгласил Гусев. - Впервые на арене!..
- Смертельный номер, - хмыкнул Кощей, - будет, когда кое-кто до прихода Командира на крыше останется.
- Эй! Это... - Договорить Сергей не успел: напарник ни слова не говоря просто шагнул вперёд и исчез.

Осторожно — всё же ноги побаливали и на наклонной черепичной крыше могли подвести — Гусев поднялся и тоже подошёл к краю. Князь как ни в чём не бывало стоял внизу, всё так же держа в левой руке обе кружки и с интересом глядя на Гусева.
- И что теперь? - поинтересовался тот.
- Прыгай, - пожал плечами Кощей.
- Э-э-э... Вот так просто?
- Угу.
- Как скажешь, - тоже пожал плечами Сергей и шагнул вперёд. В конце концов, тут высоты было — чуть больше трёх метров и связки почти уже не болели. Так что...

Когда до земли осталось около полуметра и Гусев уже напряг ноги, Кощей вдруг шагнул вперёд и, ухватив его правой рукой за ворот телогрейки... Ну, наверное, это можно назвать «слегка придержал». Потому что Сергей продолжал лететь вниз, но намного медленнее. Как будто спрыгнул со ступеньки. Когда Гусев наконец-то приземлился, князь, продолжая удерживать его за воротник, внимательно оглядел, поинтересовался, как ноги, и, услышав, что в порядке, попросил отправиться за Командиром. Мол, после вчерашнего Колычев на него как-то странно смотрит...


На следующий день после передачи детей зенитчикам в расположении группы опять появились гости. И тоже с утра. Но теперь это были двое из армейской разведки. Из той самой, которая потеряла аж пять групп и потому сейчас занималась не столько работой, сколько натаскиванием пополнения. Благо большая часть этого пополнения была набрана из, так сказать, нижестоящих разведок, главным образом, дивизионных. Но всё равно — ни сработанности, ни моральной готовности к дальним поискам — ничего. Тем более что в этих самых нижестоящих разведках люди тоже с понятием — лучших не отдали. Ну и, вдобавок, то обстоятельство, что про такую вещь, как полные штаты, все давно забыли.

В итоге чья-то (чья именно, выясняют специально назначенные люди) «гениальная» мысль — точнее, её исполнение — к восстановлению возможностей армейской разведки не привела, а вот тем, кого ради этого «ограбили», жизнь осложнила...

О чём Командир, знакомивший группу со сложившейся обстановкой, не сказал, так это о травме капитана Гусева, из-за которой и разведгруппа спецгруппы («Поэт!») тоже в... Там, в общем.

Конечно, князь готов был «пойти прогуляться», как он выразился, и сам, и кто знает, может, где-нибудь в Белоруссии или под Москвой командование с этим и согласилось бы. Но тут...

Тут, как недавно признал сам Кощей, земля ему чужая, что, по мнению начальства, означает снижение эффективности. А одно из первейших умений, потребных военачальнику, это умение использовать имеющиеся силы и возможности с наибольшей пользой.

Проще говоря, князя попросили заняться изготовлением «косточек» — такое название в конце концов закрепилось за притягивателями беды, называть которые оберегами, как оказалось, язык не поворачивался не только у Гусева, но и у других. А в качестве причины указали необходимость как-то «выгуливать» новый состав армейцев («языки» из румын уже всем надоели), желательность осложнения противнику жизни и то печальное обстоятельство, что вот как раз диверсионных групп здесь у командования-то и нету. И готовить их долго. А вот если выдать им Кощеевых поделок...

На что князь высказался в том смысле, что ума им это не добавит и что иные чудеса лучше бы приберечь к тому времени, когда главный ворог появится, но если Колычев считает нужным...

В общем, как говорили в новостях и писали в газетах, «высокие договаривающиеся стороны пришли к полному взаимопониманию». Правда, Командиру это обошлось в освобождение Гусева от бумажной работы, поскольку князь, занимаясь «косточками», подлечивать напарника по ночам не сможет. И если Колычев хочет, чтобы капитан был готов к работе через четыре (два — долечиться, два — чтобы залеченное «крепости набралось») дня...
Да, я зануда, я знаю...

Uksus M
Автор темы, Администратор
Uksus M
Автор темы, Администратор
Возраст: 55
Репутация: 9068 (+9125/−57)
Лояльность: 987 (+987/−0)
Сообщения: 7534
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 8 лет 6 месяцев
Имя: Сергей
Откуда: СПб
Отправить личное сообщение Сайт

#146 Uksus » 27.05.2019, 10:00

Немного подумав, Командир согласился, и потому на следующее утро Сергей с Кощеем опять сидели на крыше, попивая чаёк из раздобытых где-то князем то ли фаянсовых, то ли фарфоровых кружек. Когда появились гости, напарники не сговариваясь решили пока что себя не обнаруживать, благо разглядеть их в предрассветных сумерках было сложновато. Гости тем временем, дойдя почти до самого крыльца, охраняемого часовым, оказались в затруднительном положении: с одной стороны, разговаривать этому самому часовому запрещает Устав, с другой — ждать, пока появится кто-то, кто сможет о них доложить, можно долго.

Понаблюдав минуты три, как они мнутся, Гусев решил немного им помочь. Но не успел - рядом проскрипело:
- Гой еси, добры молодцы! Камо грядеши?

Гости завертели головами, потом один, повернувшись к крыше, приказал:
- Товарищ красноармеец! Прекратите балаган! Немедленно подойдите и доложите как положено!

Прежде чем опешивший от неожиданности князь успел что-то сказать, Сергей попросил:
- Помоги спуститься, - и, передав напарнику кружку, начал медленно вставать.

Не говоря ни слова, Кощей принял посудину, спрыгнул вниз и, подняв голову, сообщил:
- Готов!

После чего Сергей, как и прошлым утром, сделал шаг вперёд. А приземлившись, повернулся к гостям и представился:
- Капитан государственной безопасности Гусев, - потом выждал ровно две секунды и спросил: - Товарищ майор, а для вас, что, Уставы не писаны?..

Нет, полковник Колычев Иван Петрович, любимый Командир, ошибался, когда думал (или подозревал?), что выговоры, которые он периодически читает одному из самых шебутных своих подчинённых, проходят мимо того, не оставляя следа. Вовсе нет. Подчинённый этот старательно учился, запоминая построение фраз, словесные обороты, интонации. Очень старательно учился. И сейчас все те знания в области разносов, разгонов и нагоняев, которыми полковник не жалея делился с младшим товарищем, этот самый младший товарищ пустил в дело. Стараясь если не превзойти, то хотя бы сравняться с любимым Командиром во владении высоким искусством вздрючки.

Разнос продолжался довольно долго, потом, когда Сергей сделал паузу, чтобы набрать воздуха, рядом прозвучало:
- Гусев, что тут происходит?

Мгновенно развернувшись, капитан поднёс руку к козырьку:
- Товарищ полковник! Произвожу воспитательную работу с неизвестным, носящим знаки различия майора!
- Вольно! - хмыкнул Колычев. - Давно производишь?
- Около семи минут! - всё так же стоя навытяжку доложил Сергей.
- И что? Он до сих пор не представился?
- Никак нет!
- Ну что ж, - вздохнул полковник. - Будем разбираться...

Разобрались быстро. Как Гусев и подозревал, любитель дисциплины оказался из армейской разведки, одним из тех, кто готовил к выходу пропавшие группы. И уже успел не раз получить как за потери, так и за отсутствие результатов (Колычев такой откровенности не удивился, только бросил быстрый взгляд на князя). Причём через раз при вздрючке его тыкали носом в то, что вот армейская разведка — не смогла, а какие-то непонятно кто — аж целого командира корпуса притащили и даже без потерь. Так что когда его отправили к этим не пойми кому, он накрутил себя ещё по дороге...

А тут — нарвался...

Внимательно выслушав «исповедь» разведчика, Колычев посмотрел на стоящих рядом князя с Гусевым, никаких признаков раскаяния на их лицах не обнаружил и, вздохнув, попросил Кощея выдать «спецсредства».
- Сейчас сделаем... - оскалился Кощей и принялся вытряхивать из майора сведения: сколько будет групп, когда пойдут, в один район или в разные. Когда выяснилось, что в разные, потребовал уточнить, в какие именно...

Разведчик, оглянувшись на полковника и не найдя у него ни понимания, ни даже сочувствия, всё же ответил. Внимательно его выслушав, князь о чём-то задумался, потом сказал: «Ждите!» - и неторопливо направился в дом. Вернулся он минут через пять. Подошёл к ожидавшим его гостям, напарнику и Колычеву (Командир явно на всякий случай задержался. Во избежание), попросил Гусева посветить и, развернув один из принесённых свёрточков, провёл короткий инструктаж по использованию «спецсредства типа «косточка»». Потом ответил на вопросы и под конец «обрадовал» гостей сообщением, что в полночь третьего дня, если считать следующий первым, неиспользованные «спецсредства» можно будет выкинуть.

После этих слов разведчик посмотрел на Кощея как кролик на удава (сам Гусев такого не видел, ему рассказывали) и поспешил исчезнуть, пока эти странные не пойми кто не «обрадовали» ещё чем-нибудь. Его спутник, не произнёсший за всё время ни слова, исчез вместе с ним.

Посмотрев им вслед, князь повернулся к Колычеву и попросил:
- Командир, отпусти ночью прогуляться? Пока я тут никого не убил...
Да, я зануда, я знаю...

Uksus M
Автор темы, Администратор
Uksus M
Автор темы, Администратор
Возраст: 55
Репутация: 9068 (+9125/−57)
Лояльность: 987 (+987/−0)
Сообщения: 7534
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 8 лет 6 месяцев
Имя: Сергей
Откуда: СПб
Отправить личное сообщение Сайт

#147 Uksus » 30.05.2019, 09:26

За день до «Праздничного выхода», подготовленного князем и Серёгой с разрешения Командира и с его помощью, чтобы отметить возвращение капитана ГБ Гусева в строй, поступил приказ отправить пленного генерала в Столицу. А с ним — и захватившую его группу. Как объяснил Колычев, это потому что дальше держать фон Зальмута здесь смысла не было — всё, что знал, он уже рассказал (после такой доставки даже давить не пришлось).

Точнее, рассказать-то он мог ещё много разного, но уже не про крымские дела, так что держать его в Севастополе смысла не было. С группой, по мнению Сергея (и Командир был с ним согласен) тоже всё просто: стране нужны не только хорошие новости, но и, кхм, герои. То есть дело попахивало очередным награждением. А Кощею — подарком. Одно было непонятно — почему Командира не вызвали? Однако когда Гусев подошёл к Колычеву с этим вопросом, тот отмахнулся — мол, не за награды воюем.

И всё равно на душе было... нехорошо. Потому что, как и в первый раз, всю работу сделал напарник, а он, Серёга Гусев, при этом только присутствовал (хорошо ещё, под ногами не путался). И получалось, что награждают его только чтобы людям показать: вот, мол, у нас по делам и награда.

Эх, знал бы кто эти дела!..

Похоже, это его настроение незамеченным не осталось, потому что незадолго до отправки на аэродром Командир отвёл Сергея в сторонку и принялся объяснять, что как раз его, капитана Гусева, задача и состоит в том, чтобы служить громоотводом для князя. И что награды для Гусева — это как шашка для товарища Будённого. Ну или винтовка для снайпера. Тем более что сам князь награды получать не может. А советским людям нужно видеть, что Советское Государство не забывает тех, кто хорошо работает, верно служит и совершает героические поступки. Ну и для детей пример...

В общем, отставить реф-лек-сии!..


До Москвы летели вместе с Зальмутом, которого сопровождающий явно преднамеренно посадил так, что тот видел Кощея. И весь полёт ганс не сводил с князя глаз. Веяло от генерала при этом смесью интереса, страха и почему-то неверия. А от сопровождающего — Гусев прислушался к ощущениям — весельем, удовлетворением и интересом. Правда, интерес этот относился к Зальмуту — похоже, кто-то из особистов (может, даже и этот) проверял какие-то свои предположения. Князю это, насколько мог почувствовать Сергей, было безразлично. Он вообще сидел весь в раздумьях. Знать бы ещё о чём.

На аэродроме они наконец-то расстались: Зальмута увезли в Управление, а их троих — в знакомую гостиницу, где всех, даже Пучкова, поселили в отдельные номера. В соседние. И Гусев, убедившись, что все устроились нормально, отправился спать — до утра осталось всего ничего...

Утро у Сергея наступило как всегда — в шесть часов. Лёжа на спине и не открывая глаз он сначала попробовал дотянуться Силой до Найдёныша и, нащупав-увидев-ощутив какой-то сгусток, послал ему команду «Подъём!». Потом попытался найти князя, но в голове тут же нарисовался нахально скалящийся череп со светящими зелёным светом глазами и пролязгал: «Не шуми! Всё кладбище подымешь!» После чего, явно почувствовав удивление Сергея, довольно заржал. Если, конечно, скрипение ржавым железом по мутному неровному стеклу можно назвать ржанием...

Через сорок пять минут вся группа собралась в номере Кощея, чтобы отдать должное местной кухне. Пучков, узрев в своей тарелке овсянку, сначала сморщился, но потом, увидев, с каким удовольствием её наворачивает Гусев, решился всё же попробовать... Когда же капитан, покончив со своей порцией, почти традиционно спросил у Кощея разрешения съесть и его порцию тоже, проводил тарелку таким тоскливым взглядом, что Серёга, не выдержав, отложил ему половину...

В семь ноль пять, когда все трое не торопясь пили по второму стакану чая, в дверь номера, вежливо постучав, просунулась испуганная дежурная по этажу и поинтересовалась, не здесь ли находится капитан Гусев. А узнав, что здесь, сообщила, что оного капитана просят к телефону...


Встреча началась, как и предыдущие, со взаимных приветствий. Затем Он предложил садиться, и когда все (а кроме Него и группы в кабинете был ещё и Нарком) расселись, попросил Гусева доложить, как прошло задание. То, в котором им удалось добыть вражеского генерала.

Попросил! Он!..

Почувствовав, что у него сейчас отвалится челюсть («Подумаешь! На Пучкова посмотри!»), Сергей, спешно опустил веки, восстанавливая душевное спокойствие и выстраивая порядок доклада. Затем открыл глаза и коротко и чётко описал произошедшие во время того выхода события. Не все, понятное дело. Самые основные.

После того как прозвучало заключительное: «Капитан Гусев доклад закончил!» - Он некоторое время молчал, о чём-то думая и переглядываясь с Наркомом, а потом снова попросил. Рассказать о задании. Именно рассказать, а не доложить. Подробно.

Сергей опять ненадолго задумался — его не торопили — и, ощущая молчаливую поддержку напарника, принялся рассказывать с самого начала. Упоминание пьяного аса Люфтваффе вызвало у Него усмешку, а то, что Гусев его отпустил — одобрительный кивок. Когда Сергей описал торжественную встречу в ауле и вынесенное большое блюдо с красноармейскими книжками и командирскими удостоверениями, Он что-то сказал по-грузински, явно ругательное, а когда упомянул свиней, которых кормили людьми, Его прорвало:
- Лаврентий! Узнай, где это! В порошок стереть!.. - после чего, вскочив со стула, принялся вышагивать по кабинету, что-то бормоча.

Наконец, немного успокоившись и вернувшись на место, Он попросил продолжать, и Сергей недолго думая сообщил, что стирать в порошок там уже некого. Потому что князь их проклял. И когда группа уходила от аула, из живых там разве что домашний скот оставался — овцы там, козы... А свиней Кощей сжёг. Вместе с сараем. И пепел развеял...

Потом все долго молчали, и Гусев думал, что всё, что он сейчас рассказывает, было в рапорте. В том, который для совсем секретных архивов. Но до Него это почему-то не дошло...
Да, я зануда, я знаю...

Uksus M
Автор темы, Администратор
Uksus M
Автор темы, Администратор
Возраст: 55
Репутация: 9068 (+9125/−57)
Лояльность: 987 (+987/−0)
Сообщения: 7534
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 8 лет 6 месяцев
Имя: Сергей
Откуда: СПб
Отправить личное сообщение Сайт

#148 Uksus » 02.06.2019, 09:17

Квартира, подаренная Герою Советского Союза Сергею Гусеву (вообще-то хотели подарить князю, но он сказал, что у него терем есть), поражала. Она была... большая. Даже очень. Три комнаты, каждая из которых больше того номера в гостинице, куда его поселили. Кухня, в которой можно устроить небольшой строевой смотр. Отдельная ванная (правда, горячей воды сейчас нет, но в мирное время...), ватерклозет, всякие там кладовки... И в завершение — коридор! Широкий и длинный!..

Одно плохо — пусто. Ни мебели, ни посуды. Понятно, почему на обустройство отпуск аж десять суток дали — пока всё найдёшь...

С другой стороны, а оно надо? Когда всё время на фронте?..

Мелькнувшую мысль, что пока сам воюешь, тут можно было бы поселить, к примеру, сестрёнок Найдёныша, Сергей покрутил так и этак, потом спросил князя с Пучковым, что они думают. Князь пожал плечами, что означало что-то вроде «твой дом, тебе решать», а Пучков стал отнекиваться: мол, не дело и так далее. Спор грозил затянуться, но тут в дверь постучали.

Открыв, Гусев обнаружил невысокую (по меркам самого Гусева) худощавую женщину лет пятидесяти на вид. Представившись управдомом, она назвалась Надеждой Васильевной и, посмотрев на Пучкова, сказала, что можно тётей Надей. Сергею она понравилась. И Кощею тоже. Князь, глядя на неё, о чём-то задумался на несколько секунд, а потом выдал:
- Надёжа... Хорошее имя. Доброе.

Как оказалось, тётя Надя зашла не только познакомиться с новыми жильцами, но и сообщить, что по тем бумажкам, которые прилагались к ордеру на квартиру, можно получить на спецскладе мебель и посуду. Бесплатно. И если ей эти бумаги отдадут, она вполне может помочь «товарищу командиру». Завтра с утра.

Вспомнив народную мудрость, что за спрос денег не берут, Сергей, раз уж отношения вроде как доброжелательные, поинтересовался, можно ли, чтобы здесь пожили младшие сестрёнки их боевого товарища, кивнув при этом на Пучкова. Управдомша немного подумала, а потом сказала, что если у них запрета на проживание в Москве нет, то почему бы и нет. При этом во взглядах, бросаемых ею на Найдёныша, читалось пусть и скрытое, но видимое Гусеву сочувствие.

Потом все дружно (кроме Кощея) прикидывали, что и где было бы неплохо поставить с учётом того, что тут поселятся две девчонки (если выдадут), потом...

Потом тётя Надя, узнав, что они только вчера с фронта и через десять (точнее, уже девять) суток отправляются обратно, пригласила всех к себе, попить чаю. Предупредив, что будет немного тесновато, но ничего... И все четверо дружно направились в соседний подъезд, где у управдомши была однокомнатная квартира.


На кухне у тёти Нади и впрямь оказалось тесновато — трое отпускников, сама хозяйка и молодой лейтенант с орденом Красной Звезды на застиранной и местами заштопанной командирской гимнастёрке. Увидев Гусева, лейтенант попытался встать, но тут же стал заваливаться на бок, и если бы не Кощей, возникший рядом и успевший его поддержать, упал. И только потом Сергей обратил внимание на костыли, прислонённые к стенке рядом с орденоносцем. Мысленно обругав себя за невнимательность, Гусев попросил лейтенанта не вставать, на что тот, смутившись, объяснил свой порыв привычкой.

Сидячих мест на всех не хватало, и князь не долго думая устроился на широком подоконнике, аккуратно подвинув стоявший там горшок с каким-то растением. С каким — Гусев сказать не мог, поскольку его знания в этой области ограничивались только кактусом, фикусом и геранью. Поёрзав, чтобы устроиться поудобнее, Кощей вытащил из-за пазухи небольшую деревянную то ли шкатулку, то ли просто коробочку, покрытую резьбой, и протянул её тёте Наде со словами:
- На-кось, хозяюшка, завари этого.

Затем, тоже из-за пазухи, появились две плитки шоколада «Спартак» и узелок, в котором, когда Пучков его развязал, оказались куски сахара. На вопрос Гусева, откуда такое богатство, напарник хмыкнул:
- У обозников сменял. На часы.

Тем временем хозяйка закончила возиться с чайниками (в большой — налить воды и поставить на керогаз, из маленького вылить старую заварку и сполоснуть), села на табурет, и знакомство пошло по второму кругу. Только теперь знакомились не с управдомшей, а с лейтенантом.

Парня звали Игорем Селивановым. Оказался он сыном профессора, жившего раньше в этом доме. Мать у них умерла в тридцать девятом, вот они и жили вдвоём.

Когда началась война, Игорь пошёл на фронт, а два месяца назад кто-то где-то напутал, и на него прислали похоронку. Результат — у старика не выдержало сердце.

Поскольку живых жильцов не осталось, управдом поступила по инструкции: квартиру опечатала и сообщила по начальству, что жилплощадь освободилась.

Около месяца назад в квартире появились новые жильцы — эвакуированная из Львова семья, а три недели назад неожиданно вернулся живой, хоть и не совсем здоровый, её владелец. Бывший владелец.

Сначала по инстанциям бегала управдом. Женщина, насколько разобрался в ощущениях Гусев, чувствовала себя виноватой в сложившейся ситуации и пыталась помочь, но ничего добиться не смогла. Тогда по инстанциям пошёл Игорь. Его тоже посылали... Посылали, хотя и относительно вежливо. Но в последний раз один из чинуш договорился до того, что лучше бы Селиванова на самом деле убили...

На этом месте Кощей, до того молча слушавший, вдруг спросил:
- Гусев, таратайка ждёт?
- Я не отпускал, - пожал плечами Сергей и повернулся к Пучкову.
- Никак нет, тащ капитан! Я не отпускал! - сообщил тот не дожидаясь вопроса.
- Тогда вставай-ка ты, Игорь из рода Селивановых, да съездим-ка мы к тому тиуну говорливому...
Да, я зануда, я знаю...

Uksus M
Автор темы, Администратор
Uksus M
Автор темы, Администратор
Возраст: 55
Репутация: 9068 (+9125/−57)
Лояльность: 987 (+987/−0)
Сообщения: 7534
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 8 лет 6 месяцев
Имя: Сергей
Откуда: СПб
Отправить личное сообщение Сайт

#149 Uksus » 05.06.2019, 09:37

Трясясь в кузове полуторки, Гусев думал о том, что какие чистки ни устраивай, как за чистоту рядов ни борись, вот такие вот «говорливые тиуны» будут и будут появляться. И ведь он скорее всего не ворует. И взяток не берёт, во всяком случае деньгами. Нет, он просто сволочь, которая оценивает людей по полезности для себя, любимого. И по неприятностям, которые эти люди могут доставить, опять же, ему, любимому. А закона, требующего от чиновника быть человечным, у нас нет. Ни закона, ни инструкции. Ни распоряжения. Так что если бы «тиун» этот не распустил язык...

Сначала — при Селиванове. Потом — при наряде милиции, вызванном секретаршей при виде толпы, вломившейся в кабинет шефа, при самой секретарше и прибежавшем на шум заместителе. Прямо в квадратные от удивления глаза слушателей высказывая, что он думает о всяких там недобитых гитлеровцами командирах, красноармейцах, членах их семей и прочих нищебродах (как потом совершенно спокойно объяснил Кощей, ну захотелось люду выплеснуть наболевшее. А тут и случай подвернулся. Подходящий).

Когда же «артиста» наконец увели, испуганный зам пообещал, что самое большее через четыре дня товарищ лейтенант снова въедет в свою бывшую квартиру. Объяснив, что задержка вызвана необходимостью куда-то переселить тех, кто в ней живёт сейчас. Не выкидывать же людей на улицу? Гусеву объяснив. А на князя — поглядывая. Сергей тогда подумал, что хорошо, что они Пучкова с управдомшей оставили, а то бы у бедного чинуши совсем глаза разъехались.

А о машинах они в тот же день договорились, узнав у водителя, где и как можно это сделать. Так что сейчас по тряским советским дорогам к одному из городков Московской области шла небольшая автоколонна, состоящая из двух таратаек - «эмки» и полуторки.

Хмыкнув, Сергей посмотрел на точно так же трясущегося у противоположного борта Кощея. По какой-то причине в этот раз князь не отправился в путь по своей Кромке, а решил ехать вместе с напарником. А Пучкова посадили в идущую головной «эмку» - водителя развлекать.

Сам Гусев предпочёл грузовик из-за роста — тесновато ему в «эмке» было. Ноги девать некуда, особенно при долгой езде. Да и случись что... Шутки шутками, а до того, как ударили морозы, на этих дорогах диверсанты пошаливали. Так что вместе с машинами им выдали и два ППД. Хотели ещё и Кощею выдать, но тот отказался.


Одним из несомненных достоинств маленьких городков является то, что в них всё рядом. Вот и Найдёныш, узнав, что его сестрички ещё в школе, спросил разрешения у Гусева, убежал и уже через двадцать минут вернулся, подпираемый с двух сторон большеглазыми чудами в совсем не серьёзно выглядящих по такой погоде чёрных пальтишках, платках и валенках.

Подозрения о несерьёзности подтвердил и водитель «эмки», спросивший, не этих ли детей нужно будет везти обратно. А услышав, что этих, покачал головой: «Поморозим». Сами водители были «упакованы» в овчинные полушубки, валенки и ушанки с опущенными и завязанными под подбородком ушами. На руках — рукавицы военного образца, с отдельными большим и указательным (чтобы на спуск нажимать) пальцами. Рядом с ними Гусев с Пучковым в своих шинельках совсем не смотрелись, а уж Кощей в поношенном летнем х/б, ботинках с обмотками и пилотке — и подавно. Хорошо ещё, водители, как и машины, относились к родному ведомству, так что держать языки за зубами умели.

Однако водитель был прав, и Сергей уже по привычке повернулся к напарнику:
- Княже?
- В маленькой поеду, - хмыкнул тот. - Впереди сяду.

Кивнув, капитан обратил своё внимание на подошедших Пучкова с девочками:
- Так, товарищи красноармейцы и родственницы красноармейцев, слушайте боевую задачу...

Через три часа успевшие собраться, перекусить (соседка помогла) и даже подремать в тепле (водители) «путешественники» загрузились в таратайки и колонна двинулась в обратный путь.

Обратно ехали спокойно, а Гусев так даже с большим удобством, чем туда, благодаря нескольким брошенным в кузов узлам с вещами. И Силы на согревание пока хватало. Правда, немного беспокоили слоники. Князь, зашедший к соседке с каким-то вопросом, вышел от неё, задумчиво крутя в руках три белых фигурки, и пояснил, заметив вопросительный взгляд Сергея:
- Сменял.
- Опять на часы? - хмыкнул Гусев.
- Не, - помотал головой напарник. - На это, как его, на мыло гансовское, на два куска.

Хмыкнув, капитан не стал уточнять, что на самом деле, если верить обёртке, мыло французское. И хозяйка с этим наверняка разобралась. Хотя, может, и нет. В конце концов, если князь согласился на такой обмен, значит, он его устраивает, а обжулить Кощея... Ну-ну. Что называется, бог (которого нету!) им в помощь.

Почти перед самой Москвой, уже в сумерках, полуторка вдруг сбавила ход, а потом и вовсе остановилась. Находившийся в полудрёме Гусев встрепенулся и, подхватив лежавший рядом ППД, осторожно выглянул из кузова. Впереди, примерно в семи метрах, стояла «эмка», а рядом с ней, спиной к машине, Кощей. Князь что-то высматривал среди подходивших почти к самой дороге кустов и деревьев. Потом он резко взмахнул рукой, и Гусеву показалось, что в лес полетел один из тех, выменянных напарником слоников.
Да, я зануда, я знаю...

Uksus M
Автор темы, Администратор
Uksus M
Автор темы, Администратор
Возраст: 55
Репутация: 9068 (+9125/−57)
Лояльность: 987 (+987/−0)
Сообщения: 7534
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 8 лет 6 месяцев
Имя: Сергей
Откуда: СПб
Отправить личное сообщение Сайт

#150 Uksus » 08.06.2019, 09:03

Несколько секунд после этого ничего не происходило, а потом в той стороне вдруг раздался неразборчивый вопль и метрах в десяти от дороги началась стрельба. При этом сидевшие в лесу явно воевали друг с другом.

Бой длился около двух минут, потом стрельба прекратилась и стало слышно, как кто-то ругается хриплым срывающимся голосом. По-немецки. Решив, что можно уже выходить, Сергей высунулся чуть дальше, но князь, не глядя в его сторону, сделал знак ждать, и капитан опять укрылся за бортом, глядя поверх прицела и поводя стволом из стороны в сторону.

Вылезти Кощей разрешил ещё только через минуту, когда ругань в лесу почти стихла. Приказав спрыгнувшему на землю Гусеву ждать, князь, чуть пригнувшись, просочился — иначе не скажешь — сквозь кусты и почти не проваливаясь зашагал к месту боя...


Сергей смотрел, как напарник неторопливо стаскивает к полуторке тела (он пробовал помочь, но едва сошёл с дороги, как провалился по... Почти по пояс), и воспитывал Найдёныша. Доблестный красноармеец Пучков, когда началась перестрелка, кубарем выкатился из «эмки» и, недолго думая, занял позицию за её кузовом. И сейчас Гусев объяснял надежде советского осназа, что та (надежда) была неправа. В корне. А поскольку фантазия у красноармейца Пучкова была богатая, он очень живо представил, как ответный огонь гитлеровских диверсантов прошивает тонкое железо кузова и...

...и тела сестрёнок, оказавшиеся на его — ответного огня — пути...

Гусев же, убедившись, что младший товарищ прочувствовал и осознал, похлопал его по плечу и слегка подбодрил, сообщив, что такие ошибки — дело обычное. И что если бы было время на нормальную подготовку, красноармеец Пучков это всё изучил бы на полигонах. А сейчас главное — всё запомнить и потом не забыть.

Водитель «эмки», воспользовавшийся случаем, чтобы покурить, и слышавший все эти наставления, одобрительно кивал, однако присоединиться к делу воспитания молодёжи, рассказав, например, историю из своей (или не своей) жизни, не спешил. Впрочем, насколько понял Сергей, и без его помощи достигнутый результат был вполне удовлетворительным.

Тем временем Кощей принёс последнее тело и, предупредив, что этот — живой, погнал Гусева с Найдёнышем в кузов, принимать. Всего диверсантов оказалось восемь — пять нормальных трупов, два трупа странно лёгких — явно напарник силы восполнил - и один живой. В смысле, диверсант живой, а не труп. Первой мыслью Сергея было оставить высушенных здесь — глядишь, до весны зверьё даже кости растащит, однако Кощей, когда Гусев на него посмотрел, сказал: «Пусть будут», - и Сергей, решив, что напарнику виднее, перешёл к «языку». Но и тут ничего делать не понадобилось — раны оказались закупорены засохшей кровью и в перевязке не нуждались. Вот только как бы ганс за время езды в сосульку не превратился — капитан хоть и не мёрз, однако то, что мороз постепенно усиливается, ощутил. И похоже, что Кощей это просто не учёл, потому что после Серёгиного вопроса сначала помянул каких-то Белобога с Чернобогом, потом секунду подумал и наконец сказал, что поедет в кузове. А Гусев, если хочет, может перебраться в маленькую таратайку, потому что Найдёныш как сидел с сестрёнками, так пусть и дальше сидит — им теплее будет.
Ещё оставался вопрос с оружием диверсантов, но тут князь сказал, что если кому надо, пусть сам лезет и копается в снегу. Или до весны подождёт, когда всё растает...

Хотя пулемёт он всё же притащил... По привычке, наверное?..


Заезд в Управление много времени не отнял: во-первых, оно располагалось недалеко от того дома, где Гусеву дали квартиру, а во-вторых, никто никуда, собственно, не заезжал. То есть князь попросил водителя полуторки подъехать к главному входу, и пока Гусев ходил «радовать» дежурного привалившей на ночь глядя работой, на пару с Пучковым быстренько выгрузил из кузова трупы. Уложил их рядком, а сверху аккуратно пристроил «языка».

Когда удивлённый дежурный вышел на крыльцо, чтобы лично оценить размеры свалившегося на его голову «счастья», Кощей, ткнув пальцем, объяснил, что «вон тот вон жив», но шевелиться не сможет примерно до полуночи. Чтобы присмотрели. После чего скомандовал: «Гусев! В машину!» - и как только Серёга влез в кузов, дважды стукнул ладонью по крыше кабины — мол, поехали. И они поехали. Оставляя позади жалобный крик дежурного: «Товарищ капитан! Ну нельзя же так!..»


Когда Гусеву сказали, что ему и его группе предоставляется отпуск аж в десять суток (ему — для обустройства нового жилья, князю с Найдёнышем — за компанию), он, зная родную организацию, не очень-то в это поверил.

Нет, если бы взять и всем вместе отправиться, например, на Кощеев остров или хотя бы просто на необитаемый остров (главное условие — чтобы его не было на карте), тогда — да, тогда была бы надежда, что эти десять суток удастся отдохнуть спокойно. Но и то сомнительно. А так...

А так — ровно в восемь часов утра раздался звонок телефона, о наличии которого в своей квартире Сергей и не подозревал. Зато, как оказалось, адъютант наркома об этом устройстве знал. И номер капитана Гусева — тоже. Потому что на следующее утро после поездки за сёстрами Найдёныша ровно, как уже говорилось, в восемь часов деловым тоном сообщил об ожидающей у подъезда машине, готовой отвезти самого капитана Гусева и всю его группу в ведомственное ателье. В котором героев ждут не дождутся мастера, желающие пошить им парадные мундиры. Срочно пошить. Потому что завтра в Кремле состоится церемония награждения достойных. К которым, само собой, относятся и члены упомянутой группы.

Положив трубку и выпутавшись из шторы (аппарат когда-то поставили на подоконник, а потом там забыли, и если бы не звонок...), Гусев посмотрел на сидящих вокруг большого стола, можно сказать, членов семьи (ещё бы сюда Командира) и сообщил, что внизу ждёт машина и что им сейчас надо срочно ехать в ателье. Всем. То есть всем троим: ему самому, Пучкову и почему-то Кощею.

Последний, не задавая вопросов, отставил чашку с недопитым чаем, поднялся и сообщил, что он - «к Надёже», сказать, что их вызывают, и попросить, чтобы за детьми присмотрела. После чего, не обращая внимания на возмущённое фырканье этих самых детей, вышел из комнаты. Посмотрев ему вслед, Сергей вытащил из кармана галифе пачку купюр — часть «добычи» от позавчерашнего налёта на финчасть — положил на стол и предупредил девочек, что если «тётя Надя» предложит пойти по магазинам, то это на покупки. Найдёныш попробовал было отказаться (а дети — отнекиваться), но Гусев рыкнул: «Боец Пучков, одеваться бегом... марш!» - и вопрос сам собой отложился на некоторое время.
Да, я зануда, я знаю...

Uksus M
Автор темы, Администратор
Uksus M
Автор темы, Администратор
Возраст: 55
Репутация: 9068 (+9125/−57)
Лояльность: 987 (+987/−0)
Сообщения: 7534
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 8 лет 6 месяцев
Имя: Сергей
Откуда: СПб
Отправить личное сообщение Сайт

#151 Uksus » 11.06.2019, 09:23

В ателье всех троих растащили по разным комнатам, и Гусев, попавший в цепкие лапки невысокого полноватого мужичка в жилетке и с портновским метром на шее, на некоторое время потерял связь с миром. Бесконечные «станьте прямо», «повернитесь», «наклонитесь», «поднимите», «опустите» и так далее привели бравого капитана в состояние полного охренения. Так что он даже забыл о своём подопечном и не вспомнил о нём даже тогда, когда мастер объявил, что за готовым мундиром можно будет заехать уже завтра после восьми утра, и лично проводил его в небольшой зальчик, где посетители ожидали, когда ими наконец займутся.

Там пока ещё не было ни Пучкова, ни князя, и Гусев, оглядевшись, сел в кресло у стены и принялся рассматривать какого-то долговязого... гражданина в чёрном костюме и шляпе, любовавшегося собой в огромном, в полтора человеческих роста, зеркале. Гражданину этому явно что-то не нравилось. Но то ли он пока не понял, что именно, то ли пытался с этим смириться, но от зеркала не отходил. Сергей хотел было уже выдать что-то вроде «Свет мой, зеркальце, скажи...», однако не успел открыть рот, как долговязый в костюме пролязгал:
- Гусев. Лучше. Молчи...


После ателье водитель передал просьбу Наркома о встрече, и они все вместе отправились в Управление. Хотя Гусев, глядя на состояние напарника, предпочёл бы более безопасное место. Фронт, например.

Однако вопреки ожиданиям ничего страшного не случилось. Князь, как бывало и раньше, вошёл в кабинет один, оставив Сергея с Найдёнышем подпирать дверь, а когда их тоже пригласили, внутри оказалось всё чинно и спокойно. Даже стёкла в окнах целые. Правда, сам Лаврентий Палыч выглядел очень уж задумчивым, но зато Кощей, судя по ощущениям Гусева, успокоился и уже не горел желанием оторвать кому-нибудь что-нибудь ненужное. Вроде головы.

Нарком, ответив на приветствие и подождав, когда Сергей с Пучковым усядутся, ещё некоторое время о чём-то напряжённо размышлял, но наконец всё же нашёл в себе силы обратить внимание на посетителей. Правда, чтобы вспомнить, кто они и что делают в его кабинете, Наркому потребовалось некоторое время. Но никакие трудности не способны остановить старого большевика, и товарищ Берия наконец-то справился с собственной памятью и встал:
- Товарищи! Прежде всего хочу поблагодарить вас за уничтожение вражеской диверсионной группы. Не скрою, она нам много крови попортила. Отдельное спасибо за взятого «языка». Он уже пришёл в себя и готов сотрудничать, правда, - Лаврентий Павлович посмотрел на князя, - при условии, что его не отдадут потом тебе, княже. Ни его самого, ни, если его в конце концов расстреляют, его душу.
- Хм? - Кощей непонимающе посмотрел на Наркома. - Ну так не отдавайте.
- То есть он тебе не нужен? - на всякий случай переспросил Берия.
- Нет, - покачал головой Кощей.
- Хорошо, - кивнул Нарком и перешёл к другим делам.

Прежде всего им всем сообщили о назначенном на завтра торжественном награждении, на котором им — то есть Гусеву с Пучковым — следует быть обязательно. Что же касается князя, то он (тут Нарком глянул на Кощея и, когда тот отрицательно качнул головой, вздохнул) по соображениям секретности присутствовать не сможет. Напоследок же напомнил, что вчерашнее событие тоже без награды не останется, но позже...


Церемония была... как церемония. Награждаемых всего около двух десятков (можно было бы посчитать, конечно, но зачем?), и половина из них — генералы, а вот из рядовых бойцов присутствовал только Пучков. И награда у него оказалась самой младшей — орден Красной Звезды. И такое вот несоответствие награды месту вызвало у других награждаемых удивление. Впрочем, обстановка к проявлению любопытства не располагала. Сначала — по причине стояния в строю, а потом — поскольку боец этот всё время держался рядом с капитаном из того же ведомства.

Самому Гусеву на грудь упали вторая Золотая Звезда и второй орден Ленина. Что, в общем-то, было ожидаемо.

После вручения наград состоялся небольшой концерт, а за ним банкет, на который Сергей с Найдёнышем не пошли. Гусева беспокоил оставшийся без присмотра напарник, а Пучкову при взгляде на стоявшие на столах яства стало стыдно — он тут обжирается всякими вкусностями, а его сестрёнки там...

В общем, отыскав в бурлящей толпе родного Наркома, получили у него разрешение отбыть и отправились домой — отметить событие ещё раз, но уже среди своих...
Да, я зануда, я знаю...

Uksus M
Автор темы, Администратор
Uksus M
Автор темы, Администратор
Возраст: 55
Репутация: 9068 (+9125/−57)
Лояльность: 987 (+987/−0)
Сообщения: 7534
Зарегистрирован: 20.11.2010
С нами: 8 лет 6 месяцев
Имя: Сергей
Откуда: СПб
Отправить личное сообщение Сайт

#152 Uksus » 14.06.2019, 10:14

Их дёргали ещё дважды. Сначала к Нему на вручение подарков, где князю преподнесли серебряную продолговатую чашу в виде то ли лодки, то ли корабля, покрытую красивыми узорами*. Какое-то время Кощей её разглядывал со всех сторон, а потом, хитро прищурившись, посмотрел на Него. И Он, довольно заулыбавшись, повернулся к стоящему рядом Наркому и скомандовал:
- Лаврентий, доставай!

*ГГ не знает слова «братина».

Второй раз их вызвали в Управление, чтобы написать отчёты. Какой-то старший майор, который занимался теми диверсантами и не мог закрыть дело, не получив отчётов от непосредственных участников их ликвидации. Дело, в общем, обычное. Если бы не одно обстоятельство: «Особая инструкция», очень строго ограничивавшая круг тех, кто мог получать достоверные сведения о действиях спецсотрудника. И старший майор в этот круг не входил. Возможно, по этой причине он и об «Особой инструкции» никогда не слышал. А может, прочитал, но забыл. А может, ещё почему, но когда Гусев сказал, что у этого старшего майора не хватает допуска, тот взбеленился и начал орать. Посмотрев на его багровую... лицо, Сергей перевёл взгляд на стоявшего позади крикуна Найдёныша и коротко кивнул...

Когда дежурный наряд вывел притихшего старшего майора из кабинета Наркома, товарищ Берия, посмотрев на закрывшуюся за конвойными дверь, вздохнул и спросил, не желает ли товарищ капитан Гусев вместе с товарищем бойцом Пучковым и товарищем спецсотрудником Кощеем прервать свой отпуск, до конца которого осталось три дня, и вылететь в Севастополь уже завтра. А за сёстрами товарища Пучкова присмотрят. Пусть товарищи об этом не беспокоятся....


Вот казалось бы, отсутствовали всего ничего, а изменилось за это время столько, что...

Точнее, если брать по количеству, то изменений не так уж много, а вот если по качеству...

Самое главное, о чём сообщил Командир, после того как с приветствиями, поздравлениями и подарками было закончено, это большое, по масштабам Крыма, наступление, которое должно начаться через два дня.

Некоторое время Гусев с князем, глядя на довольного, как объевшийся сметаны кот, Колычева, переваривали услышанное, потом Кощей, поставив на стол маленького белого слоника, одного из тех, что выменял на французское мыло, спросил:
- Сможешь таких до завтрашнего полудня добыть?

Забрав слоника (с разрешения князя), Командир вышел, но вскоре вернулся, и они сначала втроём, а потом вчетвером — подошёл ещё начштаба армии — до поздней ночи сидели над картой, прикидывая, что из Кощеевых придумок можно использовать. И где. Наконец, около полуночи князь оторвался от карты и сказал, что дальше «глаза портить» толку не будет. Так что лично он идёт готовиться, а его напарник — тут Кощей повернулся к Гусеву — спать.

Сергей хотел было возразить, но вдруг, как когда-то, почувствовал, что ещё немного, и он свалится прямо на пол, и потому, извинившись, побрёл в их с князем комнату...


На следующее утро Гусев проспал. Вместо шести часов как обычно, он проснулся в восемь (как утверждал внутренний несработавший будильник), да и то только потому, что кто-то снаружи разговаривал. Негромко, конечно, но поскольку Сергей выспался, этого тоже хватило. О чём говорили — сквозь остатки сна разобрать не удалось, но как только капитан открыл глаза, как знакомый скрипяще-скрежещущий голос произнёс:
- А вот и Гусев проснулся.

В ответном хмыканьи смешались лёгкое недоверие и восхищение. Как будто кто-то, качая головой, говорит: «Гляди ты!»

Похоже, у Командира опять накопились вопросы к князю и он, пользуясь возможностью, решил их задать. Правда, если Серёга хоть что-то понимал в этой жизни, возможности у Иван Петровича за день до наступления быть-то как раз и не должно — даже если всё в порядке, нужно это всё ещё раз проверить. А потом ещё раз. И ещё. И проверять, пока не Грянет... А тут выходило, что или говорили о чём-то настолько важном, что традиционная преднаступательная суета оказалась задвинута куда-то на задворки, или...

...Или что капитан Сергей Гусев всё же не понимает в этой жизни ни-че-го!.. Осознание этого довольно неприятно могло задеть самолюбие, если бы не одно обстоятельство: Сергей Гусев был человеком военным. Более того — командиром. А значит, лучше многих других понимал простую вещь: начальство всегда знает больше подчинённых. Конечно, это было не законом, а правилом, то есть имелись исключения, однако они, исключения, это самое правило подтверждали.

Другими словами, решив, что если начальство захочет, само расскажет, Гусев занялся обычными утренними делами. И когда он, сытый и умиротворённый, возвращаясь из пункта питания, проходил мимо скамейки, на которой всё так же сидели полковник с князем, Командир попросил его посидеть с ними. Получив приглашение, Сергей недолго думая устроился рядом с Кощеем и приготовился слушать.
Да, я зануда, я знаю...


Вернуться в «"Песочница"»

Кто сейчас на форуме (по активности за 5 минут)

Сейчас этот раздел просматривают: 1 гость